Культура
Конкурс «Охотник и рыболов»
23.03.2011 09:03
Истоки страсти | Как пропал Вася… | Дальневосточная рыбалка
Истоки страсти
Фото Константина Толоконникова.
Вселенская страсть к охоте или рыбной ловле обычно зарождается с детства. Вот сидят рядом маститый рыбак и совсем юный рыбачок. Ветер северный, клев слабый. У мальца удочка – одно название. Но вот поди же, именно он вытаскивает рыбину, да ещё какую! Сколько переживаний, сколько эмоций! Мальчишка весь светится.
А посмотрите, как он идёт домой, стараясь всем продемонстрировать свою удачу. Разве это не счастье? И становится он на всю жизнь заядлым рыбаком – удача пробудила в нем рыбацкую страсть, и это уже надолго.
А первые выстрелы по дичи влёт? Они тоже бывают удачными, и стрелявший порою сам поражается их результатам. Спрашиваешь у него: «Как целился?» А он и рассказать толком не может.
Но ведь это и не важно. Важно то, что полку любителей природы прибыло. Ведь любая охота – это прежде всего общение с природой, общение с прекрасным – красотой рассветов и закатов, красотой просторов озерной глади, ковыльных степей и пушистой нависи белого снега на деревьях. Может быть, парнишка ещё несколько лет будет без собственного ружья, но первая удача уже покорила его, и он упорно будет ходить с отцом или старшим братом на охоту и ждать своего счастья.
А вот свежий случай.
В начале мая с семьей поехал на кордон Пески в Левобережное лесничество учебно-опытного лесхоза. Хотелось отдохнуть на природе. Захватил я и спиннинг, рассчитывая немного «поблеснить». До кордона добрались около полудня. Мы с внуком Петей, которому исполнилось 13 лет, взяли у лесника лодку, остальные пошли гулять в лес, предупредив меня, что обед будет через два часа. Два часа – так два часа! Внук был очень рад возможности погрести, а я – отличиться пойманной щукой.
Уже несколько лет в это же время я приезжал на Пески со спиннингом. И, за редким исключением, без щуки домой не возвращался. Так что расчет на успех был вполне обоснован.
К сожалению, погода в этот день скорее напоминала осень. Небо было затянуто тучами. Дул свежий северо-западный ветер и погромыхивал гром. Но стоило проглянуть солнцу, как все вокруг мгновенно оживало.
Внук сел на весла, а я – на корму со спиннингом. Стали медленно подниматься вверх по реке. Я энергично работал спиннингом, стараясь обловить как можно большее пространство. Время шло, а результатов не было. Несколько раз менял блесну, пытался ловить на дорожку. Это старинный способ ловли, когда производится дальний заброс, катушка ставится на тормоз, спиннинг закрепляется или держится в руках, а блесна играет за счёт движения лодки.
Спустились ниже базы «Железнодорожник». Поклевок нет. Чувствую, что Петя стал уставать, да и время, отпущенное нам, заканчивалось.
Предлагаю ему поменяться местами. Немного поворчав, он переходит на корму. Я делаю заброс и передаю ему спиннинг, а сам сажусь на весла. Только вошел в ритм гребли, как внук с дрожью в голосе кричит: «Дедушка, дедушка! Кажется, есть!..»
Действительно, на спиннинге заходила щука. Петя стал медленно подводить её к лодке. Я взял подсак. Правда, когда щука близко подошла к лодке и стала проявлять повышенную активность, внук передал спиннинг мне, а сам взял подсак. С подсаком он справился виртуозно, и в лодке скоро забилась щука.
Я поздравил Петю с первой пойманной рыбой. Как горели его глаза, как он пытался пересказать свои ощущения и переживания, когда почувствовал, что блесну схватила рыба! Пока мы приходили в себя, течение снесло лодку, и пришлось вновь повторять свой путь.
Поразительно, но все в точности повторилось. Я забросил спиннинг и сел грести. Как только поравнялись с местом, где была поймана первая щука, вновь слышу: «Дедушка, дедушка! Опять есть!»
Смотрю, спиннинг сильно согнут и леску водит в разные стороны… На этот раз подсачком работал уже я, и вскоре вторая щука оказалась в лодке. Петя был на седьмом небе. Я даже стал бояться, что от избытка чувств он вывалится из лодки.
Чем можно объяснить этот успех? Удачей? Эффектом новичка, о котором писал В.Песков? Теперь, куда бы мы ни поехали, Петя всегда спрашивает:
«Дедушка, а ты мне не забыл взять спиннинг?» Слышу его напоминание и радуюсь – внук стал рыболовом. Он будет в общении с природой, он будет Человеком! Ибо она, Природа, делает каждого из нас более добрым и отзывчивым.
Игорь Ушатин
Как пропал Вася…
Рыбацкие страсти… Много о них говорят, много рассказывают. Трудно даже представить, что они делают с простым смертным человеком. Вместо того, чтобы побыть в выходные дни возле семьи (ибо в обычные рабочие даже времени не хватает поухаживать за женой, помочь ей, поиграть с детьми), он стремглав мчится ранним утром к условленному месту, боясь опоздать на выделенный администрацией автобус или крытую автомашину. И никакие уговоры, никакие заклинания его не могут остановить…
Но разговоры – разговорами. Дай-ка, думаю, испытаю на себе такое удовольствие, схожу хоть раз на речку.
Заторопился спозаранок. Утренний морозец слегка пощипывал щеки. Скрипел под ногами накануне выпавший снежок. Ощущаю на плече увесистую сумку со снастями. Тяжела она. В одной руке несу нелегкий ледоруб. Моей экипировке, пожалуй, позавидовал бы любой рыбак. Немного задумался и чуть не столкнулся со своим знакомым.
- Привет!
- Привет!
- Куда это тебя нелегкая несет? – спросил он. – Да ещё с таким «багажом». Неужели на рыбалку? Удивляюсь, как это жена тебя отпустила. Странно! Хороший хозяин в такую погоду собаку с цепи не спускает. А ты бежишь, словно заяц на морковную плантацию. Не боишься, что с тобой может приключиться такая же история, как с моим лучшим другом – Васей.
Разинул я рот от любопытства…
- Расскажи, только побыстрее, не тяни. Сам знаешь, что люблю слушать всякие истории… Давно это было?
- Как тебе сказать, - начал мой знакомый. – Не совсем, в прошлом году. А история такова.
Зимнее неласковое солнышко близилось к закату, оно вскоре коснулось вершин леса, а потом и вовсе скрылось за меловыми кручами. Злой и колючий северный ветер сёк лицо. Неторопливой трусцой, сгорбившись, покидали лед дремлющего Дона рыбаки-любители, неся на своих могучих плечах рюкзаки с рыбой, переполненные снастями сумки и ледорубы. Направлялись они в сторону автобуса, поджидавшего их на берегу. Хлебом-солью встречали там удачливых рыболовов друзья, жены, дети. Радовались, плакали, обнимали, целовали своих радетелей.
- Со счастливым уловом! С благополучным возвращением! – слышалось отовсюду.
Лишь в стороне от шумной компании всхлипывала хрупкая одинокая женщина, еле успевая вытирать платком глаза, из которых лились горючие слезы. Она угрюмо и удрученно смотрела туда, откуда только что пришли рыболовы-любители. Надеялась увидеть на ледяном поле мужа. Но на нем – ни единой души, оно было совершенно пустынным.
Тянулись томительные минуты. В голове роились разные мысли. Одна страшнее другой. А вдруг… Неужели… «Эх, Вася, Василек, мой хороший муженек. Где же ты, родной, пропадаешь, на кого ты жену и детей оставил…» И тут женщина не удержалась и пуще прежнего зарыдала.
Подбежали к ней рыбаки и их жены, стали успокаивать. А тем временем несколько смельчаков отправились на поиски без вести пропавшего рыбака. Бегали, суетились по всему ледяному донскому полю: «Может быть, в полынью какую-нибудь угодил», - думали они.
Но нет, её, как таковой, не обнаружили. И вдруг…
- Дружище, смотри, что это за снежный сугробчик виднеется там, за поворотом, - послышался чей-то голос. – Ведь раньше, мне кажется, его не было. А ну-ка, пошли туда, проверим…
Подошли поближе. Присмотрелись. Сугроб как сугроб, таких на реке немало встречается. Кто-то уже предложил идти дальше. А то, дескать, скоро стемнеет, искать будет труднее.
Но не унялся один из искавших рыбаков.
- Стой! – закричал он. – Да вы, ребятки, присмотритесь внимательнее к сугробу. Видите, на его макушке тоненькой струйкой вьется парок.
- Это, вероятно, полынья, - отозвался другой. - Будь осторожней…
- А я палкой сейчас попробую… Может, расковыряю…
При этих словах один из рыбаков нашел на берегу суковатый толстый обрубок вербы и шарахнул по торчащему на льду сугробу.
- Ой! Ой! Ой-ё-ё-ой! – неожиданно раздался крик. И так громко, что эхо отозвалось в прибрежном лесу.
И увидели чудо. Сугроба на месте не оказалось, зато по льду бегал человек без валенок. Он стонал, кричал, ругался…
- Ведь только сейчас началась поклевка, - возмущался Вася, - а вы что наделали? Все дело испортили, всю рыбу разогнали. Разве это по-товарищески?..
Друзья с большим трудом оторвали ото льда примерзшие валенки.
Подбежала к Васе жена, обнимает его, целует и приговаривает:
- Жив, слава богу. А за рыбу ты не беспокойся. Мы её в магазине купили, свежемороженую. И не донскую, а из самого океана привезенную…
И, крепко прижимая Васю к своей груди, повела его к автобусу, где в томительном ожидании восседала компания.
- После этой истории наш Вася, - заключил мой знакомый, - на зимнюю рыбалку и носа не кажет. Соседи, да и друзья его утверждают, что его, вероятно, не отпускает жена. Вот и сказ мой весь…
Разочарованный рассказанной историей, я вернулся домой, к семье.
Александр Бровашов.
Дальневосточная рыбалка
Родиться меня угораздило вблизи реки Дон на небольшой реке Еманча, протекающей по широкой луговой долине с несметными стаями птиц: уток, чибисов, вальдшнепов и куликов, коршунов – гнездившихся на скирдах сена, другой мелкой пернатой братии.
Пищи хватало всем в избытке. Река кишела пескарями, вьюнами, голяками, карасями, язями. Ловили мы их сызмальства на самодельные крючки, так и плетеными вершами. Попадались в верши диковинные зверюшки, тогда мы бросали верши и в панике разбегались – выхухоль скреблась по верше, нагоняя ужас.
Повзрослев, поступив в военное летное училище и кончив его в 1960 году, попал, как и все летчики, под жернова хрущевского сокращения.
После долгой переписки наконец-то получил приглашение в Дальневосточное управление гражданской авиации. Попал в Николаевскна-Амуре, расположенный в устье Амура. Тут-то и занялись охотой и рыбалкой. Оружие продавалось свободно. Проживали мы в малюсеньких комнатках, в деревянных одноэтажных домах в западной части аэродрома деревни Сергеевка, прямо в тайге, в двухстах метрах от Амура.
На промысел далеко уходить не приходилось. В поисках рябчиков куролесил я по тайге, но больше времени – впустую.
Однажды подбил сову и принес домой. Посмотреть на диковинку сбежались детишки и взрослые, не знавшие нрава дикарки. Сова разъяренно бросилась бить крыльями, когтями, клювом всех подряд. Дети с визгом разбегались, взрослые ругали меня за такой сюрприз. К тому времени у меня дочке Оле шел десятый месяц, и она тоже получила царапины, а сову запомнила на всю жизнь.
Второй пилот самолета Ли-2 рассказал мне, как искать рябчиков. Рябчики под вечер выбегали на таежные тропинки поклевать камешки, и заполучить за час пару-тройку петушков было несложно. Больше не требовалось.
Утром посидеть в затоне, на благодатной природе, для меня считалось великим блаженством, когда поклевка превращалась в работу. Запах рыбы ощущался на берегу. Крупные, пузатые пескари просто кишели в иле и, если идти босиком, страшно щекотали ноги. Двадцатисантиметровой длины, серебристо-желтого цвета касатки, с острыми шипами по бокам и на спине ловились на любую наживку. Головастые, пузатые красавицы, извиваясь на берегу, пронзительно пищали. Вот и верь пословице – нем, как рыба.
Вскоре жена Наташа варила бесподобную уху.
Так жили, общаясь с природой, до поздних заморозков. На замерзший льдом Амурский затон, глубиной метра полтора, высыпало всё население города. Ловился сиг весом до одного килограмма и более. Погода солнечная, тёплая – благодать Божья. Попадались и калужата, но за них налагался штраф в одну тысячу рублей. Бывали дни, когда, особенно в непогоду, не ловилось ничто, но мне везло.
Пришёл я как-то в обед на лёд, когда рыбаки замёрзли и ничего не поймали. Посетовали: мол, зря принесла меня нелегкая. «Ладно уж, раз пришёл – посижу…» Каково же было удивление рыбаков, когда минут через десять вытаскиваю, кого бы вы думали? Щуку весом килограммов на пять!
«Зачем она сюда заплыла? - гадали старые рыбаки. – Она тут в жизни не водилась!» «Видимо, облудилась», - пожимал плечами я.
Николай Шуткин.
Источник: «Воронежская неделя», № 12 (1997), 23.03.11г.
