Юбилей. Уроки сценической речи

Многие воронежские актеры научились «мыслить» на сцене, говорить сценически верно и точно благодаря Ирине Сачко. Бывшая актриса театра драмы – яркая, темпераментная и характерная, – она вела свои занятия вдохновенно и артистично.

Воронежский институт искусств начала и середины 80-х годов, времени моей учебы там, дорог мне воспоминаниями о педагогах. На театральном факультете тогда лидировали Дроздов и Дубинский, Тополага, Бугров и Сисикин, Анчиполовский и Тукузина, Табачников и Пензин, Слепых, Окунев и, разумеется, Сачко…

Она вела у нас одну из основных дисциплин – сценическую речь. Занятия проходили с постоянными тренингами, кувырками и растяжками, бесконечными упражнениями, направленными на то, чтобы настроить организм – инструмент актера – на необходимое и точное звучание, на умение, впрочем, не только правильно извлекать звуки, слова, но и доискиваться до самой их сути, до глубинного смысла текста и подтекста, посыла и сверхзадачи того или иного автора.

Творческая лаборатория сцен речи оказалась сложна и интересна, а уроки Сачко были неподражаемы и нередко походили на увлекательные моноспектакли. Бывшая актриса Кольцовского театра – яркая, темпераментная и характерная, – она вела свои занятия вдохновенно и артистично. Работая вместе со студентами самозабвенно, активно и искренне, Ирина Викторовна была образцом профессионализма и искрометного мастерства, живым и отзывчивым человеком, истинным педагогом, всегда сопереживающим своим ученикам.

Мы все попадали под ее обаяние, и даже тогда, когда в чем-то не соглашались с ней, спорили и капризничали, все равно относились с явным почтением, уважением, любовью.

Чьи только тексты и монологи не разбирали мы с ней неустанно и дотошно: Шекспира и Гомера, Пушкина и Грибоедова, Гоголя и Толстого, Есенина и Маяковского, Чехова, Булгакова, Шукшина…

Ей обязаны многие и многие сегодняшние актеры тем, что научились «мыслить» на сцене и говорить сценически верно и точно. А если кто и не научился, видит Бог, ее вины в этом нет. Упрекнуть ее, думаю, не может никто: все, что знала и умела Ирина Викторовна, она сполна отдавала своим студентам. Отдавала все без остатка, честно, откровенно и радостно. И это абсолютная правда.

Признаюсь, я очень жалел, что не застал ее на сцене театра в расцвете лет, не видел в ролях, о которых свидетельствовали любопытные фотографии, хранящиеся в нашем театральном музее.

Жизнь ее не была легкой. Актерская судьба начиналась с войны, эвакуаций, изнуряющих выездных спектаклей, тягот и лишений. В военные годы во время скитаний она потеряла маленького сына: он умер от холода и голода.

После восстановления разрушенного театра вместе со всей труппой Ирина Викторовна возобновила работу на родной воронежской сцене, продолжая вселять надежду и радость в зрительские сердца.

Среди множества спектаклей тех лет с ее участием незабываемыми стали «Горе от ума», «Забавный случай» Гольдони, «Молодая гвардия», где она превосходно сыграла Любу Шевцову, «Вишневый сад», «Игрок» (по Достоевскому), «Последняя жертва» Островского… Впрочем, судя по афишам и рецензиям, ролей за три десятка лет работы в одном из старейших российских театров было предостаточно.

Ирина Викторовна о своей актерской судьбе нам почти ничего не рассказывала, все свое время она тратила на жизнь учебную, на то, чем занималась с нами в данный момент. Несомненную пользу и цену уроков Сачко я осознал в полной мере на практике, работая не только на сцене, но и на телевидении, где всегда нужен был мгновенный результат. Репетируя с признанными мастерами, я ощущал достойный багаж знаний и навыков, полученных с помощью Ирины Викторовны.

А сравнивая ее с некоторыми московскими педагогами уже на режиссерском факультете в столице, я подтвердил свои ощущения относительно профессионализма и таланта своего воронежского учителя, проникся еще большим чувством благодарности и безграничной любви к ней!

Автор: Владимир Межевитин

Источник: «Воронежская неделя», №10 (1995), 10.03.11г.