Сатирический калейдоскоп от Виталия Мухина

13.10.2012 09:04

Успел… | Всё относительно

Успел…

Студент пятого курса Академии мерчендайзерных наук Аркадий Наседкин горел синим пламенем. До начала госэкзамена по сетевому маркетингу оставались какие-нибудь полчаса, а у него даже не было денег на такси: вчерашний поход в ночной клуб сожрал остатки стипендии и всё то, что прислали ему на месяц родители-бизнесмены.

По счастью, на остановке уже стоял «социальный автобус», в котором пенсионеры по утрам объезжали рынки города, пользуясь тем, что проезд в нём был бесплатным. Вообще-то, Аркадий предпочитал ездить на платном, поскольку в «халявном» его постоянно сгоняли с места, но выбора не было.

Броском вперёд студент-пятикурсник «достал» автобус и уже было собрался зайти внутрь него через переднюю дверь, как та захлопнулась, успев слегка щелкнуть его по носу.

«Ишь ты, принципиальный!» – подумал Аркадий и потрусил к задней двери, которая оставалась открытой. Но лишь только он приблизился к ней, как та со скрипом закрылась, сильно двинув его по плечу. Зато открылась передняя.

«Да ты, батенька, играть со мной вздумал!» – всерьёз разозлился студент и, стартовав так, что заискрили подошвы, метнулся к передней двери. На этот раз ему удалось-таки войти в салон, хотя и частично. В то время как голова и верхняя часть туловища пятикурсника уже могли насладиться теплотой «помещения», вторая его половина вместе с ногами продолжала оставаться на улице, на которой уже начинал накрапывать дождь.

– Ты что ж это делаешь, гад! – заорал он так, что подпрыгнула даже бабка на переднем сиденье, которая считала себя глухой от рождения.

Гад, он же – водитель, открыл дверь и, дождавшись момента, когда студент отпрянет, тут же её захлопнул – очевидно, салочки были любимой игрой его детства. Мало того, словно издеваясь над обнищавшим за ночь студентом, он отъехал пару десятков метров и, остановившись, открыл обе двери.

– Ну, ладно, – заскрипел зубами Альберт и кинулся к автобусу с такой прытью, как если бы из того на него вылили ведро помоев. Но реакция водителя оказалась быстрее, чем его ноги. К тому моменту, как Наседкин поравнялся с автобусом, у последнего уже были плотно закрыты все входы.

– Ах, ты так? – взревел взбешённый студент и со всей силы ударил ногой в то место, где у автобуса должен был находиться мотор, – мотор заглох. По крайней мере, это можно было понять из короткого комментария водителя, который неожиданно появился на улице с монтировкой в руках.

И хотя преддипломник больше всего любил общаться «ВКонтакте», в данном случае такое общение показалось ему неуместным, поэтому он предпочёл дать дёру.

Когда метров через пятьсот Аркадий сбавил ход и оглянулся, то водителя уже не было видно – судя по всему, его поглотила толпа, состоящая сплошь из взволнованных пассажиров автобуса, которая с каждой секундой неумолимо приближалась к нему.

Набрав в грудь побольше воздуха и на ходу скинув туфли, будущий мерчендайзер резко набрал скорость и уже через семь с половиной минут был на месте – за четверть часа до начала государственного экзамена по сетевому маркетингу.

Всё относительно

В ночь на субботу мне приснился удивительный сон – начальство повысило мне зарплату. Но лишь только оно – начальство – собралось озвучить новую цифру оклада, как раздался звук бормашины, который с детства вызывал у меня искреннее отвращение.

«Какая бормашина? Какой больной зуб?» – силился понять я, но, так ничего и не поняв, проснулся.

За окном светило солнышко и пели птички, но всю эту идиллию заглушал звук «отбойного молотка», с которым какой-то шахтёр пробивался в мою забой – квартиру.

С трудом продрав глаза, я посмотрел на часы – было без пяти минут девять, так что скандал в качестве решения проблем отпадал.

«С другой стороны, когда ещё, как не в субботу с утра, новосёлам обустраивать свою квартиру», – подумал я, вспомнив, как сам полтора дня пробивал в панели отверстие для гвоздя, на котором сейчас покоится семейный портрет.

Однако через несколько минут звук от завывающей дрели стал нестерпимым. Чтобы заглушить его, я включил телевизор погромче и принялся слушать концерт рок-музыки, которую обычно терпеть не могу. Но не успели музыканты доголосить даже песню, как в квартиру позвонили.

– Чем обязан? – поинтересовался я у интеллигентного вида гражданина лет сорока и в пижаме, стоящего на пороге в смущённой позе.

– Дело в том, – замялся мужчина, – что ваш телевизор мешает моим детям спать. Не могли бы вы сделать его звук потише.

– Видите ли… – так же вежливо пришлось ответить мне. – Я бы с удовольствием это сделал, но мне кажется, что ваши дети не спят вовсе не от моего телевизора, а от работающей за стенкой дрели. Обратитесь по этому поводу к соседям...

И дал понять, что разговор исчерпан.

Мужчина удалился. А я пошёл на кухню пожарить яичницу, поскольку под такой концерт для дрели с оркестром больше всё равно ничего в рот не полезло бы.

Но едва я прикоснулся к глазунье, как в дверь опять позвонили.

– Ну, что ещё? – спросил я уже менее вежливо у всё того же, переминающегося с ноги на ногу, мужчины.

– Вы меня, ради Бога, простите, – потупил глаза тот, – но дело в том, что я только что разговаривал со своими детьми. Они говорят, что как раз дрель-то им и не мешает спать, а мешает именно ваш рок-концерт.

– Хорошо, – сказал я, которому тоже надоела вся эта музыка. – Сейчас я решу данный вопрос.

И захлопнув дверь, пошёл одеваться, чтобы сообщить новосёлу о том, что он не прав.

Дабы меня услышали, мне пришлось не звонить в соседскую дверь, а пинать её, но когда после десятого или одиннадцатого пинка ту открыли, я едва не потерял дар речи: на пороге стоял только что навестивший меня мужчина, а в руке у него была та самая дрель.