Культура

Литературная гостиная. «Онегин, добрый мой приятель…»

Коньки Сашке жутко малы и, несмотря на то, что он натянул их на обычные летние тонкие носки, нестерпимо жмут стиснутые пальцы ног. И ещё сильнее коньков сжимает пальцы ледяной хваткой крепчающий мороз.

Рисунок Виктора Гаврилова

Р а с с к а з

Андрей МОНАСТЫРНЫЙ

---

с.Мазурка, Поворинский район Воронежской области

Александр Михайлов смотрит в окно. За окном стоит зима и идёт снег большими пушистыми хлопьями.

Зима. Крестьянин, торжествуя,
На дровнях обновляет путь;
Его лошадка, снег почуя,
Плетётся в гору как-нибудь...

Как-нибудь… Бразды…бразды… Александр Иванович, можно я сначала ещё раз начну?

Зима. Крестьянин, торжествуя…

Александр Михайлов смотрит в окно и видит другую зиму. Совсем другую.

… Ему и больно и смешно,
А мать грозит ему в окно…

- Са-ша-а-а! Домой! Быстро домой!

- Ой-ой-ой! - испуганно вторит материному крику гулкое эхо в поросших жёлтым камышом берегах Сомовки.

Сашка ёжится, одним быстрым движением сбрасывает с озябших рук большие отцовские рукавицы с примёрзшей к ним клюшкой и дышит ртом на розовые холодные, как ледышки, пальцы. Потом засовывает руки до локтя в узкие рукава пальто и пинает коньком подкатившуюся к ногам шайбу: возвращаться домой сейчас он не собирается.

- Не замёрзнем! – преувеличенно уверенным тоном заверяет Сашка самого себя и кинувшегося за убегающей в камыши шайбой Серёгу, соседского мальчишку лет десяти.– Главное – двигаться. Становись на ворота!

Коньки Сашке жутко малы, и несмотря на то, что он натянул их не на тёплые толстые шерстяные, а на обычные летние тонкие носки, нестерпимо жмут стиснутые пальцы ног. И ещё сильнее коньков сжимает пальцы ледяной хваткой крепчающий к вечеру январский мороз.

И всё же уходить домой Сашке не хочется. В такой день! Когда ещё так повезёт и занятия в школе отменят? Да и коньки Димка, лежащий сейчас дома с высокой температурой (распаренный наелся снега), дал только на один день, да и то в обмен на обещание написать за него сочинение по литературе. «Онегин, добрый мой приятель…». Да уж, приятель…

Серёга ловит подкрученную в угол ворот шайбу своим растянутым в руках пальто (купить сыну клюшку его родителям не приходило в голову) и прижимает ко льду.

- Молоток! Через год кувалдой будешь! – Сашка, боясь потерять единственного соперника, не скупится на комплименты.

Серёга расплывается в широкой довольной улыбке, но по втянутой в плечи тоненькой шее и красному сопливому носу видно, как сильно он замёрз.

- Сашка, гад такой! А ну, быстро марш домой! Ремня схватишь! - доносится с высокого берега громкая в морозной вечерней тишине угроза.

- Ишь-ишь! – возмущается вслед за Сашкиной матерью эхо.

Не отозваться на этот раз опасно, и Сашка, вступая на стезю, протоптанную дипломатами всех времён и народов, тянет время:

- Сейчас иду!

- У-у! – перебегает эхо на Сашкину сторону.

- Замёрзнешь же, зараза! – не поддаётся на «военную хитрость» мать.

- За-за! - непонятно, за что голосуют берега, камыши, скованная льдом река и хмурое снежное небо.

- Да я сейчас, сейчас! – не уступает сын.

- Час-час! – торгуется за Сашку эхо, выпрашивая драгоценное время.

Маленькая фигурка матери исчезает с высокого берега. «Всё, пошла за отцом! Придётся идти».

- Всё, старина! Матч закончился – победила дружба! Пора до хаты! – преувеличенно весело подмигивает Сашка вконец окоченевшему Серёге, по разочарованной физиономии которого видно, что возвращаться домой ему совсем не хочется: родители мальчишки третий день в запое…

На кухне печка задорно трещит дровами, а рыжий, разбойного вида кот блаженно жмурится на стуле и старательно прячет нос в пушистые лапы. Сашке же кажется, что все его двадцать пальцев пронзают тысячи маленьких острых иголок и что конца этой изощрённой средневековой пытке никогда не будет.

- Говорила тебе, паразиту, иди домой! Чуть не обморозился, чокнутый! – мать со злостью, написанной на её усталом, но красивом лице клинописью сурово сдвинутых бровей, растирает побелевшие ноги и руки сына водкой.

Отец, лишённый из-за глупой выходки сына очередной нормы горячительного напитка, молча смотрит в зале телевизор: всё уже сказано.

- Садись уроки учить! Тебе завтра Онегина рассказывать. Забыл, что ли? – не на шутку встревоженная мать кутает Сашку в тёплый кусачий платок и кладёт перед ним на стол раскрытую в нужном месте книгу.

- Онегин, добрый мой приятель, - сонно бубнит под нос разомлевший от тепла и заботы Сашка и, глядя на спящего кота, широко зевает.

- Да уж, приятель у тебя… - уже совсем не злобно ворчит мать и со звоном бросает маленькие Димкины коньки в угол. – Удружил..

Источник: газета «Воронежская неделя» № 26 (2115), 26.06.2013г.

---

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти или зарегистрироваться.