Кинжал для Герострата

В Тверском областном ТЮЗе Эдуардом Тереховым поставлена трагикомедия «Забыть Герострата!». В пьесе для нынешнего зрителя открылся смысл, про который не известно, вкладывал ли его автор.

В последние годы мне довелось увидеть несколько показанных в Воронеже спектаклей провинциальных российских театров по пьесам Григория Горина (в том числе, помнится, и на сцене Воронежского ТЮЗа во время фестиваля «Театр детства и юности – XXI век»). Едва ли не главное чувство, оставшееся в памяти, - сильнейшее разочарование.

То, что выглядело остроумным и обаятельным, например, в спектаклях и фильмах Марка Захарова, у нестоличных интерпретаторов стало натужным и даже пошлым. Пётр Первый ли, Джонатан ли Свифт, дальние ли родственники трагически погибших шекспировских Ромео и Джульетты, - все выглядели схемами, пригодными для одного лишь двухчасового обмена афоризмами на эзоповом языке.

Увиденное наводило на две мысли. Во-первых, драматургия Горина в России не утратила популярности, режиссёры охотно обращаются к ней, а зрители посещают спектакли. Во-вторых, большинство аллюзий не выглядят злободневными, спектакль иногда показывает лишь верхний смысловой слой (некие «исторические события», случившиеся в далёком прошлом). Не без упомянутых выше «афоризмов», но звучащих вполне безобидно.

В Тверском государственном областном ТЮЗе, на сцене которого заслуженным артистом России Эдуардом Тереховым поставлена трагикомедия «Забыть Герострата!», эту проблему смогли обойти. Действие происходит в подчёркнуто условном пространстве, среди каких-то висящих над землёй лестниц, похожих на качели. Постоянно кажется, что декорации вот-вот с грохотом обрушатся под тяжестью актёров, как жизнь в греческом городе Эфесе после того, как неудачливый торговец Герострат (Андрей Иванов) сжёг храм Артемиды - одно из семи чудес света.

Одеяния участников спектакля также никак не назовёшь «античными». Тот же Герострат впервые появляется в обыкновенном плаще, с фонариком в руках; расследующий его дело Клеон (заслуженный артист России Александр Романов) во время допроса включает диктофон.

Сцена из спектакля «Забыть Герострата»

В пьесе для нынешнего зрителя открылся смысл, про который не известно, вкладывал ли его автор. Одержимый желанием прославиться (поначалу даже кажется – ценой собственной жизни) Герострат, сидя за решёткой, разворачивает эффектную пиар-компанию. В стране, где он живёт, «Эсхила никто не берёт, Аристофан идёт по дешевке, Гомером завалены склады». Но Герострат знает то, что не сразу заметили в себе возмущённые его поступком обыватели: малограмотная исповедь поджигателя храмов будет пользоваться у них немалым коммерческим спросом, а кто-то и сам попытается повторить его «подвиг», спалив, например, театр.

«Мне казалось, у тебя должно быть прыщавое лицо», - скажет Герострату честный, а оттого слишком наивный, интеллигент Клеон (актёрам очень здорово удалось передать ни на миг не ослабевающую напряжённость духовной борьбы между своими персонажами). Проблема Клеона в том, что у его врага лица нет вовсе. Андрей Иванов играет человека без свойств, ощутившее себя античным «Раскольниковым» пустое место, «вошь, которая зарычала». Однако это существо знает: именно такому легче победить – хотя бы из-за отсутствия каких-либо моральных ограничений в душе.

Пустое место, словно чёрная дыра, пожирает всё светлое, прекрасное. «Сильнее богов – наглость человеческая» - таков девиз Герострата. Как победить пустое место, не поддающееся на уговоры, не испытывающее сострадания, плюющее на закон, заворожившее своей пустотой не только жену повелителя Эфеса Тиссаферна Клементину (Алла Крылова), но и его самого (заслуженный артист России Александр Евдокимов)?

Разве только с помощью кинжала. Зло не признаёт моральных побед над ним.

Только физические.