Судьба и книга. «Мы не сойдём с отеческих высот…»

06.07.2012 09:31

Увидел свет новый сборник «Донская высота». Его автор – писатель Пётр Чалый, много лет проработавший в воронежской «Коммуне». В сборнике – повести, рассказы, беседы о судьбах участников войны, её свидетелей живых.

Увидел свет новый сборник «Донская высота». Его автор – писатель Пётр Чалый, много лет проработавший в «Коммуне»

Помню, как мы, дети послевоенных лет, жадно тянулись ко всему военному: гимнастёркам, медалям, скупым отцовским воспоминаниям. Играли в войну, и как трудно было уговорить кого-то хоть немного побыть «фрицем» - каждый непременно хотел быть «нашим».

Связь со всем тем, что звалось высоким словом Победа, была кровной. Через годы об этом от лица поколения сказал Николай Дмитриев:

В пятидесятых рождены,
Войны не знали мы, и всё же
В какой-то мере все мы тоже
Вернувшиеся с той войны.

Среди тех, кто оказался вернувшимся с той войны, - и мой земляк из Россоши, писатель, журналист, неравнодушный человек Пётр Чалый. Подтверждением тому – ещё одним, в ряду многих – стала его новая книга «Донская высота», удостоенная в 2011 году премии «Имперская культура» имени Эдуарда Володина в номинации «Книга о героях». В этом сборнике собраны повести, рассказы, беседы, в которых, как сказано в аннотации, «речь идёт о судьбах участников войны, её свидетелей живых. В каждой судьбе ответ – с кем, как и за что сражалось наше старшее поколение».

В открывающем книгу обращении «К читателю» автор очень чётко определяет свою позицию, писательскую и жизненную: «…Правда о Великой Отечественной войне зачастую беспомощна перед ложью о ней. Для чего нужно рушить святое и святыни – не секрет. Дабы «окончательно и бесповоротно» разрушить наше Отечество – «шестую часть земли с названьем кратким Русь». Историю можно переписывать. К счастью, память не перепишешь, пока есть мы, наследники Победы».

Да, память не перепишешь, пока мы живы. А потом? Но затем и дано писателю слово, чтобы оно отстояло нашу веру, нашу славу, нашу память – всё, чем жив человек.

Пётр Чалый на встрече с читателями

Открывается «книга о героях» повествованием об уроженце воронежской Кантемировки, маршале авиации Александре Николаевиче Ефимове: «Лётчик-штурмовик совершил свой первый боевой вылет в девятнадцать лет. А уже в 22 года он был удостоен звания дважды Героя Советского Союза».

За этими скупыми строками – целая жизнь. Жизнь трудная, на грани смерти, но – единственно возможная в тех обстоятельствах. А начиналась она – как у многих:

«Воскресным утром 22 июня 1941 года Сашу, курсанта-военлёта, вызовут на контрольно-пропускной пункт. Здесь его ожидали мать и сестрёнка. «Так вот ты какой у нас лётчик», - скажет мама, увидев сына в военной форме. И вдруг добавила, как выдохнула: «Только бы не было войны!..» А война уже грохотала с четырёх часов утра…»

И – «вставай, страна огромная, вставай на смертный бой…»

Бой действительно был смертным. Средний «срок выживаемости» летчиков штурмовой авиации в годы войны – одиннадцать вылетов. У Александра Ефимова боевых вылетов – двести восемьдесят восемь. Прикиньте, сколько раз, даже чисто статистически, он мог погибнуть!

- В рубашке родились? – спрашивает автор своего героя.

- О счастливой рубашке мне однажды сказал командир звена. Сам до сих пор не пойму, как удалось долететь и благополучно посадить самолёт, у которого зенитным снарядом срезало половину киля и руля поворота…

И, теперь, спустя много десятков лет после окончания войны «воздушный танкист», оценивая минувшее, бесстрашно честен перед собой и страной – как в бою. Рассказывая о маршале К.К.Рокоссовском, с которым был знаком в военные годы, Ефимов говорит: «Да, он талантливейший военачальник двадцатого века. Но всё же когда говорят лишь о нём или только о Жукове, Коневе и других – «Маршал Победы», то не соглашаюсь. Они – её творцы, достойны почётного звания. Только первым стоит назвать этим титулом Сталина».

В своей честной, исполненной чувства благодарности книге Пётр Чалый рассказывает ещё о многих людях, своих земляках, и не только о тех, которые, отличившись на полях ратных, стали известны, были отмечены высокими наградами и званиями.

Немало строк, согретых сердечным теплом-жалью, посвящено и судьбам героев безвестных – во всяком случае, бывших таковыми, пока писательское слово не вывело их имена на свет памяти. Среди них и «ястребки» из села Марьевки (документальное повествование «Атакующий десант»).

Случай, казалось бы, не столь уж и значительный в масштабах Великой войны, но это как посмотреть.

Январь 1943 года. Операция «Малый Сатурн», позднее не зря названная историками Сталинградом на среднем Дону. Уже взяты меловые высоты правобережья у Новой Калитвы, на штабных картах росчерки стрел рассекли вражескую оборону, охватывая с севера Острогожск и с юга Россошь.

Наступление принесло успех: «В острогожско-россошанские клещи попали тринадцать вражеских дивизий. Враг стремился любыми путями и способами вырваться из западни. Поскольку Воронежский фронт в силах не превосходил противника, кольцо окружения сразу же усиливалось местными жителями. В день освобождения, как и в других селениях, в хуторах и сёлах Марьевского сельского Совета, родился ополченский истребительный отряд».

В основном это были молодые хлопцы, едва достигшие призывного возраста: Ваня Гвозденко, Гриша Ворона, Павло Гнилокост, Володя Дикарев и другие, командир – лейтенант Петров. В селе их сразу стали называть «ястребками». А в недальнем селе Шелякино - «тьма немцев», вполне боеспособная группировка, идущая на прорыв. Её нужно перехватить, остановить – слишком многое от этого зависит. А весь резерв – четыре «тридцатьчетвёрки» да марьевские необстрелянные «ястребки».

Так что же - дать дорогу идущему на прорыв врагу, отступить? Вариант этот даже не обсуждался. И вот уже звучит команда: «Раз-берись! По шестеро на машину!»

Язык повествования пов-оенному скуп, но картина боя, «атаки с ходу», явлена выпукло-зримая, художественно и психологически точная:

«… И понеслись! Стремглав катились с угора ступенчатым железным тараном – огнём и траками подминая всё живое и неживое.

Мимо разрушенной церковной колокольни.

Через базарные ряды. Вдоль уличного прогона.

Напрямик – по вражеским колоннам, по обозам…»

Да, отчаянная смелость, напор, внезапность не могли не ошеломить («в документах тех лет отмечалось, что в Шелякино нашли себе могилу восемьсот оккупантов»). Но много их, врагов, слишком много – опомнились, выставили заслон, бросили навстречу свои танки. И вот уже одна «тридцатьчетверка» горит, другая. «Ястребки»-десантники посыпались в снег, завязался бой. Немногие уцелели…

Вечером 27 января Советское Информбюро сообщило: «В районе Варваровка – Шелякино после непродолжительного боя сдалась окружённая группа противника численностью в пять тысяч солдат и офицеров». Значит, герои «танкового десанта» отдали свои жизни не зря. Или цена всё же слишком высока?

Этот вопрос и автору книги не даёт покоя:

«Старшему другу, фронтовику поверяю свой рассказ о танковом десанте. Допытываюсь:

- А была ли нужда в таких атаках с ходу? На верную погибель ведь.

Товарищ долго молчит.

- Конечно, в Берлин мы всё одно дошли бы. Когда? И с какими ещё людскими потерями – не будь той атаки с ходу?..

Что ж, в этом ответе своя высокая правда – правда войны. Она горька и жестока, но – неотменима. Ибо в смертельной схватке победить можно только так – «смертию смерть поправ».Как марьевские «ястребки», имена которых на обелиске обвевают теперь полынные донские ветры».

Таким же обелиском, видным издалека, стало и писательское слово Петра Чалого.

В надписи, которую сделал на подаренном мне экземпляре книги автор, есть такие слова: «Мы не сойдём с отеческих высот…» В них – не только отзвук-переклик названия книги, но и отклик, почти дословный так уж сошлось - на недавние мои стихотворные строки. Всё это не случайно, ибо в этих словах – неотменимая забота, жизненный долг нашего поколения «вернувшихся с той войны».

Да, Пётр Дмитриевич, мы не сойдём – ни нынче, ни после, сколько бы лет ни минуло.

Ведь рядом с нами стоят уже наши дети.

И растут внуки, и за ними придут правнуки. Им есть куда прийти: у них есть Отечество – «шестая часть земли с названьем кратким Русь».

У них есть – Победа.