Рассказ. Про сонного ерша

Сашок опустил руку в воду, потрогал ерша и погладил его по спине. Мальчик накрошил в воду хлеба, но ёрш не обратил на это внимания.

Зимой папа иногда ходил на рыбалку. Он неслышно исчезал ночью, когда Сашок спал, и возвращался утром. Сашок просыпался, а дома была одна мама. Она топила печку и делала всякие домашние дела.

У печки на железном листе лежали замёрзшие дрова. Снег на них таял, а потом мама засовывала поленья в печь, и сквозь щёлку было видно, как сразу им становилось жарко, и они начинали трещать. Согревшись, поленья уютно гудели, будто пели на своём языке какую-то песню.

Мама часто выходила на улицу, и каждый раз в дверь клубами залетал мороз. Однако печка была сильнее, и у него не хватало сил добраться даже до середины комнаты. А Сашок лежал на диване под толстым одеялом, будто в берлоге, и думал про то, как там папа ловит рыбу, потому что на улице был сильный холод, и в окнах ничего не было видно, кроме нарисованных морозом новогодних ёлок и всяких волшебных картинок, разгадывать которые можно очень долго.

А потом приходил папа, большой и румяный, как Дед Мороз. У него была толстая и твёрдая, как доспехи, одежда, холодные колючие щёки и ледяные пальцы. Он грел у огня руки и ходил по комнате в пушистых носках, которые с утра дожидались его на печке.

Удочки потихоньку оттаивали на столе, а папа вынимал из сумки свой улов. Рыбки были небольшие, некрасивые, облепленные сором и крошками и такие обледенелые, что стукались об стол, как деревянные.

- Это какие рыбы? - спросил однажды Сашок.

- Ерши, - ответил папа.

- А почему они в реке не замерзают?

- Понимаешь, - сказал папа, - они так приспособлены, что любой холод выдержат. Хочешь, я тебе одну штуку интересную покажу? Папа налил в таз воды и бросил туда самую большую рыбку.

- Вот подожди, она оттает, и увидишь, - пообещал он.

После завтрака папа позвал Сашка, они заглянули в таз и увидели, что рыба плавает.

- Это она умерла, что ли, а потом отживела? – спросил Сашок.

- Ну, не совсем умерла, - ответил папа. - Рыбы не умирают, а засыпают. Теперь вот она проснулась.

Сашок опустил руку в воду, потрогал ерша и погладил его по спине. Рыбка была живая. Она плавала по самому дну и боялась незнакомых рук.

Мальчик накрошил в воду хлеба, но ёрш не обратил на это внимания. Наверное, он просто никогда не видел хлеба и не знал, что его можно есть.

Сашок поймал ерша и стал ему под водой совать в рот размокший хлеб. Может, ёрш один раз попробует, ему понравится, и тогда он проживёт у Сашка долго-долго, до самой весны. А весной он посадит его в бочку около сарая – в ней ему будет просторно. Каждому ведь интересно, чтоб у него во дворе жила настоящая рыба. Бочка большая, и ёрш в ней тоже большой вырастет.

Но тут папа увидел, как Сашок кормит ерша, и сердито спросил:

- Ты что ж делаешь?

Сашок испугался и сразу руки из таза вынул.

- Разве так можно? – спросил папа. – Ты её задушишь, и она уснёт, как все остальные. Нельзя так. Вообще не надо до неё дотрагиваться.

Когда папа ушел, Сашок пустил в таз кораблик. Интересно, ёрш понимает, что это такое? Ёрш не понимал. Конечно, он на речке, кроме моторок, никогда ничего и не видел такого, чтоб с пушками и парусами. Сашок его злил-злил, чтоб ёрш на корабль напал, но тот оказался бестолковым – с ним невозможно оказалось ни в какую игру сыграть.

За целый день мальчонка только раз сходил погулять, а так все время сидел рядом с тазом, пытался ерша чему-нибудь научить или просто смотрел, как он стоит у самого дна и тихо шевелит плавниками.

А на следующее утро ёрш оказался невесёлым и плавал вроде бы хорошо, но как-то боком. Сашок ему помогал: за хвост поддерживал, чтобы он не переворачивался на спину, подталкивал и хлеба свежего покрошил, хотя в воде и вчерашнего было много.

- Если он уснет, то ничего страшного, - сказал папа. – Я тебе другого принесу.

А ёрш уже плавал совсем плохо. Стукался о стенки таза и все старался перевернуться вверх животом.

- Я не хочу другого, - сказал Сашок. - Я хочу, чтоб этот выздоровел.

А мама сказала:

- Ничего, сын, не расстраивайся. Я придумала, как твою рыбку спасти. Мы, знаешь, что сделаем? Мы её опять заморозим, а весной в речку выпустим. Она оттает в теплой воде и отживеет!

Ерша заморозили на улице, и Сашок сам вырыл нору в самом большом сугробе и уложил там, чтоб никто это заветное место, кроме него, не нашёл, и чтоб ёрш не оттаял раньше времени.

Потом, в другие уже дни, шёл снег, сугроб вырастал, и ершу там хорошо было лежать. Метель до него не доставала. Он спал себе и даже ни разу не видел, как Сашок с собакой играют и по снегу кувыркаются, пока он лежит замёрзлый.

Один раз он проверил: тут ли ещё ёрш? А то оттепель была – вдруг он отживел и не знает, что теперь делать? Ёрш был цел и крепко спал. Мальчик хорошенько его рассмотрел, потому что соскучился, и опять спрятал.

А когда пришла весна, ёрш исчез. Его нигде не было – ни в остатках сугроба, ни в лужах на дворе. Сашок искал его, искал и не нашёл. А папа сказал:

- Мы, наверное, опоздали. Он уже оттаял и уплыл. Видел, сколько ручьев было? Вот по такому ручью он и уплыл в речку. Там и резвится теперь!

- А как же, - спросил Сашок, - все ручьи, что ли, в речку впадают? Или куда?

- Обязательно в речку, - ответил папа. – Куда ж им ещё течь? Он теперь там плавает дома и вырастет большой-пребольшой. А если он когда-нибудь снова попадётся на крючок, вот рыболовы удивятся! Скажут: что это за рыба такая огромная? А это твой ёрш!

А Сашок подумал: не, мы ещё раньше увидимся. Летом будем с друзьями в речке плавать, а ёрш нас увидит и тоже подплывет со своими друзьями. Скажет: я вон того мальчишку знаю. Мы с ним зимой познакомились. Сашком его зовут.

Александр ЯГОД КИН. 

Источник: «Коммуна», №4 (25632), 14.01.11г.