Культура

Штрихи к портрету. На новом витке

Заслуженная артистка России Надежда Леонова (или как она сама любит себя называть – Настя) почти всю свою творческую жизнь работает в Кольцовском театре. В середине 90-х, правда, уезжала на пару лет в Самару, успешно там работала, но, в конце концов, вернулась в родной город. В последние несколько лет Леонова привлекла внимание зрителей и критиков интересными работами. И началось это, пожалуй, с «Ненормальной» Н.Птушкиной, где актриса сыграл свою героиню Марину Андреевну с напряженной нервностью отчаявшейся женщины...

Заслуженная артистка России Надежда Леонова (или как она сама любит себя называть – Настя) почти всю свою творческую жизнь работает в Кольцовском театре. В середине 90-х, правда, уезжала на пару лет в Самару, успешно там работала, но, в конце концов, вернулась в родной город.

В последние несколько лет Леонова привлекла внимание зрителей и критиков интересными работами. И началось это, пожалуй, с «Ненормальной» Н.Птушкиной, где актриса сыграл свою героиню Марину Андреевну с напряженной нервностью отчаявшейся женщины. Пикантная ситуация (героиня выбирает отца для своего будущего ребенка и с усилием, достойным лучшего применения, преследует его) меньше всего волновала актрису. Она не была ни пошлой, ни вульгарной. За экстравагантностью манер и поз скрывалась гордая, страдающая женщина, которой приходится прибегать к недостойным приемам для исполнения основного жизненного предназначения.

Почти одновременно с «Ненормальной» в творческом центре «Антреприза» вышел спектакль «Подари мне лунный свет» по пьесе О.Данилова, где Леонова снова сыграла современницу. Ситуация пьесы тоже была двусмысленной, и вновь актрисе удалось подняться над ситуацией. Это свидетельствовало уже не только о таланте (в наличии его никто и не сомневался), но и о незаурядности личности. На фоне довольно слабого драматического материала и поверхностной режиссуры актрисе удалось сказать нечто важное о современной женщине и ее проблемах. Красивые, уверенные в себе, обеспеченные, ее героини как-то отчаянно одиноки. Рядом с ними нет достойных их мужчин. Ее героини это знают и уже ни на что не надеются.

Следующей значительной работой стала Зойка в «Зойкиной квартире» М.Булгакова. Не все просто с самим спектаклем – как ни облагораживай представителей «старого мира» - куда уйти от факта, что Аместистов – мошенник, а Зойка – содержательница притона? Эти герои мелки и их суета наряду с сочувствием вызывает досаду. Мне показалось, что у Леоновой двойственное отношение к своей героине. Она красива, умна, знает цену всему и всем. Но резка и необаятельна. Она давно поняла, что старый мир обречен, и у нее одна задача – скорее уехать за границу и ради этой цели она не погнушается никакими средствами. Рискну сказать, что Зойка в пьесе выглядит не такой умной, более мещанистой, что ли, Леонова придала ей в спектакле стиль и шарм, но обаятельней она от этого не стала. А внутренняя драма в ней ощущается. На мой взгляд, это решение интереснее, хотя и не бесспорное.

И, наконец, последняя по времени работа Надежды Леоновой, которая, собственно, и заставила меня взяться за перо. Это возрастная роль Понсии в недавней премьере театра имени А.Кольцова – «Дом Бернарды Альбы» по пьесе Ф.-Г. Лорки. Если мы посмотрим список действующих лиц, то экономка Понсия значится там предпоследней. Ей никогда не придавалось особого значения. В воронежском спектакле режиссера Шахвердяна роль Понсии по значимости вышла на второе место после Бернарды. Это не экономка – это наперсница, а, возможно, и вдохновительница замыслов хозяйки дома. Она всегда рядом с ней, она ее отражение. Она и завидует ей, и жалеет, боится и уважает. Столь разнообразны чувства, столь многомерен образ. Уже как-то отвыкли от подобного, нынешние актеры предпочитают играть только основную линию образа, пренебрегая побочными, забывая о том, что именно совокупность черт делает образ объемным. Кажется, что Леонова все знает про свою героиню: как она росла, как попала в дом Бернарды, как вышла замуж, как побоями утверждала свою власть над мужем. Ей и жалко пятерых девушек, задыхающихся от материнского гнета, и в то же время она понимает Бернарду, хотя и пытается давать ей советы, как ослабить напряжение в доме.

По накалу страстей пьеса Лорки приближается к трагедии. Леоновой, видимо, подобное близко, в одном интервью она сказала, что ее любимый драматург – Еврипид. Трагедию на нашей сцене не жалуют, считая жанром устаревшим. Воронежский спектакль тяготеет скорее к драме, но не все исполнительницы дотягивают даже до этого уровня. По сути, основной конфликт пьесы – между фанатизмом старого уклада жизни, олицетворяемом Бернардой (Л.Кравцова) и юностью, рвущейся к новой форме отношений, воплощаемой ее дочерью Аделой (М.Магдалинина). Но поскольку Адела создана чисто внешними средствами - (порывистая, миловидная - без глубины противопоставления, то и конфликт не возникает. Или, вернее, он поверхностный, формальный. А весь трагизм коллизии держат три актрисы: Л.Кравцова, Н.Леонова и Т.Семенова (мать Бернарды). Но если Бернарду и ее мать сделал трагическими фигурами сам драматург, то экономка Понсия стала таковой благодаря дарованию Надежды Леоновой.