Культура
Сатирический калейдоскоп от Виталия Мухина
12.01.2013 09:00
Штрафной удар | Аппендицит | Мысли на излёте
Штрафной удар
Матч между сельскими командами «Пикирующие кочеты» и «Бесстрашные боровы» на Кубок района подходил к концу.
Хозяева поля, футболисты птицеводческого хозяйства, проигрывали гостям со счётом 0:1, а это означало, что ни дешёвых бройлеров, ни бесплатных яиц к Новому году им не видать, как пингвинов в Сахаре.
Со своей стороны, команда гостей, в которой к свинокомплексу имел отношение разве что центральный защитник Василий Хрюкин, всё время лупивший соперников по ногам, не желала отдавать победу, за которую им к Дню свиновода было обещано по молочному поросёнку.
Хрюкина давно бы уже удалили с поля, если бы не судья Валера, приходившийся ему двоюродным племянником и опасавшийся дяди гораздо больше болельщиков кочетовцев, которые давно уже обещали засунуть ему свисток выше ног.
Самого Хрюкина они намеревались скормить свиньям сразу же после матча, о чем недвусмысленно свидетельствовали их намёки, выражаемые в грубой циничной форме.
Опираясь на такую поддержку, «кочеты» ломились в штрафную «боровов» с таким азартом, словно за победу им был обещан свинокомплекс противника на разграбление. Уже четыре раза они угодили мячом в штангу ворот гостей, дважды попали им в голову вратаря и даже повредили электропроводку, тянувшуюся от электрического столба к деревянному туалету, едва различимому за плотной стеной полыни. И Василий понял – пора!
Выждав, когда центрфорвард хозяев приблизится к нему вплотную, Хрюкин незаметно для окружающих зацепил себя левой ногой за правую, и как спартанец, пораженный дротиком перса, рухнул на линялую, выеденную крупным рогатым скотом траву.
Стадион загудел, почувствовав в падении защитника гостей провокацию.
Гул усилился, когда Валера, втянув голову в плечи, назначил штрафной в сторону хозяев поля, а сам придвинулся поближе к бровке. В этот момент даже Хрюкин услышал скрежет зубов болельщиков кочетовцев и звук раздираемых на их грудях рубах. Неожиданно он из-под мышки увидел, как через всё поле к нему несётся амбал с объёмным свёртком в руках.
– Похоже, за мной, – решил Василий. – Такой если приложится, то и поминать некого будет.
И тут он вспомнил, чему учил его отец перед тем, как сесть на пятнадцать суток за хулиганство. Не дожидаясь, пока прискакавший амбал занесёт над ним свёрток, Хрюкин вскочил и что было сил въехал ему в скулу своей правой. Амбал рухнул навзничь.
На секунду над стадионом воцарилась гнетущая тишина, которую смог прервать только голос судьи на линии:
– Вы что творите, молодой человек? Это же врач, который хотел вам помочь…
– Да? – удивился Василий. – А что ж он тогда не в белом халате?
Последние слова Хрюкин произносил, уже запрыгивая в автобус, на котором команда гостей пыталась оторваться от преследовавших её кочетовцев, но удалось это сделать лишь через три километра – там, где грунтовая дорога переходила в шоссе.
Аппендицит
У старшего научного сотрудника института селекции земноводных и пресмыкающихся Корнея Семёновича Гаврикова схватило живот. Да так, что хоть рожай. Врачиха, приехавшая на «скорой», дигностировала аппендицит и категорически заявила, что, если срочно не сделать операцию, то земноводные, не говоря уже о пресмыкающихся, останутся без селекции. И Корней Семёнович согласился.
Уже по дороге к микроавтобусу он отметил, что носилки несёт всё та же врачиха на пару со сморщенной старушкой, которой на вид было лет 70–75. Но ещё сильнее его поразило, когда докторша, загрузив носилки в машину, сама села за баранку грузовой «Газели».
– А что делать, – пояснила она, виртуозно лавируя в городских пробках, – если штат «скорой помощи» сократили наполовину? Вот и приходится теперь работать и за врача, и за санитара, и за водителя.
– Интересно, – подумал Гавриков, – а что было бы, если бы его лягушки выполняли ещё и работу змеи, а змеи – работу аиста?
Но развить эту мысль ему помешала сильная боль внизу живота, которая вернула его к реальности.
Слава Богу, в больницу его доставили вовремя и сразу же начали готовить к операции. Кто-то брал у него кровь, кто-то совал под мышку термометр, а кто-то невидимый шептал на ухо, что для успеха дела нужны всего восемь тысяч рублей – шесть хирургу, у которого при виде больных почему-то трясутся руки, и две – анестезиологу, страдающему рассеянным склерозом.
– А медсестре и нянечке? – возмутился такой социальной несправедливостью «эсэнэс».
– Ну, хорошо, – согласился невидимый. – Дайте им по пятьсот, но не больше, а то разбалуются.
– И главврачу – никак не мог угомониться Гавриков.
– Тогда ещё восемь, а то обидится.
– Сейчас достану, – сразу же успокоился учёный и потянулся рукой к трусам, в которых он всегда держал неприкосновенный запас.
– Да не сейчас, а после операции, – зашипел на него человек-невидимка.
При этих словах больного аппендицитом прошиб липкий пот.
– Это что же, они не уверены в успехе дела? – подумал он.
Нет, хорошо, конечно, что врачи оказались людьми порядочными и не желают брать деньги с покойника, но ему-то нужны гарантии…
– Ну, вот что, – прохрипел он, корчась от боли. – Пока вы не возьмёте у меня деньги, я ни на какую операцию не поеду.
И, собрав последние силы, Гавриков начал медленно сползать с каталки.
– Ну, ладно, чёрт с вами, давайте, – прошипел человек-невидимка, засовывая руку под простыню и пытаясь нащупать там пальцы больного…
А спустя какое-то время Корней Семёнович очнулся уже в палате. Голова гудела, перед глазами клубился туман, но главное, что он был жив и, вроде бы, даже в сознании.
«А, может, мне всё это приснилось? – подумал он, нащупывая в трусах знакомый ему кошелек. – Наверное, приснилось, иначе откуда там взяться деньгам?»
Мысли на излёте
• Человек, который не любит дикой природы, – дикий человек.
• В Англии лучший секретный агент – 007, а в России – 0,5.
• Воспитанный человек никогда не попросит огласить меню на поминках.
• В России таланты появляются сразу, как только у них появляются деньги.
• Брак – лучший повод для развода.
• Духовность – это продукт неудовлетворённой плоти.
• Глупый человек часто бывает неправ. Умный неправ всегда.
• Первый зоофилом был Иван-царевич, женившийся на лягушке.
• Российские дороги следует крыть не асфальтом, а матом.
• Нигде так не важен размер женской груди, как на финише стометровки.
• Строгим костюм бывает только до моли.
• У отца было три сына – два дурака и один футболист.
• Только умный человек способен осознать, что он – дурак.
Источник: газета «Коммуна» №4 (26026), 12.01.2013г.
