О чём писала «Коммуна»
С косой на терроризм?
Алексей Петрович ПАВЛОВ родился в 1949 году в Узбекской ССР. Окончил филологический факультет Воронежского педагогического института и факультет журналистики ВГУ. Начинал журналистскую деятельность в «Молодом коммунаре», проработав заведующим отделом комсомольской жизни и ответственным секретарем пять лет, в 1982 году пришёл в «Коммуну». Являлся корреспондентом промышленно-транспортного отдела. Впоследствии работал собственным корреспондентом газет «Социалистическая индустрия», «Российские вести», журнала «Российская Федерация», а также в аппарате Воронежской областной Думы. Лауреат областной премии Союза журналистов СССР имени Ольминского.
«Коммуна» сообщала о серии взрывов, прозвучавших в Воронеже. Ещё раз напомним, что всего в этом году последовало три взрыва: один из них – 19 февраля, два других – в июле.
Газеты, не жалея своей площади, освещают эти печальные события, а по указанию местных властей начали истреблять кусты вокруг остановок в радиусе 15 метров, обкашивать придорожную траву. Но совершенно очевидно, что случаи взрывов, «прославившие» Воронеж на всю страну, требуют анализа и осмысления иного уровня.
Антитеррор по программе
Напомним, что кроме поражающих элементов в виде болтов и шурупов, в каждой из трёх заложенных бомб, ориентировочно, было 300-400 граммов тротила. Этот факт рождает несколько вопросов. И первый из них такой: как тротил оказался у злоумышленников? После сентябрьских событий 2001 года в США, к примеру, во всех аэропортах, вокзалах увеличено число служебных собак, установлены чувствительные приборы последнего поколения для обнаружения подозрительных предметов. После трагедии в столичном метро Россия также пошла по пути ужесточения правил транспортировки грузов и багажа.
Железнодорожники, к примеру, разработали и приняли программу «Антитеррор», которая предусматривает внедрение системы наблюдения и периметровой охранной сигнализации вокзалов и мостов. Однако нелишне напомнить, что камеры видеонаблюдения лишь фиксируют события, а надо бы предотвращать возможные факты трагедий. Как?
Детектор запаха
Говоря о подобной готовности, С косой на терроризм? уместно вспомнить об уже имеющихся отечественных научных и практических наработках. В Воронежской технологической академии, например, сегодня ведутся работы над созданием так называемого «электронного носа», который может «учуять», то есть распознать ту же взрывчатку. Ученые кафедры аналитической химии – профессор Яков Коренман и его молодая коллега, успевшая защитить докторскую диссертацию как раз по теме «электронного носа» Татьяна Кучменко, – уже получили семь патентов на установку и применение метода пьезокварцевого микровзвешивания, который упрощенно и называют «электронным носом».
– «Электронный нос», – говорит доктор наук Татьяна Кучменко, – разработан как универсальный детектор, количественно определяет и характеризует все типы запахов.
По мнению Кучменко, «электронный нос» способен обеспечить качественно новый уровень аналитического приборостроения. Причём чутьё или, как говорят ученые, сенсорная матрица, программируется на выдачу сигнала тревоги только на те вещества, которые представляют интерес – на наркотики, взрывчатку и т.д. Достаточно перепрограммировать сенсорную матрицу, и прибор будет подавать сигналы на другое вещество.
«Электронный нос» уже существует в виде рабочего инструмента – пьезокварцевого резонатора, но чтобы довести прибор до промышленного выпуска, нужно время, а главное – средства.
– Сколько? – напрямую спросил я у заведующего кафедрой аналитической химии профессора Якова Коренмана.
Оказалось, что денег требуется не так уж и много – 2-3 миллиона рублей. «Мы бы продвинули разработку специально для заказчика, – продолжает профессор. – Если, например, железнодорожникам нужно выявить взрывчатку, – пожалуйста. Речь идёт не только о мобильном получении информации о наличии вещества, но и о практической установке портативных датчиков в конкретном месте – на вокзале, в вагоне…».
Остается добавить, что «обоняние» прибора приравнивается к чувствительности носа барсука, у которого нюх значительно острее, чем у собаки.
Бомба для тёщи
Работая над проблемой терроризма, специалисты пытаются изучить эту внезапно свалившуюся на наши головы напасть в комплексе – как преступную деятельность и как социально-политическое явление. Нельзя забывать, что по статистике ФСБ немалая часть различных взрывов происходит на бытовой почве. Иначе говоря, «бомбы для тёщи» – это не выдумка, а реальный факт, имевший место, в частности, в Воронеже. Зять передал «любимой тёще» сумку с гостинцами, она её открыла – и… прогремел взрыв.
За последние 2-3 года воронежские чекисты насчитали 14 подобных случаев. Бизнесменша из Архангельска, например, через всю страну умудрилась провезти 600 граммов тротила, чтобы в небольшом городке Острогожске Воронежской области учинить акт возмездия над недобросовестными конкурентами.
Как квалифицировать этот случай? С одной стороны, типичная «бытовуха», с другой – натуральный «терроризм» – взрывы угрожают жизни окружающих.
И если бороться с терроризмом, то в первую очередь надо думать о том, где гражданка взяла тротил для учинения теракта, а также о том, как перекрыть каналы и пути транспортировки всяких гремучих предметов на самолетах и по железной дороге.
И вот здесь – слово за умными приборами. Если терроризм входит в рамки банальной «бытовухи», то никакие агентурные и прочие оперативные данные не смогут бороться с ним. Остается одно – интеллектуальные приборы.
…В минувшем году в Минпромнауки России были направлены сотни проектов высокотехнологичной продукции. Победителями признаны 60 проектов, которые будут финансироваться за счёт государства. В Воронежской области подобных проектов – шесть. Среди них – «электронный нос» технологической академии. Прежде чем истреблять кусты и упразднять мусорные контейнеры, логичней опробовать новые технологии в борьбе с терроризмом.
Алексей ПАВЛОВ.
«Коммуна», 30 июля 2004 года.
