Культура
Сатирический калейдоскоп от Виталия Мухина
06.04.2013 09:01
Пошутил… | Криминальная история
Пошутил…
Интеллигент в седьмом поколении Аркадий Тарасович Тужиков этого дня ждал с большим нетерпением.
– А ты знаешь, Люся, – сказал он жене за завтраком, – я твою стряпню вчера давал поросятам, и они есть не захотели.
– Так я ж не для поросят её готовлю, – недоумённо посмотрела та на него, – а у тебя до сих пор к еде претензий не было.
– Что есть, то есть, – согласился Аркадий. – Это потому, что я – трус и боюсь, как бы ты от меня не ушла, если я скажу тебе правду.
Люся обозвала его дураком, а глава семейства, так ничего и не съев, поблагодарил супругу за вкусный завтрак и отправился в город – на работу в научно-исследовательский институт астронавтики.
Первым, кого он там встретил, был директор Константин Целиковский.
– Здравствуйте, Константин Модестович, – остановил его Тужиков. – Я давно вам хотел сказать, что вы ретроград и бездарный руководитель, которому не только нашим институтом, но даже ослом управлять нельзя.
– Шутить изволите, – усмехнулся директор, и, освободив пятерню из худосочной ладони младшего научного сотрудника, пошёл к себе кабинет, а Тужиков отправился в свою лабораторию.
Коллектив оной встретил его с нескрываемым ликованием.
– А нам премию руководство выписало, – лучезарно улыбаясь, сообщила ему лаборантка Катенька, – по двести пятьдесят рублей на брата.
– А на сестру? – уточнил Тужиков.
– И на сестру тоже, хотя и меньше.
– Ну и чему вы радуетесь? Директор себе три миллиона «оформил», да ещё два миллиона своей жене-бухгалтеру, а у вас щенячий восторг от каких-то жалких подачек. Хотя, если честно сказать, нам даже их давать не за что. Работу свою мы делаем плохо, космолёты у нас падают через раз – у меня до сих пор во дворе за клозетом первая ступень от нашей ракеты лежит. Хорошо, что упала она не на сортир, а то бы я с вами сейчас не беседовал…
– Да ну вас, – махнула на него рукой Катенька и пошла к тем, у кого оптимизма было побольше.
Там, в группе коллег, шёл оживлённый спор, за кого голосовать на предстоящих выборах – за партию обутых или за блок одетых.
– А за кого ни проголосуете, всё равно лучше не станет, – вмешался в разговор Тужиков. – Если победят первые, они вас разденут, если вторые – обуют.
Коллеги Аркадия засмеялись. Было видно, что шутка пришлась им по вкусу.
Не смеялся только сам Тужиков, хотя на душе у него стало легче. Он был счастлив от того, что имеет возможность говорить что угодно и кому угодно, потому что сегодня – 1 апреля – праздник всех дураков и единственный день в году, когда «мэнээс» мог сказать всю правду и себе, и людям.
А на следующее утро Аркадий Тарасович узнал, что его жена подала на развод, а сам он уволен с работы – оказалось, что бывший младший научный сотрудник по рассеянности перепутал даты.
Криминальная история
У брокера известной конторы «Оборзелов и К» Георгия Силкина пропала жена. Вот уже четвёртый день она не появлялась ни на работе, ни дома, а телефон её скорбно молчал, как таджик-гастарбайтер при встрече с работодателем, и это было самое страшное. Зная свою жену не первый год, брокер даже представить себе не мог, чтобы та не давала ему указаний хотя бы каждые пять-шесть минут, а тут четвёртые сутки стояла тишина, как на кладбище.
В отчаянии Георгий Валерьянович обзвонил все больницы и морги города, но и там ему не смогли сообщить ничего утешительного – Оксана Ивановна как в воду канула.
– А не могла она остаться у какой-нибудь из своих подруг или, скажем, заболтаться с одной из них? – поинтересовались у Силкина в полиции, куда он отнёс заявление о пропаже. Но, получив отрицательный ответ, всё-таки завели уголовное дело по статье «Убийство».
– Скажите, – пытал его следователь, – у вас, случайно, с женой в последнее время размолвок не было?
– Вы что же, меня подозреваете? – обиделся на него брокер.
– Ну что вы, ни в коем случае, – поспешил успокоить его служитель закона, в глазах которого Силкин ясно прочел: «Ну вот, брат, ты и попался».
– Да если хотите знать, я в своей Сане души не чаю, – сказал финансист и вынул из кармана платок, чтобы смахнуть набежавшую на ус слезу.
– Верю, верю, – сказал следователь, внимательно следя за реакцией заявителя. – А сколько же лет вы с ней в браке?
– Восемнадцать.
Теперь пришёл черед удивляться уже блюстителю Фемиды.
– И что, вам никогда не хотелось с ней расстаться?
– А зачем? Я к ней привык. Знаете, как привыкают к старым вещам. И потом женщины, в сущности, все одинаковы, так что нет никакого смысла менять одну на другую. Только расходов больше…
При этих словах следователь тяжело вздохнул. Он только что поменял старую любовницу на новую и теперь думал только о том, как бы ему дотянуть до зарплаты.
– Ну, хорошо, – сказал он, – а когда вы в последний раз видели свою супругу?
– А разве я не сказал? – изумился Силкин. – Когда провожал её в супермаркет. Тот, что открылся на Московском проспекте.
Последняя фраза произвела на следователя неизгладимое впечатление. Глаза его из подозрительных вдруг стали злыми, а рот скривился в хищной, почти людоедской ухмылке, обнажив редкие неровные зубы.
– Так что ж ты мне ваньку валяешь, – сказал он, приподнимаясь со стула и страшно вращая зрачками глаз. – Иди сейчас же к директору магазина и скажи ему, чтобы уволил свою охрану, а жену ищи в его дамских отделах…
Он хотел тут же выбросить заявление Силкина в мусорную корзину, но вовремя вспомнил, что оно уже зарегистрировано. Тогда, подождав, пока за брокером закроется дверь, он взял ручку и размашисто написал на нём своё заключение: «Раскрыто».
Источник: газета «Коммуна» № 48 (26070), 06.04.2013г.
