Сатирический калейдоскоп от Виталия Мухина

03.08.2013 09:01

Плоды воспитания | Жертва искусства

Плоды воспитания

Учительницу начальных классов Ксению Андреевну Поправкину постигло несчастье – у неё обнаружили диабет первого типа. Это означало, что уровень глюкозы в её крови может в любой момент резко упасть или столь же резко подняться, поэтому она постоянно носила в сумочке несколько бумажных пакетиков с соком, позволявших в кратчайший срок восстановить сахарный баланс.

Но в этот раз, выйдя с работы, она вдруг вспомнила, что забыла пополнить свои запасы. Это было тем более огорчительно, что как раз в этот момент учительница почувствовала острую нехватку сахара в организме.

По счастью, поблизости оказался продуктовый магазинчик, к которому она и поспешила, втайне надеясь, что в нём нет покупателей-женщин или заик.

В магазинчике было пусто, и только молоденькая продавщица коротала век возле небольшого прилавка со снедью.

– Девушка, мне сладкий сок, – сказала учительница, прислоняясь к стенке, чтобы не потерять равновесие.

– Вам яблочный, персиковый, апельсиновый? Есть ещё вишнёвый, но я вам его не рекомендую, у него заканчивается срок годности.

– Мне всё равно, только быстрее.

– А какой объём вы бы хотели: пол-литровый, литровый, полуторный?

– Два двухсотграммовых с соломинкой, – Ксения Андреевна почувствовала, что теряет сознание.

– Два одинаковых или два разных?

– Всё равно.

– Тогда могу предложить яблочно-персиковый, у него очень приятный вкус.

– Давайте.

– Или нет, я лучше дам вам яблочно-ананасовый, он посвежее.

Вежливая продавщица хотела предложить что-то ещё, когда послышался слабый стон, и бледная, как тетрадочный лист, учительница медленно осела на пол.

– Что с вами? – кинулась девушка к покупательнице.– Вам плохо? Сейчас я вызову «скорую».

И она её начала вызвать… По сотовому.

Жертва искусства

В город Прикидов, известный своими культурными традициями, приехал с гастролями новомодный театр из Дурноплюйска. Поговаривали, что его постановки пользуются большим успехом за рубежом и являют собой новое слово в искусстве, поэтому на первом же представлении зал единственного в округе театра был под завязку забит представителями местной элиты, богемы и интеллигенции.

Бывшему сотруднику бывшей библиотеки Ивану Семёновичу Горемыкину с большим трудом удалось достать билет на галёрку, где его соседями оказались сплошь преподаватели здешнего университета, судя по всему, так и не научившиеся брать взятки у студентов.

Стоя по стойке «смирно», Иван Семёнович наблюдал, как открылся занавес, и на сцену вышел полуголый мужчина, причём обнажён он был почему-то не сверху, а снизу. Бывший книголюб слегка опешил, поскольку и в ванной-то стыдился смотреть на свой детородный орган, а тут на сцене… Однако в партере раздались многочисленные крики «браво», и Иван Семёнович приоткрыл глаза.

Уж лучше бы он заткнул уши, потому что мужчина стал поливать собравшихся такими матюгами, которые он не слышал даже при разговоре дворовых подростков.

Но вместо возмущения и возгласов протеста зал зашёлся аплодисментами, после которых на сцене появился мужской хор, солисты которого стали дружно мочиться в пустовавшую оркестровую яму, благо, размеры той позволяли.

Неожиданно Горемыкину стало легче дышать. Это облепившие его преподаватели вуза стали в спешном порядке покидать галёрку. Иван Семёнович хотел было последовать за ними, но в партере громыхнули такие овации, что он решил на всякий случай остаться.

И не зря, потому что на сцене появилась хорошенькая актриса, на которой ничего, кроме пуантов и обворожительной улыбки, не было. Соединившись в экстазе с мужчиной, на котором имелись только ватник и кирзовые сапоги, она от нахлынувших на неё эмоций стала заламывать партнёру руки, после чего бросила в зрителей стулом.

Оставшиеся в зале организаторы представления бурно рукоплескали и кидали на сцену цветы. Особенно усердствовал мужчина в смокинге, которому стул угодил в лицо. Очевидно, потому, что тот оказался не жидким.

Иван Семёнович зажмурился. Ему вдруг показалось, что запах от стула долетел даже до галёрки. Собравшись с духом, он скомкал купленный им билет и швырнул его на сцену, но силы были уже не те. Вспорхнув, как нашедшая порцию дроби птица, билет закружил в воздухе и плавно опустился в партер, но бывший библиотекарь этого уже не видел, поскольку в этот момент спускался по лестнице в вестибюль. Он был у выхода из театра, когда к нему подошёл человек в полицейской форме и вежливо взял его за локоток.

– Пройдёмте, гражданин.

– За что? – вытаращил глаза театрал.

– За мелкое хулиганство, – ответил тот. – Не надо было бросать мусор с балкона.

И Горемыкина отвели в отделение, где ему выписали штраф в размере его пенсии. С тех пор Иван Семёнович по премьерам больше не ходит – средства не позволяют.