Культура
Гость Воронежа. Леонид Сметанников: «Я не герой, я – творец…»
10.01.2005 00:00
Три дня, что провел на нынешней неделе в Воронеже народный артист Советского Союза, лауреат Государственной премии, профессор Саратовской консерватории имени Л.В.Собинова Леонид Сметанников, бесспорно, просто так, бесследно, не пройдут. Огромным событием в культурной жизни города стал концерт Маэстро, в котором он исполнил русские народные песни и романсы. Кроме того, он провел мастер-класс для...
Я НЕ ГЕРОЙ,
Я - ТВОРЕЦ
Леонид Сметанников на репетиции
в Воронежской филармонии
Три дня, что провел на нынешней неделе в Воронеже народный артист Советского Союза, лауреат Государственной премии, профессор Саратовской консерватории имени Л.В.Собинова Леонид СМЕТАННИКОВ, бесспорно, просто так, бесследно, не пройдут.
Конечно, огромным событием в культурной жизни города стал концерт Маэстро, в котором он исполнил русские народные песни и романсы. Кроме того, он провел мастер-класс, или, как говорит сам Сметанников, открытый урок для студентов и педагогов Воронежского музыкального колледжа имени Ростроповичей. А главное – открыл для воронежцев имя нашего земляка Ярослава Бобылева, самодеятельного композитора, работающего в жанре романса.
Наши с Леонидом Сметанниковым беседы проходили во время его репетиций с оркестром народных инструментов музыкального училища, и на следующий день, уже после концерта.
– Леонид Анатольевич, как вам пелось под аккомпанемент наших молодых музыкантов?
– Я уже сказал им «спасибо»! И ребятам, и их наставнику заслуженному деятелю искусств РФ Михаилу Васильевичу Ефименко. Это, собственно, была его инициатива – привлечь к концерту студенческий оркестр. Сами понимаете, что за две репетиции не так-то просто достичь хорошего звучания. Ну, кажется, у нас все получилось, хотя был момент «притирки», но профессиональный уровень молодых музыкантов оказался таков, что хватило и минимального репетиционного времени.
– Глядя на наших воронежских студентов-музыкантов, вы как-то себя с ними сравниваете?
– Понимаю, вы хотите меня расспросить о моей биографии. Ничего особенного, из ряда вон выходящего у меня в жизни не происходило. Помню, что запел я в пять лет и с тех пор не прекращаю этим заниматься. (Смеется). Пел в детском саду, в школе. Могу даже назвать мои любимые песни школьной поры – «Марш юннатов» и «Летят белокрылые чайки». Закончил семилетку и поступил в индустриальный техникум, а потом пришел на работу в Днепродзержинский металлургический комбинат, где меня определили на место техника-электрика. Но, видно, во мне жило такое огромное, страстное желание петь, что и года не прошло, как я поступил в Днепропетровское музыкальное училище, а потом настал черед Саратовской консерватории. На третьем курсе меня взяли в театр оперы и балета – заметьте, не стажером, как обычно бывает, а сразу солистом.
– Я смотрел, как вы общаетесь с ребятами из оркестра, их наставником, и не раз мысленно отмечал, что у вас то и дело проскальзывает что-то актерски-шутовское, вы можете и нарочито спросить: «А шо там вы зробыли?..»
– Хотя я родился на Южном Урале, но мама-то у меня – украинка. Да и вся юность прошла на Украине. Так что «мову» знаю. Как русские народные песни, так и украинские, мне очень близки. Без актерского же мастерства – оперный певец вовсе и не певец. Этому надо серьезнейшим образом учиться. Я спел более тридцати партий в операх и опереттах, это почти тысяча спектаклей, и каждый раз не просто исполнял партии, а проживал их.
– Ваша популярность в семидесятые-восьмидесятые годы была просто колоссальной! Если мы будем перечислять фамилии звезд оперной сцены той поры, то я бы выстроил ряд так: Борис Штоколов, Елена Образцова, Леонид Сметанников, Тамара Синявская…
– Русская оперная школа – сильнейшая в мире. Тут никаких споров и быть не может. Наша система подготовки певцов, сложившаяся в консерваториях, как раз позволяет добиваться такого мастерства. Лично я учу «головы» своих студентов. Когда голова будет знать, как надо петь, тогда все и получится. Мы ведь порой поем придуманные звуки. Чтобы подобного не происходило, педагог, да и сам вокалист, должны досконально изучить природу певца. Ну а насчет моей известности и популярности могу сказать, что когда зашла речь о присвоении мне звания Героя Социалистического Труда, то я отказался от него. Ради Бога, не подумайте, что здесь кроется какой-то эпатаж или, хуже того,самореклама. Какой я герой? Я не герой – я творец. Этим и все объясняется.
– От профессионалов и в прессе уже на протяжении нескольких лет мы слышим о том, что существует некий голосовой кризис, теноров так тех вообще днем с огнем не сыщешь.
– Чепуха все это! Я уже сказал, что наша оперная школа готовит прекрасных певцов. Весь вопрос в том, как мы ими распоряжаемся. Сколько, спросите, получают начинающие и ведущие солисты в саратовской опере или в вашей, воронежской? Гроши. Позорные гроши! Потому происходит такой отток музыкантов за рубеж. Вот мой ученик за два спектакля в Европе получил 50 тысяч долларов. Отсюда и делайте все выводы. Когда, допустим, в Челябинском оперном театре находят 350 тысяч долларов, чтобы приобрести во Франции для себя духовые инструменты, а в Перми те же самые инструменты покупают в Америке, то у артистов появляется какая-то надежда, что не все еще утрачено. К тому же и оркестрантам никто не позволит халтурить на таких инструментах. А когда день за днем слышишь одно и то же в театре, что денег нет, нет денег, и не предвидится, то какое уж тут творчество?!
– Леонид Анатольевич, вы на своем концерте такой огромный сюрприз преподнесли воронежцам – представили нашего земляка Ярослава Бобылева, исполнили его романсы. Мы его не знали, а откуда вы его знаете?
– Я тоже Ярослава Юрьевича увидел «в живую» только тогда, когда приехал к вам в Воронеж. Мы с ним общались все больше по телефону. А завязалось наше знакомство в декабре прошлого года, когда он прислал мне свои романсы. На своем концерте в Воронежской филармонии я сказал, что романсы Бобылева удивительно музыкальны, чувственны. Его музыка – особенная, может быть, в чем-то трагедийная, но она захватывает, заставляет сопереживать. Все слово в слово повторяю и сейчас.
– Единственной песней советского времени, которую вы включили в воронежский концерт, оказалась «День Победы». Почему?
– Потому что ее для меня написал Давид Тухманов, и я был ее первым исполнителем. Сначала мы сделали двенадцать дублей для Всесоюзного радио, но там песню «зарубили». И тогда мы пришли на телевидение. Записали, и я ее исполнил в передаче «Голубой огонек» 9 мая 1975 года, как раз отмечалось 30-летие Великой Победы.
– Почему же впоследствии на всех юбилейных торжествах и концертах «День Победы» пел и поет Лев Лещенко?
– Так получилось, что вскоре после первого моего исполнения «Дня Победы», я уехал на гастроли в Мексику. И пробыл там довольно долго. А Лещенко за это время «раскрутил» песню. И дай Бог ему всего хорошего!
– Из Воронежа куда путь держите?
– По-прежнему много гастролирую. А также пою в своем родном Саратовском оперном театре, там у меня большой репертуар, но без концертов никак не могу. Они меня – точнее, общение с публикой – заряжают. Где я недавно был? В Ставрополе, Сочи, Волгограде, Челябинске… А путь мне в скором времени лежит в США. Там ежегодно я провожу на гастролях полтора-два месяца. Концерты пройдут в Нью-Йорке, Вашингтоне, Лос-Анджелесе.
– А в Воронеж как-нибудь еще не собираетесь заглянуть?
– Может быть! Тут мы нынешним летом встречались в Саратове на Собиновском фестивале с вашим директором оперного театра заслуженным артистом России Игорем Непомнящим. Есть наметки на мое участие в оперном спектакле воронежцев. А там, глядишь, и концерт последует…
Беседу вел
Виктор СИЛИН.
Фото Михаила ВЯЗОВОГО.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
