Член Союза писателей РФ Иван Щёлоков окончил филфак Воронежского государственного университета. Начинал в терновской районной газете, был редактором «Молодого коммунара», руководил областным Управлением по делам печати и средств массовых коммуникаций. Ныне он – главный редактор журнала «Подъём», автор девяти поэтических книг.
• • • • •
Не живу ожиданьем,
Не молю о прощенье.
За недолгим прощаньем
Трудный путь очищенья.
Этой истины явной
Повторенье курьёзно.
Ожиданьем я пьяный,
А прощеньем – тверёзый.
За прощаньем – свиданье,
Очищенье – не мука…
С ощущением тайны
Не сравнится разлука!
• • • • •
В ноябре – ни строки,
Будто нет ноября.
Будто жил – вопреки,
Оказалось, что зря.
Будто минул большак
И земной окаём…
Жизнь, зачем же ты так:
Спуск – подъём, спуск – подъём?
Редко что без преград
Предавалось игре…
Лучше всяких наград –
Ни строки в ноябре!
• • • • •
Далеко, за тремя метелями,
За развилками, за рекой
С ледоставами оголтелыми,
Вспыхнет звёздочка над трубой.
Вспыхнет робкая, одинокая
В чёрной хаосной пустоте, К
раснощёкая, рыжеокая,
Уподобленная мечте.
Вскрикнешь-выкрикнешь,
огорошенный,
Замороженный, ледяной:
«Ты откуда, моя хорошая?
Ты надолго ли над трубой?»
Глазу колется, сердцу манится,
И душа моя – не броня.
Неужель к утру не останется
Малой искорки для меня?
• • • • •
Памяти Анатолия Гатицкого
Ты куда уходишь, друг,
В этот полдень, в эту осень?
Посмотри, какая просинь
Расплескалась в небе вдруг.
Посмотри, какая даль
В переливах мглы и света…
Неужели ты всё это
Поменяешь на печаль?
Посмотри в последний раз…
Всё и так без слов понятно:
В этой дали необъятной –
Твой мирской последний час.
Но и там, в глухом краю,
Где мы все когда-то будем,
Синева осенних буден
Душу высветит твою.
• • • • •
Всё становится землёй:
Времена, травы навилень,
Даже свежий, молодой
Грозовой над лугом ливень.
Раньше срока не грусти
От открытия такого.
Все к земле ведут пути,
Кроме взгляда дорогого.
Но всего дороже нам,
Что земля – всему начало:
Ливням, даже завиткам,
Чем меня ты завлекала…
Слушаю Бетховена
Вьюга метёт – волнуется.
Дышит сквозняк в дюраль.
Школьниками кучкуются
Улица и фонарь.
Чист ли душой, греховен ли,
Вечному присно быть…
Музыкою Бетховена
Вихрится неба зыбь.
За переулком, к пристани,
В краешек бытия
Душу, как гамму, втиснула
Партия февраля.
Снежная мгла пуховая,
В каждую щель входи!
Слушаю я Бетховена –
Буря в моей груди.
• • • • •
Суд небесный, суд земной…
Парк. Осенняя прохлада
Стелет первою листвой
Две дорожки у ограды.
Эта – к храму, к Богу, в рай.
Эта – смутною тревогой
Наполняет через край,
Не приблизив душу к Богу.
Ворон сел на верхний сук
И следит высоким оком:
В светлой блажи – божий суд
И людской – в тщете глубокой.
Колокольный медный звон.
Сладок утренника ладан.
Суд небесный – радость, сон.
Парк. Начало листопада.
• • • • •
Луна колдует невпопад
В глухих небесных переулках.
И августовский звездопад
Из дома тащит на прогулку.
Ещё в Форосе Горбачёв,
Ещё не слышит мир о путче,
Он золочёною парчой
Укрыт от всяких глаз на случай.
Лишь по утру – ГКЧП,
Чайковский, страх, на танке
Ельцин…
Ну, а пока – щека к щеке –
Мы под луну-колдунью лезем.
И я шепчу какой-то бред.
Смеёшься ты и я с тобою.
И ворожащий лунный свет
Уже вливается в нас болью.
• • • • •
Зима не уйдёт от зимы,
А осень не станет весною…
Зачем же так яростны мы
В желанье владеть пустотою?
Бежим мы от света и тьмы,
Спасаемся светом и тьмою…
Зачем же так мелочны мы
В попытках дружить с пустотою?
• • • • •
Ты возникнешь ниоткуда
И исчезнешь в никуда –
Не звезда из Голливуда,
Даже просто не звезда.
Вспыхнет чёлка на морозе
Перламутром хрусталя.
Не звезда… Ты лучше – роза
В снежной вазе февраля.
На ресницах – лёгкий иней,
И уста – как лепестки.
Роза – юная богиня
И лекарство от тоски.
Я на миг про всё забуду
И замру, как ледяной.
Мне не важно: ты – откуда,
Важно мне: кто я такой?
• • • • •
Пока не пролетали журавли
Над старицей в седой осенней
выси,
Друг другу мы доверить
не могли
Своих сердец любовь
и бескорыстье.
И вот они вершат прощальный
круг,
Тревожат сверху поднебесной
нотой.
И грустно, что осенний путь
разлук,
Как птичий клин на юг, –
бесповоротен.
Но если хочешь быть в ладу
с собой
И чувствовать мгновений
равновесье,
Ты помаши им с лёгкостью
рукой –
В незыблемую вечность
поднебесья.
• • • • •
Сквозь череду нелепых
превращений
В одно мгновенье ощутишь
вдруг груз,
Что ты отныне – лишний
в поколенье,
Хоть не Онегин, не Печорин
пусть.
Вслед за звездой у края
небосвода
Почувствуешь ненужный,
злой
покой
И не поймёшь, почём теперь
свобода
За гранью той, где нет тебя
с собой.
• • • • •
Не наважденье, а вождизм
Больших снегов к исходу марта.
И прячет солнце оптимизм
Луча в небесной мгле
Монмартра.
Мы у погоды все – рабы.
С времён былинных и доныне
Над страшной тайной морщим
лбы,
Блуждая в жизненной пустыне.
Наверно, с века суждено,
Чтоб нас участливо водили:
В Крым – золотое красть руно,
Сжигать сердца – на Пикадилли.
Душа – прибежище вождей,
Тебя не гложет стыд извечный
За след кровавый от вожжей
На потных спинах человечьих?
