Читая Пушкина... руками

23.10.2012 09:28

Владимир Григорьевич Баранов посвятил тифлопедагогике три десятилетия своей жизни. А в воронежской школе-интернате № 3 он преподаёт русский язык и литературу незрячим детям уже 22 года - с самого её основания.

Педсовет | Уже тридцать лет Владимир Баранов преподаёт русский язык и литературу незрячим детям

Идёт урок. Детские пальцы быстро-быстро бегают по выпуклым шероховатостям на девственно-чистых, на взгляд нас, зрячих, страницах. Но в этих выколотых на бумаге методом Брайля строках – стихи Пушкина и Тютчева, рассказы Бунина и Чехова, пьесы Горького и Островского. Да, учащиеся воронежской коррекционной общеобразовательной школы-интерната № 3 для слепых и слабовидящих детей читают не глазами, а руками. А за учительским столом в это время сидит их строгий, но добрый наставник – преподаватель русского языка и литературы, педагог с тридцатилетним стажем Почётный работник общего образования РФ Владимир Баранов.

Педагогу приходится быть то священником-исповедником, то психологом. Фото Ивана Ненашева

Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, профессия педагога коррекционной школы входит в список наиболее тяжёлых в плане психологических нагрузок. Но Владимир Григорьевич посвятил тифлопедагогике три десятилетия своей жизни. А в школе-интернате № 3 он преподаёт уже 22 года - с самого её основания.

- Каждый день вижу перед собой детей, которые за свою недолгую жизнь столкнулись с такими трудностями, о которых не каждый взрослый имеет понятие, - признаётся учитель. – Часто читаю в их глазах желание выговориться, рассказать о своих переживаниях. Приходится быть то священником-исповедником, то психологом. Важно убедить ребенка в минуту отчаяния в том, что он сможет реализовать себя, несмотря на болезнь, сумеет быть счастливым.

Владимир Баранов своей главной задачей считает не просто дать ребятам определённый набор знаний, но прежде всего морально подготовить их к вступлению в большой мир, который так часто бывает жесток. И ведь получается у них занять достойное место в жизни: из стен школы выходят будущие психологи, программисты, спортсмены, музыканты и певцы.

Владимир Григорьевич полагает, что модная нынче тенденция – инклюзивное образование – это палка о двух концах.

- С одной стороны, прекрасно, когда ребенок с особенностями в развитии входит в коллектив, учится общаться, не изолирован от общества. Ведь в коррекционных школах с определенным направлением у детей общие проблемы, они живут в своем маленьком мирке. А в обычном учебном заведении - целое поле жизни. Но с другой стороны, наше государство пока не готово к инклюзии: и менталитет людей не позволяет её безбоязненно ввести, и материальных возможностей не хватает.

Дети с нарушениями зрения, которые занимаются вместе со здоровыми сверстниками, элементарно ,не успевают за ними. Ребёнок, использующий брайлевский шрифт, пишет на 20 процентов медленнее. Поэтому, чтобы выполнить контрольную работу, ему нужно давать меньше заданий или больше времени. Кроме того, особой методики следует придерживаться при объяснении материала.

Так, дети с некоторыми заболеваниями глаз воспринимают только один цвет: или жёлтый, или синий, или красный. В специализированной школе учителя делают для них разноцветные карточки. В обычной школе, где в классе 25 человек, реализовать всё это невозможно (к слову, в коррекционных классах – от 4 до 12 человек). У государства нет возможности предоставить каждому нуждающемуся тьютора – человека с высшим педагогическим образованием, который помогал бы осваивать учебную программу. Да и педагогам никто не заплатит за дополнительную нагрузку.

Есть и психологический аспект. Ребёнок с ограниченными возможностями для своих родных – центр Вселенной. А чужие люди не всегда столь благожелательны. В детском коллективе ребенок с особенностями, как правило, чувствует себя аутсайдером. Но и это, по мнению Владимира Баранова, не самое главное. Дело в том, что у 85 процентов незрячих или слабовидящих детей присутствует то или иное поражение нервной системы. И зачастую трудности с запоминанием, письмом, речью и ассоциативным мышлением связаны не только с основным заболеванием, но и сопутствующими более глубокими нарушениями функций головного мозга.

- Когда ребенок поступает к нам, я использую специальную систему тестирования, которая позволяет выявить возможные проблемы. И у каждого они свои. Поэтому если в случае со здоровыми детьми ещё можно говорить о каких-то типичных возрастных особенностях, то у незрячих ребят всё индивидуально, как индивидуальна картина болезни. К каждому нужно подобрать свой ключик, - объясняет педагог.

Родители слабовидящих детей зачастую самим себе боятся признаться, что их ребенок болен, и заставляют его ходить в обычную школу. Это большая ошибка. Там он несколько лет просто сидит за партой, практически ничего не видит и потому не развивается. А потом, когда мама и папа одумываются, он, полностью ослепнув, приходит-таки в коррекционное учебное заведение.

- Но ценные годы уже потеряны, ученик не в состоянии пользоваться обычным, плоским, шрифтом, и ещё не изучил брайлевский. Детский мозг без развития быстро теряет пластичность, и требуются колоссальные усилия, чтобы потом догнать ровесников, - говорит Владимир Григорьевич.

- Что заставляет вас каждый день помогать ребятам преодолевать болезнь и сопереживать каждому из них? – спрашиваю учителя.

- Это моя дорога, сам её выбрал. Большая радость и гордость – знать, что жизнь у бывших учеников складывается хорошо.