Культура

Прошлое с библиотечных карточек

Родственник двух художников привёз в Воронеж и Борисоглебск картины и воспоминания. Андрей Шолохов передал Воронежскому художественному имени И.Крамского и Борисоглебской галерее имени П.Шолохова работы Петра Ивановича Шолохова и своего отца Бориса Анатольевича. Ещё один повод для поездки – презентация воспоминаний Петра Шолохова.

Родственник двух художников привёз в Воронеж и Борисоглебск картины и воспоминания

Судьба живописца Петра Шолохова (1898-1988) тесно связана с нашим краем. Родился он в Борисоглебске – и в этом городе помнят о нём, даже картинную галерею назвали его именем. На днях в Воронеже, а затем и в Борисоглебске, побывал родственник художника Андрей Борисович Шолохов. Двум музеям – художественному имени И.Н. Крамского и галерее имени П.И. Шолохова – он передал работы Петра Ивановича и своего отца Бориса Анатольевича.

Ещё один повод для поездки – презентация выпущенных им в московском издательстве «Юнивестмедиа» воспоминаний Петра Шолохова. «Глазами художника: земляки, коллеги, Великая Отечественная» - третья книга в серии «Защитники и созидатели России». Ранее в ней вышла монография самого Андрея Шолохова о полководце Михаиле Скобелеве, замысел которой возник у автора лет двадцать назад. Издательской деятельностью Андрей Борисович занимается уже давно. Выпускает, в частности, газету «Вузовский вестник», альманах «Высшая школа XXI века».

Андрей Борисович Шолохов. Фото Константина Толоконникова.

Шолоховские картины воронежцам знакомы: некоторые ещё при жизни автора попали в коллекцию музея имени И.Н.Крамского.

- Я знал Петра Ивановича, - вспоминает его директор Владимир Добромиров. - Бывал у него в Москве, отбирал его работы для музея. Помню, очень понравилось мне тогда его «Строительство Моссельпрома», исполненное в импрессионистическом духе. Но начальство решило, что работа нуждается в реставрации, и в Воронеж она, увы, не попала. А потом её в «Третьяковку» забрали.

Начало своё, по семейным преданиям, род Шолоховых берёт в Зарайске - это на границе Московской и Рязанской областей. Там же, кстати, корни и другого Шолохова - Михаила Александровича. Автор культовой некогда телепрограммы об искусстве «Тихий дом» Сергей Шолохов тоже, как оказалось, находится в родстве с героями этой статьи. Сам Пётр Иванович заметил однажды, что среди Шолоховых всегда водились таланты, склонные к литературе и живописи. Второе он подтверждал всю свою жизнь. В том, что у художника Шолохова и литературный талант был, убедится теперь читатель его мемуаров.

Перед началом презентации Андрей Борисович ознакомился с фондами Воронежского художественного музея. Впечатления у гостя остались восторженные.

Собравшимся в музейном конференц-зале он рассказал о том, каким был автор книги «Глазами художника».

- Пётр Иванович жил в Москве, в одном из Арбатских переулков рядом с МИДом. Его жена работала в Исторической публичной библиотеке. Воспоминания Пётр Иванович записывал на библиотечных карточках – их приносила жена с работы. Он считал, что так легче вносить правку.

Затем записки перепечатали на машинке. Один из машинописных экземпляров достался Андрею Шолохову от отца – Б.А. Шолохова, художника и кандидата искусствоведения. Борис Анатольевич - племянник Петра Ивановича, стоявшего у истоков его творческого пути. Они вместе работали, например, в изобразительных студиях Москвы и Калининграда, воспитав немало самобытных художников.

Жил Пётр Иванович скромно – но дом его всегда был открыт для гостей. У Шолоховых на протяжении многих лет собиралась московская интеллигенция. Публика весьма разношёрстная, каждый - со своими взглядами на мир. Объединяло их, по словам Андрея Шолохова, служение русской культуре.

- Его жена была дочерью священника, - рассказывает Андрей Борисович. – Половина семьи была репрессирована – а её не трогали. Пётр Иванович и Екатерина Николаевна не были ни коммунистами, ни антикоммунистами. Они вполне признавали иные достоинства Советской власти. Однажды его вызвали на Лубянку: кто-то донёс, что «у Шолоховых собираются попы». Но, поговорив, отпустили. Даже извинились! Кстати, Пётр Иванович был неверующим. Двадцатый век таков оказался - люди отходили от религии: церковь не могла удержать от грехов, да у неё и самой грехов немало было... При этом на многих шолоховских картинах изображены церкви. Очень любил он старину, Русь уходящую.

Тени людей, с которыми общался художник, ожили теперь на страницах книги. Много довелось повидать на своём веку Петру Шолохову. Он и на Великой Отечественной был, несмотря на возраст; в том числе - в бригаде художников. С советскими войсками побывал, например, в Иране – об этом в книге есть несколько поэтичных страниц. «...Здесь нет наших долгих сумерек, как-то сразу и неожиданно приходит ночь. Южное небо - в новых для нас созвездиях, шум невидимого моря глушит все звуки, и только совсем рядом, пугая воображение, раздаются по временам какие-то лающие завывания шакалов и гиен».

Очень похоже на живопись Петра Ивановича. Как выразился на презентации Андрей Шолохов, «во всех его работах, кроме натюрмортов, колорит сумрачный. Сумрачный, но живописный».