23.06.2019 12:46

Завод печального образа

Олег Венедиктович СТОЛЯРОВ родился в 1942 году в селе Петровка Петровского района Куйбышевской области. Окончил геологический факультет Воронежского госуниверситета. Работал на шахтах в Донецке, геологом на Памире, Кавказе, в Центральном Казахстане, на Курской магнитной аномалии. С 1980 по 1987 – заведующий отделом в лискинской районной газете «Ленинское знамя». В «Коммуне» с 1987 по 2000 год: корреспондент, заведующий промышленно-транспортным отделом.

«Забастовка». Это хлёсткое слово ещё несколько лет назад было для нас вроде как чужеродным. Но теперь оно все чаще звучит в разговорах, печатается в газетах, а левая оппозиция даже готовит всеобщую политическую стачку. В «Коммуну» все чаще звонят рабочие предприятий, просят прислать корреспондента, у нас, мол, забастовка. Причина, как правило, одна – безденежье. Поэтому опишем типичную ситуацию, что сложилась на АООТ «Унитеп» (бывший опытный завод металлоконструкций и технического оборудования).

1.

Вообще-то, странно это: акционеры и вдруг бросают работать. Вроде и хозяева, а давай бастовать. Но ведь хозяина дачи не заставишь плевать в потолок, когда надо обихаживать землю. Увы, вывод один и неутешительный, приватизация прошла, но она так и не сделала акционеров хозяевами, но оставила наёмными работниками. Отсюда и конфликт на «Унитепе». Чтобы в нем разобраться, выслушаем обе стороны: представителей стачечного комитета и администрации.

Суть требований рабочих сводится к таким основным позициям: директор Н.В.Козырев не занимается производством, а посему уже три месяца не выплачивается зарплата, плохо со спецодеждой, многие заводские помещения отданы на откуп каким-то организациям, «сующим деньги». И, наконец, директор овладел контрольным пакетом акций.

Обвинения, как видим, серьезные. Но главное, конечно, кроется в том, что акционеры обезденежили. Если мужчины по этому поводу угрюмы, то женщины уже плачут. И на вопрос «На что живёте?» ответы, как правило, стандартные: кто с землицы кормится, кому-то престарелые родители из села харчи подбрасывают да пенсией делятся. И если образно назвать нынешний «Унитеп», то, вспомнив Дон Кихота, это «завод печального образа», где в цехах многолюдно, а работающие – неулыбчивы, трудятся пока задаром. Вот такие акционеры с «Унитепа».

Прежде чем перейти к позиции директора, надо рассказать о самом предприятии. И выяснить, почему оно оказалось в трудном положении. Ведь его продукция нужна всем нам. Заказчиков – хоть отбавляй. И все же завод сел на финансовую мель. Почему возможно такое? Что это за рынок, который душит жизнеспособное предприятие? Да и рынок ли это? Постараемся ответить на эти вопросы ниже.

2.

Завод был построен за два года до войны. Когда она гремела, здесь выпускалась «карманная артиллерия» – гранаты. В послевоенное время наладили выпуск сельхозоборудования. Ну а дальше стране потребовались промышленные теплицы. И выбор остановился на воронежском заводе.

Жили здесь до недавних пор, не тужили. Тепличные хозяйства создавались по всему Советскому Союзу. Заказов было хоть отбавляй. И воронежский завод стал по сути уникальным, снабжавшим прочными теплицами (и не только ими) все республики. (Ещё только на Украине их строили, но другой конструкции).

Но вот грянула гайдарономика. Заводчане, проснувшись после новогодней ночи, узнали, что они нищие: на счету их завода было три полновесных миллиона рублей, а оказалось – пшик.

Новые цены, взбесившись на воле, заставили консервировать тепличные хозяйства: потребителям не по карману оказалась витаминная продукция, когда в ней особенно нуждался человек. Эта консервация бумерангом ударила и по заводу: заказы начали катастрофически таять. И надо было что-то срочно делать, дабы удержаться на плаву. И сделано, право же, немало, если учесть, что завод в этом году все время работал на пятидневке. И средняя зарплата составляла 82 тысячи рублей. Негусто, но все же это лучше, чем быть безработным, ибо остается надежда на лучшие времена.

Листаю недавно выпущенный каталог изготавливаемой «Унитепом» продукции. Здесь не отказались от выпуска промышленных теплиц, продолжают их изготовление, но объемы резко упали по вышеназванным причинам. И даже готовая продукция не приносит заводчанам денег из-за кризиса неплатежей.

Вот прекрасные теплицы для фермеров площадью 515 квадратных метров, три модификации пленочных теплиц для огородников площадью по 30 квадратных метров, парниковое арочное укрытие, садовые домики одно- и двухэтажные с мансардой. Заводчане могут предложить и станки вальцедековые, а попросту крупорушки с прекрасными характеристиками, комбайны для производства компоста и оборудования для выращивания шампиньонов. Жизнь заставила изготавливать даже замки – висячие и врезные: они пользуются спросом. И много чего другого.

3.

Словом, завод может если не всё, то многое, платили бы заказчики деньги. Но разве вина в том администрации, когда все предприятия страны, особенно металлообрабатывающие, ввергнуты в кризис неплатежей по вине правительства?! И, естественно, в этих условиях останавливать предприятие – себе дороже: из Москвы начхать на какой-то «Унитеп».

Да, какие-то деньги поступают на счёт предприятия. Но банк их сразу перечисляет в бюджет по срочным платежам. Что-то остается. «Вот пускай директор и выдает нам зарплату из этого остатка».

Спору нет, жить без зарплаты – врагу не пожелаешь. И не поворачивается язык укорять акционеров «Унитепа» предлагать им пожить ещё без зарплаты. Она должна выплачиваться хотя бы с опозданием – кровь из носа. Иначе, какой же руководитель? И вопрос правомерный.

Но я понимаю и директора «Унитепа». Выдай он зарплату, не на что будет купить металл и материалы: заводчане останутся без работы. Это стояние меж двух огней стоит многих бессонных ночей директору, выбранному почти единогласно на собрании акционеров 26 мая. Теперь же они крайне недовольны его деятельностью. «Хоть бы быстрее нас признали банкротами, – размышляют рабочие. – Придет настоящий хозяин и тогда…».

– Мы не банкроты, – считает Н.В.Козырев. – Если бы нам вовремя платили за отгруженную и заказанную (уже готовую) продукцию, мы бы и горя не знали. Зарплату на днях выплатим во что бы то ни стало. Предстоит совет директоров, создана согласительная комиссия, которые, надеюсь, разрешат конфликт. Удручает другое: мы все – акционеры, но сознание-то осталось прежнее. С меня требуют как можно более высокую зарплату, но её сначала нужно заработать. И никому не докажешь, в какие условия поставлены директора. И я в том числе, когда неплатежи доводят до паралича предприятия. Кстати, и я, и главный инженер тоже сидим без зарплаты. Она у меня по контракту составляет три средних по заводу. В июле, к примеру, начислено 210 тысяч рублей.

4.

А теперь о приватизации предприятия. Заводчане, а их из почти 600 человек осталось 330, настояли на втором варианте акционирования. Проводилась закрытая подписка акций. Все протоколы оформлены правильно. Можно было заказать не более 5 процентов акций из 15722, выделенных по закону коллективу. Те, кто заказал по максимуму (786 акций), в окончательном варианте получили по 71 акции, кто – 10 (один чек), получил 6 акций. И нарушений здесь никаких нет. Как то, что никто из заводчан не получил контрольного пакета акций. Правда, несколько человек, заказавших максимум, получили, как сказано выше, по 786 акций. В их числе директор и главный инженер В.П.Черных.

Оба, кстати, участвовали и в чековом аукционе. Несмотря на агитацию, больше никто из заводчан на него не пошёл. Там Козырев и Черных приобрели уже, как говорится, за свои кровные без малого по 400 акций. На даже вместе им далеко до контрольного пакета. Таковы факты. А досужие вымыслы – пусть их…

5.

В заключение по поводу бездеятельности директора. Не хочу его ни защищать, ни хвалить. Хотя правды ради скажу, что встретил Николай Владимирович корреспондента «Коммуны», что называется, в штыки, наотрез отказавшись разговаривать со мной при включенном диктофоне, допытываясь, кто пофамильно пригласил журналиста на завод. Пришлось напомнить о Законе о печати. И когда было сказано, что журналист пришел без какого-то умысла, а с желанием разобраться в обстановке на конкретных фактах, ледок отчуждения растаял.

Так вот. Действительно, в заводских помещениях арендуют площади в основном производственные фирмы, производящие различную продукцию, – числом 8. Во многих работают бывшие заводчане. Годовая аренда от них – более 150 миллионов рублей. Наверное, это разумно – с пустующих площадей получить деньги для коллектива.

В свою очередь по инициативе директора освобождается ненужное оборудование для производства перспективной продукции – феррита и тепличной пленки.

• • • • •

Вот, пожалуй, и все о забастовке на «Унитепе» и что за ней стоит. Впрочем, забастовки, как таковой, не было.

Просто несколько дней заводчане не работали по 2,5 часа. Дабы не нарушать существующего законодательства.

Думается, конфликт будет разрешен. Тем более, что правительство обещает покончить с кризисом неплатежей. Сколько же можно издеваться над здравым смыслом! И людьми тоже.

Олег СТОЛЯРОВ.

«Коммуна», 23 сентября 1994 года.