Культура
Кончились патроны
15.01.2014 09:34
Теперь можно послушать, как звучал живьём «Чёрный Лукич», когда ненадолго становился группой. Независимый лейбл Latimeria Records переиздал сборник студийных и концертных записей «Кривое колено».
Музыка
Независимый лейбл Latimeria Records переиздал сборник студийных и концертных записей Чёрного Лукича «Кривое колено»
Виталий Черников
Вряд ли он считал этот диск «программным высказыванием». Просто набралось некоторое количество альтернативных, неканонических версий песен, и было жаль, что их никто не слышал. Первыми треками идут записи студийные, далее – с разных концертов: сколько хватило места на диске. Вот и вся концепция. Кто же мог предположить, что это будет последнее прижизненное собрание песен Вадима Кузьмина?
Можно рекомендовать «Кривое колено» потенциальным фанатам в качестве сборника «The Best». Сюда не попало несколько главных вещей – но так всегда бывает. Зато есть пара редкостей (например, русская версия песни из репертуара древней кузьминской англоязычной (!) группы «Мужской танец»); соседями оказались «Светлячок» и «Кончились патроны», вторым номером идёт несколько прямолинейная рок-версия «Смешного сердца». Кузьмин не раз переписывал лучшие из своих песен. То же «Смешное сердце» известно ещё в двух студийных версиях (на всякий случай добавлю «как минимум»).
Одну из причин вижу в том, что большинство его альбомов, кажется, делались методом «Чёрный Лукич глазами кого-то другого»: Егора Летова, барабанщика Александра Андрюшкина, ещё кого-то из друзей. Отсюда и попытки сменить или скорректировать название «группы». «Ледяные каблуки» вышли под вывеской «Лукич и Лукоморье» (тот же состав в то же время и в том же месте записывал первый альбом «Родины» Олега Судакова, а ещё был очередной версией «Гражданской обороны»).
Создателями «Марии» указаны «Чёрный Лукич и Летучие рыбы». «Полярная звезда» подписана просто: «Лукич». Постоянной группы Кузьмин так и не собрал. Единомышленники у него были. В Москве и Питере, в Сибири; с ними он иногда записывался и выступал, но сам-то жил в Воронеже. И, кажется, это его устраивало.
Теперь можно послушать, как звучал живьём «Чёрный Лукич», когда ненадолго становился группой. Двенадцать песен сыграны на питерском концерте в 2008 году с гитаристом Дмитрием Шатохиным и перкуссионистом Антоном Воробьёвым. На диске бережно сохранена уютная, домашняя атмосфера концерта. Пару раз вокалист перепутал слова, хихикнул, и это не было потом вырезано. Жемчужина диска – записанное в тот день «Бабье лето» (для «Кривого колена» названное Indian Summer).
Наместник низложен, лихие гвардейцы,
Надев парики и чулки,
Под видом служанок пытаются скрыться.
Что ж, можно теперь отдохнуть,
Прилечь на шинель и забыться,
Или гулять по растительным рощам,
Которых не видел ни разу,
Где травы и камни до нынешней ночи
Доступными были лишь редкому глазу.
Манера игры гитариста Шатохина в этой (воспользуюсь формулировкой публициста и математика Миши Вербицкого) «прозрачной брейгелевской зарисовке», повествующей о финале некоей битвы (неизвестно кого неизвестно с кем), кажется вдохновлённой музыкой Нила Янга к фильму Джима Джармуша «Мертвец». Его главный герой, попавший на Дикий Запад бухгалтер-неудачник Уильям Блейк, после ранения свершает с индейцем-отшельником по имени Никто главное своё путешествие – из жизни на Ту Сторону. Кажется, это помогает лучше понять название альбома: согласно объяснению его автора, «Кривое колено» - некое «святое индейское место, где произошло восстание». Возникает дополнительное измерение и у «Бабьего лета» - впрочем, внимательные слушатели и прежде подозревали, что его герои, одержав победу, оказались там же, куда приплывёт персонаж другой песни Чёрного Лукича:
Будет тёмная ночь после долгих боёв,
Броненосец сгорит и под воду уйдёт.
Поплывут по морям по бескрайним волнам
Бескозырки к далёким родным берегам.
Не сумел утонуть одинокий матрос,
Продолжает он плыть в край,
где много берёз.
Все уснули давно в километрах глубин,
Никого, ничего, он остался один.
Кто сказал, что нельзя переплыть океан?
Это грустная шутка, это хитрый обман.
Я сумею доплыть под сиянием звёзд,
Я хочу увидать край, где много берёз.
Здесь очень легко сорваться в мелодраматический пафос в духе какого-нибудь Талькова («они уходят, не допев куплета», «ушёл от нас внезапно поэт и композитор Виктор Цой» и т.д.). Но только пытаешься подпустить соплей, как начинает играть трек 25: 2010 год, Харьков, зал подпевает хором песне «Будет весело и страшно», а сам Чёрный Лукич, увлекшись пропеванием подразумеваемого в финале соло отсутствующего гитариста, в процессе осознаёт, что съехал куда-то в шансонщину и цыганщину, и песня обрывается – под общий смех.
Источник: газета «Воронежская неделя» № 3 (2144), 15.01.2014г.
Чтобы оставить комментарий, необходимо или .
