Пророк из соседнего села

09.12.2010 09:32

Как с ним ни играла судьба, а он по-прежнему играет на трубе. И на гитаре тоже. Да ещё и поёт хорошо поставленным оперным голосом. И к работе в школе села Ильмень, что в Воронежской области, и местном клубе Чеснаков уже gрикипел.

Земляки | Как с ним ни играла судьба, а он по-прежнему играет на трубе. И на гитаре тоже. Да ещё и поёт хорошо поставленным оперным голосом

Александр Чеснаков. Фото Андрея Монастырного.

Чеснакову было обидно. Даже очень.

Нет, не оттого, что хотел приобщиться к фермерству и решил развести свиней, а свиноматка вмиг неподъемной своей тушей придавила весь приплод – и делу конец, а оттого, что все в жизни пошло наперекосяк. А тут еще в «Комсомолке» попалась заметка, в которой шла речь о его бывших сокурсниках по консерватории.

Оказывается, они в «Гранд-опера» поставили «Евгения Онегина».

В самой «Гранд-опера»!

…В Ильмень они всей семьей приехали из Узбекистана в начале 90-х. В то самое время, когда разыгравшийся бытовой национализм грозил перерасти в нечто большее и непоправимое, и решили двинуться с насиженного места.

Они – это выпускник Ташкентской консерватории и он же педагог по вокалу Александр Чеснаков, его жена, двое их детей и престарелый отец.

А куда переезжать, когда нигде тебя не ждут? Была – не была, и махнули в Воронежскую область, в Поворинский район.

Здесь тоже их никто не ждал. Но наскребли каких-никаких деньжат и купили хоть и плохенькую, но свою хатку-пятистенку. В ней и живут.

Чеснаков родился музыкантом.

Более того, по всей видимости, он был зачат таковым. И здесь я нисколечко не преувеличиваю. Это так и есть на самом деле.

Первая гитара, появившаяся в руках Александра Чеснакова в двенадцать лет, продержалась недолго: узнав о том, что сын забросил уроки в школе, разгневанная мать превратила его шестиструнную «подругу» в щепки. Но дела с уроками вскоре пошли на поправку, гнев мама сменила на милость, и место вышедшей из строя шестиструнки заняла другая, очень похожая на ту, первую.

В школьном же вокально-инструментальном ансамбле Александр вовсю «жарил» уже не только на гитаре, но и на контрабасе. В общем, парень оказался музыкантом, хоть и вырос в обычной рабочей семье под жарким солнцем Узбекистана.

Потом был шумный выпускной вечер в одной из восьмилеток индустриального Бекабада и недолгие раздумья: куда же пойти учиться?

- Куда? Конечно, в музыкальное училище! Но у меня же нет за плечами музыкальной школы? Как быть?..

Примерно такой внутренний диалог вёл сам с собой Александр, неся документы в Бекабадское музучилище.

С мечтой о том, чтобы профессионально овладеть гитарой или контрабасом, правда, пришлось расстаться - теоретических знаний для сдачи вступительных экзаменов явно не хватало, но зато годичные подготовительные курсы давали возможность поступить на вокальное отделение.

Так Александр запел.

А вот после третьего курса петь пришлось уже в стройбате, куда двадцатилетний недоучившийся вокалист отправился на два года. Теперь, шагая по плацу, он вместе с ротой чеканил: «Через две, через две зимы, эх!..»

Отслужив как надо и вернувшись в родной Бекабад, Чеснаков всё же доучился, и впереди призрачно замаячила новая музыкальная высота – Ташкентская государственная консерватория имени Ашрафи. Экзотическая картина, которая запомнилась ему на всю жизнь: консерватория была окружена со всех сторон палатками приехавших поступать в консерваторию туркменов. Чтобы не платить за гостиничные номера в столице Узбекистана, туркменская молодёжь решила расположиться вместе со своими родителями прямо на площади.

Статус бывшего военнослужащего сыграл свою решающую роль: Александра зачислили в консерваторию, а палатки у дверей так же неожиданно исчезли, как и появились.

Чеснаков постигал вокальное искусство, ездил с агитбригадами и выступал в Ташкентском театре оперы и балета имени Навои. Но не всё в консерватории складывалось удачно: занятия с педагогом по вокалу не давали желаемого результата. Голос не звучал, и что-то надо было с этим делать.

Тогда Александр решил сменить педагога.

Пожилой, девяностолетний профессор Георгий Семёнович Тер-Исраилян, Народный артист УзССР, славившийся своей вокальной школой, вовсе не был в восторге от желания Александра Чеснакова стать ещё одним его учеником: ему хватало и тех, что у него уже были.

Но парень хотел профессионально петь и сдаваться не собирался. Каждый день в течение месяца он встречал педагога у дверей консерватории и провожал до дверей дома, в котором жил профессор; выполнял мелкие хозяйственные поручения и уговаривал взять его к себе в ученики. Перед таким упорством Тер-Исраилян устоять не смог, и Александр стал его учеником. Вскоре голос молодого певца зазвучал так, как надо.

- Тер-Исраилян многое для меня тогда сделал, - признаётся Александр. – После смерти своего сына Георгий Семёнович предложил мне и ещё одному студенту жить у него, и мы, недолго думая, перебрались из общежития в просторную трёхкомнатную профессорскую квартиру.

Старика часто навещала дочь, жившая в Москве и работавшая в газете «Известия». Ей я обязан своей любовью к литературе. В качестве столичных «сувениров» она привозила из «златоглавой» самиздатовские, напечатанные на машинке, книги. Пристрастившись к чтению, подписался на «Литературку», завёл знакомства в книжных магазинах, близко сошёлся с местными книгоманами, обменивался редкими изданиями. В общем, вёл активную читательскую жизнь.

После окончания консерватории брать ещё одну высоту и поступать в аспирантуру Александр не захотел – роль «вечного студента» его совсем не прельщала. Он решил вернуться на свою малую родину и устроиться преподавателем в то музучилище, с которого для него когда-то всё и начиналось.

Родной город, в котором мало что успело измениться, встретил его дымом труб металлургического завода и ароматами восточных фруктов с местного базара.

Снова дома! Пять лет, которые прошли для Чеснакова в праведных преподавательских трудах и семейных заботах - родилась дочь, рос сын, - пролетели незаметно. Но пошла череда политических изменений, и не в лучшую сторону.

Остальное вы уже знаете.

...Александр на жизнь смотрит философски. Дети выросли, сын закончил медицинский вуз и стал врачом, у дочери за плечами медучилище, учится на биофаке Борисоглебского пединститута. И к работе в школе и местном клубе он уже привык-прикипел. Воспитанники Александра Чеснакова – неоднократные участники районных и областных творческих конкурсов, а сам он не раз выступал на сельских и районных праздниках. Многим детям Александр Евгеньевич привил любовь к музыке.

- У меня в школе все поют, даже те, у кого вроде бы нет ни слуха, ни голоса, - говорит Чеснаков. – В тональность попадать может каждый. А это уже успех.

Все это, конечно, замечательно. Только ведь Александр Евгеньевич Чеснаков – один такой талант на всю нашу округу. Он бы мог иметь и свою школу вокального искусства, готовить ребят для большой сцены.

Только ведь у нас, как всегда, не до пророков в своем Отечестве…