Грани плутовства

25.03.2011 09:32

Накануне Международного дня театра актёр Воронежского ТЮЗа Сергей Смирнов признался корреспонденту «Коммуны», что не терпит «чистого искусства». Со сценой Сергей породнился с детства. Факт не удивительный, если знать о его корнях.

Штрихи к портрету | Накануне Международного дня театра актёр Воронежского ТЮЗа Сергей Смирнов признался корреспонденту «Коммуны», что не терпит «чистого искусства»

Фото Константина Толоконникова.

Со сценой Сергей породнился с детства. Факт не удивительный, если знать о его корнях. Отец – Заслуженный артист России Евгений Смирнов, много лет игравший в Воронежском академическом театре драмы имени А.Кольцова. Выбрали этот путь и другие его сыновья. «Старший брат от первого брака Владимир – актёр Вологодского театра. Младший брат Максим – выпускник нашей академии искусств, сейчас работает в филармонии».

Сергею девять лет исполнилось, когда режиссёр Михаил Логвинов пригласил его на роль Витьки в спектакле Кольцовского театра «Старый дом».

- Там была очень серьёзная сцена, когда отец-алкаш, домашний тиран учит своего мальчика водку пить. В конце концов Витька становится вором, садится в тюрьму. Следующая работа – «Спешите делать добро», это уже Глеб Дроздов ставил. Потом были «Деньги для Марии» по Валентину Распутину...

Однако тогда не было до конца ясно, как сложится судьба юного артиста, который в детстве был вовсе не подарок.

- Я ненавидел школьное обучение, - признаётся Сергей Смирнов. – В какой-то момент, класса с четвёртого-пятого, упустили меня педагоги, и я, кроме двора, ничего не видел и знать не хотел. Отец-то с утра до вечера – в театре, мать учила детей в музыкальной школе, а за мной и младшим братом следила в основном бабушка. И при этом я играл в театре, бегал на репетиции. В восьмом классе меня собирались на второй год оставить. Мы пошли с мамой к директору и пообещали, что если мне поставят тройки, то в девятый я не пойду.

А Михаил Логвинов, уже возглавивший ТЮЗ, набрал тем временем театральный курс при музыкальном училище из недавних восьмиклассников. Танец, сценический бой, речь, мастерство актёра преподавались в театре. Практически с первых дней учёбы ребята варились в театральном котле.

Помимо Логвинова, Сергей очень тепло вспоминает ныне покойного Владимира Кузнецова из школы-студии МХАТ: «Он постоянно был с нами. Жил, кстати, в кабинете главного режиссёра все эти годы».

- Когда я закончил школу, они уже отучились год, - добавляет актёр. – Меня взяли поначалу вольным слушателем. Я был самым младшим. Когда пятнадцать исполнилось, всем говорил, что мне уже шестнадцать.

Зато в восемнадцать стал уже дипломированным актёром!

Начинали ученики Михаила Логвинова в тюзовской массовке, а к выпуску подготовили дипломный спектакль на школьную тему «Повесть о Пете Копейкине, или Лети, всё горе, прочь». Сергей Смирнов – один из немногих, кто в конце концов остался артистом.

- Первые роли игрались исключительно на интуиции, - признаётся он. – Ничего не понимал, естественно. И по возрасту, и потому, что к гуманитарным знаниям тогда не стремился. Только лет десять назад стал более или менее что-то понимать. Очень многое дал мне Михаил Поляков, режиссёр, который приезжал к нам из Израиля. Я как из бочки вылез, посмотрел на мир более широко. Понял, что такое медленный разбор пьесы, что от текста не надо избавляться, его нужно играть, наполнять действием. Стал более думающим артистом. И теперь образ Скотинина из фонвизинского «Недоросля», который я недавно воплотил, многие отмечают как большую удачу.

Бывает, роль получается не сразу, а эта для меня полностью сложилась. К тому же – характерный герой! Мне интересно играть таких.

Характерных среди персонажей Смирнова немало. Ещё одна их черта - плутоватость. Одни его плуты обаятельны и бескорыстны, другие – жестоки и зловещи. Таков трактирный слуга Алексей в гоголевских «Игроках».

В пьесе, кстати, персонаж не слишком прописан. Но актёру удалось вместе с режиссёром создать образ запоминающийся, поведать о персонаже нечто большее, чем подразумевали его реплики (не так уж далекие от фразы «кушать подано»). Его Алексей – «чёрный кардинал, который в курсе всего и своего никогда не упустит».

Можно предположить, что сделать объёмнее роль артисту помог личный опыт. В 1993 году он ушёл из театра в коммерцию: возглавил книгоиздательскую фирму «Литературная провинция». ТЮЗ как раз остался без главного режиссёра Михаила Бычкова, зарплату здесь месяцами не платили, да и в стране времена настали смутные.

За жизнью ТЮЗа следить продолжал. К тому же здесь осталась его жена Наталия: сначала в бухгалтерии зарплату выдавала, теперь же она - главный администратор.

Иногда Смирнов участвовал в антрепризе. Но такая жизнь стала сильно тяготить. «Я пришёл к директору Юрию Грецову и сказал: «Юрий Владимирович, больше жить без театра не могу!». Мой отец, кстати, его учитель: в своё время, работая в Липецке, он взял Грецова в театральный кружок».

Свои первые роли после возвращения актёр оценивает критически: «Актёр должен постоянно быть в форме, работать с режиссёрами, вариться в этом котле» - и теперь предстояло многому учиться заново.

Помогла работа над «Игроками»; а затем Михаил Поляков увидел в артисте мольеровского плута Скапена.

Одна из лучших ролей Смирнова тоже получилась не сразу:

- Сдача спектакля проходила перед летним отпуском, а осенью мы поехали в Самару на фестиваль. Режиссёр перед премьерой нам говорил: «Играйте легко!» Тот фестивальный спектакль превратился с моей стороны в быстрое пробалтывание, избавление от текста. Мне казалось, что это и есть «легко»... Но Поляков, работая с нами, «вправил мозги». У него нетрадиционный метод репетиции. Порой – очень жёсткий. Но после премьеры его «Барина, Полины и петуха» Поляков, по-отечески поцеловав меня в лоб, сказал: «Очень хорошо играл!»

С нынешним главным режиссёром ТЮЗа Заслуженным артистом России Александром Латушко Смирнов работал ещё в юности – Александр Николаевич был одним из его педагогов, ставил с учениками Логвинова спектакль «Гуманоид в небе мчится». Главного героя Васю Лопотухина играл юный Сергей. На днях артист впервые вышел на сцену в роли фонвизинского Скотинина – и снова в спектакле, поставленном Александром Латушко. Это восемьдесят третья его роль.

…В начале 2000-х Смирнов стал востребован вне театра как ведущий свадеб и банкетов. Начинал в качестве клоуна на детских праздниках - научился для этого фокусы показывать. Признаётся: непредсказуемых взрослых даже побаивался немного. А со временем обнаружил, что работа на стороне ему, профессиональному актёру, даже придаёт дополнительной уверенности в себе.

«Взрослого в неадеквате, агрессивного, нужно уметь сделать своим союзником, чтобы он в итоге не в перепалку вступал, а помогал». Ну и возможность понаблюдать за другими людьми тоже ценности не лишена. В этом качестве он тоже обрёл успех – на воронежских Интернет-форумах можно найти тёплые отзывы о тамаде Смирнове.

Как многим его коллегам, случалось и Дедом Морозом быть. «Я один работаю, без Снегурочки – зачем в Тулу со своим самоваром ехать? Прихожу на корпоратив и прямо на нём провожу кастинг на лучшую Снегурочку компании!»

Впрочем, по нашему разговору чувствовалось: надоело это Смирнову. Репетировать в родном театре гораздо интереснее – вот если бы ещё зарплату повысили!

- Есть ли роли, которые хотелось бы воплотить? – артист усмехается.– Играю то, что поручают, и сердце по поводу несыгранного не рву. Ведь я – ленивый человек и «чистого искусства» не терплю!