Экология
Из блокнота журналиста. Докучаевский колодец
15.02.2011 09:39
При прежнихх темпах лесоразведения, 2-3 тысячи гектаров в год, воронежские поля не будут защищены от суховеев и безводья даже к 2020 году. Неужели и засуха 2010 года не стала для нас новым поучительным уроком?
Колодцы на путях моей жизни попадались всякие. И с певучим воротом, поднимающим на верёвке наполненную бадью. И с шестом наперевес, ласково называемом в народе журавелем. И с бурённой скважиной под пригорком, из которой водица сама по себе, играючи, вырывалась наружу. Попадались мне копани, одетые дубовым срубом, диким камнем, иногда с цельной дуплястой колодой, и непременно возле таких криниц дожидалась людей удобная лавочка, где можно было не только передохнуть, но и душевно поговорить с кем-нибудь за жизнь.
Зона рискованного земледелия
Но изо всех колодцев мне особенно запомнился тот, который вот уже 120 лет называют Докучаевским. Возник он в некогда бесплодной, оцепеневшей от зноя Каменной Степи, где, по свидетельству летописцев, произрастал лишь седой ковыль, и никак не могло обрести себе пристанище гонимое ветром перекати-поле.
Как можно дальше держался воронежский крестьянин от этой омертвелой, усеянной валунами земли – на своей спинушке познал он пагубу в виде засух, оставляющих дотла выгоревшие поля. По историческим сведениям, с X по XVIII века на Руси было отмечено сорок засушливых лет – в среднем по пять на столетие. В XIX веке уже насчитывалось десять крупных недородов.
Особенно лютой выдалась засуха в 1891 году. Она опустошила всю Центрально-Чернозёмную полосу России. Кое-где народ вымирал целыми селениями. И тогдашняя передовая общественность не смогла тут смолчать. Откликнулись на людскую беду лучшие русские учёные.
«Засухи и суховеи страшны нам только потому, - заявил на одной из своих публичных лекций профессор Петербургского университета Василий Васильевич Докучаев, - что мы не умеем владеть ими».
Василий Докучаев, с картины художника Григория Гончарова.
Воспринявший ту пагубу как личную трагедию учёный доказывал, что во власти человека защитить себя от непогодных неожиданностей.
Да, засуху нельзя предвидеть. Но можно предупредить. Дана ведь на что-то нам такая черта – предусмотрительность.
Профессор Докучаев аналитически взглянул на далёкое прошлое русских чернозёмов, которые находились когда-то в условиях цельной системы природной защиты. И могучий шатёр лесов, и вековой войлок дернины, и снежное одеяло, и обильное орошение водами, - всё стояло тогда охранными редутами матери-земли.
Возможно ли сегодня добиться такого природного соотношения между водою, лесом, лугами? Да, возможно, если «при свете научных данных» (выражение В.В.Докучаева) мы научимся не противоречить природным законам, если вопреки погодному диктату создадим рукотворные условия, чтобы наши поля были достаточно напоены, чтобы не бояться нам больше пагубных последствий теперешних и будущих бездождных лет.
Докучаев со своими единомышленниками убедил тогда Правительство Александра III провести научный эксперимент по решению этой кричащей проблемы в той самой засушливой полосе Черноземья, что называлась Каменной Степью (нынешний Таловский район).
Под началом профессора была образована Особая экспедиция. По мере накопления фундаментальных научных результатов, их обобщения, она перешла к практическим работам. Были заложены первые 100 десятин полезащитных и противоэрозийных лесных полос, на оврагах и балках возведено два каскада прудов, образован первый в России орошаемый участок.
Научно выяснять взаимозависимость поля, леса и воды помогала оборудованная гидрометеостанция. И был вырыт тот самый колодец, который до сего времени служит наиболее информативным источником мониторинговых исследований за уровнем залегавших грунтовых вод и увлажнённости верхних почвенных слоёв.
Стоп, антициклоны!
Мне повезло, когда, заехав прошлой осенью в Каменную Степь, я повстречал у Докучаевского колодца профессора Воронежского государственного аграрного университета Владимира Ефимовича Шевченко. Эта степь была накрепко связана с почвоведческими исследованиями одного из участников той Особой экспедиции - Константина Дмитриевича Глинки, первого ректора Воронежского сельскохозяйственного института, чьё имя и посегодня носит эта известная всей России высшая аграрная школа.
Степь эта вывела на большую научную дорогу и профессора Шевченко – здесь, более десяти лет, он возглавлял Научно-исследовательский институт сельского хозяйства Центрально-Чернозёмной полосы имени В.В.Докучаева. В союзе с практикой продолжал укреплять докучаевскую школу почвоведения, всё больше убеждаясь в том, что необходимо много раз запрашивать природу.
Но запрашивать терпеливо, не ожидая немедленной пользы – она приходит сама собой, как только открывается искомая истина.
Конечно же, мы присели с профессором Шевченко на лавочку у того Докучаевского колодца. И, конечно, сам собой завязался у нас разговор о том, как необыкновенно популярна была когда-то эта степь, как ехали сюда посланцы из многих мест, чтобы не только взглянуть на созданную здесь классическую модель будущего земледелия, но и научиться перепоясывать свои поля такими же изумрудными лентами лесов, профессионально регулировать местные стоки.
Апогеем стала для Каменной Степи объявленная Кремлём кампания по укрощению исконных врагов сельского хозяйства – ветров, бурь, засух, суховеев.
То правительственное решение от 20 октября 1948 года вошло в отечественную историю, как Государственный план полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоёмов для обеспечения высоких устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР.
Эта программа, рассчитанная на 1950-1965 годы, была названа «Сталинский план преобразования природы». На плакатах изображался Иосиф Виссарионович, который, держа в руке трубку, склонился над картой будущих государственных лесополос, хотя, сказать по справедливости, - творцом этого смелого начинания был не Вождь всех времён и народов, а наша великая отечественная наука.
Пишут сегодня об этом плане немало ироничного. Замахнулись, мол, со своими дубками и липками на укорот самих антициклонов! Но тогда, в трудное время, было совсем не до смеха. К разорительным последствиям войны прибавилась засуха 1946 года, захватившая Украину, Северный Кавказ, Черноземье, Поволжье.
Она повлекла за собой последующий голод, от которого, по разным оценкам, умерло до миллиона наших граждан.
Вспомнили мы с профессором Шевченко то беспокойное время, когда, будучи школьниками, выходили мы со своими классами на сбор октябрьских желудей, как бережно укладывали их по лункам, и всем нам очень хотелось тогда верить – непременно дождёмся той счастливой поры, когда во весь свой великанский рост встанут тут при дорогах, балках, оврагах наши дубки, когда заалеет на лесных полянках сладкая земляника и приманчиво выкажут из-за лиственного опала свои шляпки съедобные грибы.
Уроки Каменной Степи
Профессор Шевченко подкрепил наши далёкие воспоминания историческим фактом – в основу того Государственного плана по преобразованию природы лёг доведённый до совершенства агролесомелиоративный комплекс Каменной Степи. Уникальный докучаевский эксперимент по борьбе с засухами, позволяющий под защитой леса и регулируемых вод, получать урожаи вдвое, втрое больше, чем в открытой всем ветрам степи, должен был обрести практическое воплощение во всех зонах рискованного земледелия страны.
Во исполнение этого плана создаётся авторитетнейшее ведомство – «Агролеспроект». По его конкретно развёрнутой программе страна за сравнительно короткий срок подготавливает десятки тысяч лесоводов, мелиораторов, механизаторов лесокультурных работ. В каждом хозяйстве действуют лесоводческие звенья. Не было такого района, сельсовета, где бы ни хлопотал специалист по лесу.
По расчётам «Агролеспроекта», лесополосами засаживались 4 крупнейших водораздела бассейнов Днепра, Дона, Волги, европейского юга России. Первая государственная полоса длиною в 1000 километров вытянулась от Уральской гряды до побережья Каспия.
Одновременно в стране создавалась снегозадерживающая и эрозийнозащитная сеть лесополос. Она расчленяла сельхозугодия на изолированные прямоугольные поля и оконтуривала балки и овраги.
В Воронежской области намечалось протянуть такую полоску на более чем 500 тысячах гектарах, включающих ветроломные, прибалочно-приовражные и водрегулирующие посадки. Начало тем работам в верховьях Дона положил тогдашний директор Семилукской лесозащитной станции Михаил Батухтин, взявшийся «опоясать» пыльный Воронеж 30-километровым «пояском» и тем самым не дать возможности суховейному «астраханцу» и дальше продолжать своё коварное наступление.
Потом, когда Батухтина избрали председателем одного из пригородных колхозов, потянул он тот «поясок» дальше. 500 гектаров артельных лесополос поднялись по суходолам и балкам, заслонив собой от разгула жарких ветров каждый квадрат поля. Ныне о созидателе этих зелёных редутов мало кто знает. «Ничьими» они оказались после ельцинских реформ – засыпаются мусором, изощрённо вырубаются под коттеджную застройку.
Не лучшей оказалась судьба полевых заслонов в других местах Воронежской области.
Сегодняшняя статистика не может точно назвать, сколько тех лесополос выбыло из земельного пользования, сколько их порублено, выгорело… За годы реформ заброшенной оказалась и оросительная система. В ряде мест не нашли ничего лучшего в безденежное время, как вырыть водяные трубы и сдать их на металлолом вместе с оросительной техникой.
Воронежская область – родина отечественной лесомелиорации – оказалась беззащитной в засуху 2010 года. По данным старейшей гидрометеообсерватории «Каменная Степь», прошлое бездождное лето явилось аналогичным тому горькому памятному 1946-му. Сухмени теперь у нас повторяются через каждые 3-4 года.
Между прочим, уже в прошлогоднем аномальном августе уровень грунтовых вод в Докучаевском колодце достиг рекордно низкого падения – 8,7 метра. Этот показатель заставляет призадуматься. В 1993 году грунтовые воды залегали в колодце на глубине около двух метров, в 2007 – до 5,4, в 2009 до 6,6 метра. И кто скажет, каков будет их дальнейший уровень снижения?..
Но тогда, в 50-е годы, только и было разговоров – не допустить дальнейшего обезвоживания наших сельхозугодий. Лекторы приводили слова великого русского учёного Д.И.Менделеева о том, что работа по лесоразведению настолько важна, что её следует считать однозначащей с защитой Отечества.
Каменная Степь: союз леса и поля.
На основе опыта «Агролеспроекта « в системе тогдашнего Министерства сельского хозяйства СССР создается Главное управление лесного хозяйства с соответствующими службами на местах. Укрепляется база 570 действующих лесозащитных станций, которым и дальше надлежало поддерживать страну лесомелиорацией, на практике разрабатывать в зонах рискованного земледелия пропорции между пашней, лесом, лугом и водным объектом.
«Мир ахнул перед величием…»
Беседуя с профессором Владимиром Шевченко, вспомнил я про свою давнюю встречу в Московском Доме литератора со знаменитым писателем-экологом Владимиром Чивилихиным. «Знаешь, - сказал он мне, - мир тогда ахнул перед величием и грандиозностью того плана. Это была крупнейшая в мире экологическая программа, сбыться которой, к великому сожалению, не удалось».
- Ну почему же? – внёс тут свой комментарий профессор Шевченко. – Вовсе не забыт наш знаменитый отечественный план! Сегодня его основные звенья успешно реализуются в Западной Европе, странах Африки, США. А в мудром Китае на пути суховеев и пыльных бурь вырос такой гигантский зелёный заслон, что его теперь называют «Второй Китайской стеной».
Спросил я тогда Владимира Ефимовича: неужели и засуха 2010 года, из-за которой Центральное Черноземье потеряло чуть ли не половину урожая, не стала для нас новым поучительным уроком? В ответ была приведена статистика: в Воронежской области, например, чтобы восстановить прежние лесополосы, создать законченную систему охранных редутов на полях, ныне требуется до 80 тысяч гектаров новых лесных посадок. А в среднем за год в минувшем пятилетии эти посадки производились всего на двух-трёх тысячах гектаров.
Значит, при таких темпах лесоразведения воронежские поля не будут защищены от суховеев и безводья даже к 2020 году…
Таков был наш разговор у Докучаевского колодца, продолжающего терпеливо преподавать нам, «трудным ученикам», свои наглядные уроки. Не в силах пока одна наша Каменная Степь с её классической, влагосберегающей моделью земледелия отражать атаки суховеев. Ждёт она повсеместного подкрепления.
Ниве хочется подружиться с дубом. Дубу хочется подружиться с нивой. Ждут наши лучшие в мире чернозёмы не только системной лесомелиорации, орошения, но и модернизированных влагосберегающих технологий по их обработке, переоснащения наших селекционных центров отечественными засухоустойчивыми культурами.
Природа не знает остановки в своём движении и крепко наказывает всякую бездеятельность.
Владимир ПЕТРОПАВЛОВСКИЙ.
Источник: «Коммуна», №22 (25650), 15.02.11г.
