«Бристольская» операция

После службы в армии Зафеддин Микаилов решил обосноваться в Воронеже. Поступил в ВГУ на экономический факультет. Окончание вуза совпало со временем ельцинского правления, которое вынесло на поверхность много мути и пены.

Суд да дело | Видимо, желание «хапнуть» появляется у чиновника, как только он садится в своё кресло

После службы в армии уроженец Азербайджана Зафеддин Микаилов решил обосноваться в Воронеже. Поступил в ВГУ на экономический факультет. Окончание вуза совпало у дипломника со временем ельцинского правления, которое вынесло на поверхность много мути и пены.

Одиозные личности, не обладающие ни организаторскими способностями, ни глубокими знаниями экономики, принимались рулить страной. На периферии записные «демократы» и болтуны вставали у руля федеральных структур. Главным были не ум и умение видеть перспективу, а преданность «всенародно избранному».

За десять лет развалив страну, организаторы «демократических преобразований» ушли в сторону, а в их кресла сели заместители - принципы подбора кадров не менялись. В апреле 2003 года Территориальное управление федерального имущества по Воронежской области возглавил Зафеддин Саранмедович Микаилов...

За дело он взялся горячо. По данным следственных органов, уже в ноябре 2004 года вошёл в контакт с предпринимателем Афанасием Хамом, который арендовал для торговли первый этаж красивейшего старинного здания Воронежа – бывшей гостиницы «Бристоль». Поскольку дела шли неплохо, то предприниматель стал думать об аренде помещений и на втором этаже. Для этого нужно было согласие территориального управления. Бизнесмен отправился к его руководителю.

В показаниях, которые господин Хам давал потом в суде, он подробно рассказал, как встретился с Микаиловым, как тот буквально через 10 минут от начала встречи стал жаловаться незнакомому человеку на нелёгкую жизнь и маленькую зарплату (всего-то 18 тысяч). При этом так выразительно смотрел на собеседника, словно хотел понять, хорошо ли тот усвоил полученную информацию.

Афанасий Иванович усвоил, как нужно, и решил, что выплата ежемесячной мзды в 20 тысяч рублей будет ему вполне по силам. На том и сошлись.

Официальный договор на аренду был подписан. Правда, в условиях значилось, что территориальное управление наделяется правом пересмотра годовой арендной платы, а также правом расторгнуть договор досрочно в одностороннем порядке. Бизнесмен, конечно же, понимал, на какой крючок он садится, но чтобы не раздражать могущественного начальника договор подписал – не захотел терять шикарное место в центре города.

Регулярно, с декабря 2004 по май 2005 года, Афанасий Хам ежемесячно передавал Микаилову по 20 тысяч рублей. За полгода набежало 120 тысяч халявной мзды. Федеральный чиновник даже пальцем не шевелил: назначенный оброк сам оказывался в его кармане.

В конце мая - начале июня 2005 года при очередных встречах с взяткодателем Зафеддин Саранмедович начинает говорить, что «вопросы, связанные с оформлением долгосрочных договоров аренды, решаются весьма сложно». Он, мол, тратит на них массу усилий, а потому, «по справедливости», считает нужным увеличить сумму своего ежемесячного вознаграждения втрое.

Афанасий Хам подумал и … согласился. Какой смысл спорить с федеральным чиновником, управы на него всё равно не найдешь, а он весь твой бизнес может под откос пустить.

День выплаты ежемесячного оброка в 60 тысяч рублей установили точно – двадцатое число. В этот день бизнесмен звонил Микаилову и приглашал его встретиться, чтобы «чайку попить». Встречались то в кафе и ресторанах, то коммерсант приходил в служебный кабинет чиновника. С июня 2005 по сентябрь 2007 года мздоимец получил 1680 тысяч рублей.

Быть может, «коррупционная птичка» клевала бы 60-тысячные «зёрнышки» и по сей день, но недаром же говорят: «Жадность фраера сгубила».

В конце лета 2007 года чиновник встречается с бизнесменом и заявляет, что на помещения «Бристоля», которые занимает господин Хам, объявилось немало других претендентов.

Поэтому сумма выплат должна быть значительно увеличена, или территориальное управление пойдёт навстречу желающим, и договор аренды с Хамом будет расторгнут. «Значительно – это сколько?» - осторожно интересуется коммерсант. И слышит в ответ: «Сто тысяч».

Предприниматель заявляет, что сумма для него неподъёмна. Микаилов лишь пожимает плечами – дело, мол, твоё. На том и расстались.

А через пару недель в «Бристоль» приходит оценочная комиссия из территориального управления. Она проверяет документы на право аренды и уведомляет, что отныне назначается новая плата за использование площадей. Размеры её вдвое выше предыдущей. Хам бросается к Микаилову, но тот, равнодушно усмехается: никакой комиссии он не посылал, а потому отменить её решение не в силах. Ещё несколько попыток уговорить подельника вернуться к прежним «расценкам», результата не дают. Коммерсант сдаётся на милость победителя, и с октября 2007 года ежемесячная мзда составляет сто тысяч рублей.

Так продолжалось по август 2009 года. За эти месяцы на подкармливание чиновника бизнесмен истратил ещё 2 миллиона 200 тысяч рублей. А в общем, криминальная многомесячная «дружба» с высокопоставленным чиновником федерального учреждения обошлась воронежскому предпринимателю в 4 миллиона рублей.

Но, видимо, Зафеддин не читал в школе Пушкина, его «Сказку о рыбаке и рыбке», иначе помнил бы, к какому печальному финалу привели непомерные требования Старухи. Когда в июле 2009 года чиновника официально на два месяца отстранили от занимаемой должности, то даже в этой острой для себя ситуации он требовал от Хама очередной мзды. Уверял, что служебная проверка его деятельности вот-вот закончится, и он снова займёт своё место руководителя федеральной структуры. Подельник держался из последних сил, но наконец не выдержал и пошёл «сдаваться».

Утром 10 сентября 2009 года Микаилов велел своему подельнику захватить очередной «взнос» и подойти к дому №23 по улице Театральной. Бизнесмен подошёл, достал из кармана конверт с купюрами и вручил Зафеддину. Тут же из машины, стоящей возле тротуара, вышли несколько мужчин, подошли, раскрыли удостоверения сотрудников ФСБ и предложили ему сесть в машину. «Бристольская» операция закончилась.

Наступило время давать показания.

Следствие продолжалось год, суд - четыре месяца. Поддерживающий обвинение прокурор Сергей Хорышев потребовал для обвиняемого шесть лет лишения свободы.

Приговор оглашён, последняя минута на свободе (Микаилов – крайний справа). Фото Михаила Вязового.

Когда подсудимому было предоставлено последнее слово, он заявил, что невиновен. Подумал немного и вдруг начал говорить о «системном кризисе правоохранительных органов в России», в результате которого он и оказался на скамье подсудимых: «В нашей стране был бы человек, а статья на него всегда найдётся». И хотя суд, по его словам, является элементом правоохранительной системы, тем не менее, он, мол, надеется на его справедливое решение.

Судья областного суда Александр Перепелица таковое и вынес: 4 года 6 месяцев в колонии строгого режима, штраф в сто тысяч рублей и лишение на три года права занимать должности в государственных органах и учреждениях. Кроме того, потерпевшему коммерсанту он должен выплатить 2 миллиона 200 тысяч рублей.

Честно сказать, многие полагали, что наказание, как обычно, будет условным. Мы уже привыкли к тому, что российские взяточники отделываются легким испугом. Но…

- Взять под стражу в зале суда, - прозвучал приговор, и в ту же минуту к Микаилову подошли двое конвойных.

Он до последней секунды не верил, что такое возможно. Конечно, во время чтения приговора волновался, нервно сжимал ладони и с надеждой поглядывал на адвоката. Но окончательный вердикт просто оглушил его. Когда судья спросил Зафеддина Саранмедовича, понятен ли ему приговор, тот был в полной прострации и ничего не ответил.

Комментируя приговор, адвокат Сергей Бородин сказал, что «в наши дни, когда слово «чиновник» стало синонимом взяточника, а в стране идёт настоящая охота на чиновников, очень трудно доказать, что госслужащий может быть и честным человеком».

Позволю не согласиться с уважаемым защитником. Доказать можно, если он действительно честен. Но к Микаилову это какое отношение имеет? Честный служащий не должен даже рубль брать у того, кто имеет хоть какое-то касательство к его деятельности. А здесь сотни тысяч шныряли из рук в руки. Честный служащий не примет приглашение бизнесмена обсудить в ресторане возникшие проблемы. Какие проблемы можно обсуждать во время дружеской выпивки? Они должны обсуждаться в служебном кабинете.

В Швеции и Норвегии государственный чиновник, замеченный в неформальных отношениях с бизнесом, без выслушивания объяснений автоматически увольняется с работы. Почему в России дружеские отношения власти и бизнеса в порядке вещей?

В ходе судебного следствия выяснилось, что отстранённый на два месяца от занимаемой должности для служебной проверки Микаилов, как ни в чём не бывало, ходил на службу, вёл приём посетителей в своём кабинете, давал указания сотрудникам. Это как назвать? Сотрудники территориального управления наблюдали подозрительные отношения своего начальника с предпринимателем, по его приказам и распоряжениям чувствовали, что здесь «пахнет мошенничеством», и – молчали.

Если мы действительно боремся с коррупцией, то почему бы не давать оценку и такому «стыдливому» молчанию?

Ещё пара моментов. Оказывается, за хамство и грубость в отношении сотрудников Микаилов привлекался к административной ответственности и был оштрафован мировым судьёй на 500 рублей. Он очень любил и требовал, чтобы его называли Эльхан, что по-азербайджански значит «лучший, великий». Добился даже, что в телефонном справочнике руководителей учреждений области был записан Эльханом.

Никто почему-то не возмущался, все молча «проглатывали» эти выкрутасы. Неужели его воронежским «подданным» не было противно? А если да, то чего же взор тупили?

Говорят, каждый может оступиться, вот, мол, и Зафеддин Микаилов оступился один раз, а на него охоту устроили. Нет, не охота это, а попытка навести элементарный порядок. И не один раз он взял мзду, как какой-то неразумный «гаишник» на автодороге. Он, позоря звание государственного человека, в течение нескольких лет принимал грязные деньги и у себя дома, и в ресторане, и в собственном служебном кабинете. Он старался хапнуть как можно больше, и если б не зарвался окончательно, а потихоньку клевал «зёрнышки-взятки» по 60 тысяч, то до сих пор, очевидно, слыл бы умным, честным и благородным чиновником.

Кстати, а кто поручится, что он одного лишь Афанасия Хама данью сумел обложить? Может быть, ещё пять-шесть таких же существует, у которых горло от страха перехватило, и они решили отмолчаться? Адвокаты сказали, что будут подавать кассационную жалобу в Верховный Суд. Это их право.

Быть может, у Верховного Суда возникнет иное мнение. Такое тоже нельзя исключать. Только самое время вспомнить русскую пословицу про чёрного кобеля, которого отмыть никак невозможно.

Борис ВАУЛИН.

Источник: «Коммуна», №21 (25649), 12.02.11г.