Наука и образование
Экспертиза «Коммуны». Наше здоровье пока в проекте
18.06.2005 00:00
Среди других национальных проектов «Здоровье» затрагивает интересы каждого россиянина: большинство из нас тревожатся не только за свое личное самочувствие, но и за судьбу и жизнь всего государства. Поэтому есть смысл внимательно посмотреть и подумать: что несет нам новация, предлагаемая властью? Проект призван позаботиться о здоровье нации или же только помочь развитию современной технократической...
Среди всех других национальных проектов «Здоровье» затрагивает интересы практически каждого россиянина. И это понятно: большинство из нас тревожатся не только за свое личное самочувствие, но и за судьбу и жизнь всего государства. Поэтому есть смысл внимательно посмотреть и подумать – что несет нам новация, предлагаемая властью.
О национальном проекте «Здоровье» не рассуждает сегодня только ленивый. Поскольку идея его выдвинута Президентом Путиным, то большинство чиновников стараются принять участие в пиар-кампании этого документа и внести свою долю уверенности в рассказы о возрождении здравоохранения. Многие его организаторы и главные врачи, словно задорные пионеры прошлых лет, рапортуют о том, что реформа у нас «пошла».
По решению администрации Воронежской области, в каждом лечебном учреждении начинают действовать телефоны «горячей линии» нацпроекта «Здоровье». Медицинские начальники будут объяснять народу – какое счастье привалило ем вместе с этим проектом. Всеобщая радость бьет через край, но за наигранным оптимизмом нет ответа на главный «идеологический» вопрос: национальный проект призван позаботиться о здоровье нации или только помочь развитию современной технократической медицины? Если второе, то сомнений нет, хотя для решения таких задач нужно обычное постановление правительства. Если первое, то почему важнейший вопрос сохранения жизни нации решается кавалерийским наскоком без обсуждения и проработки всех составляющих этой проблемы?
Вопрос правомерен, потому что медицина лечит болезни, а здоровье нации предполагает несколько иное.
Напомню знаменитую формулу академика РАМН Юрия Лисицына: «Здоровье человека зависит на 8-10% от медицины, на 20% от наследственности, на 20% от внешней среды, на 50% от образа жизни». Применительно к развитию медицины можно только радоваться позиции Президента и Правительства: забота об отрасли – налицо. Предусмотрено повышение материального благополучия первичного звена здравоохранения, организована поставка в больницы и поликлиники нового оборудования, налажено обеспечение больных лекарствами, внедрены родовые сертификаты для беременных. Всё это будет способствовать улучшению лечения больных людей, но ведь, согласно приведенной формуле, это лишь десять процентов здоровья человека. Как же с другими составляющими быть, кто о них позаботится?
Думается, они и должны были бы обозначаться в национальном проекте. Он ведь не постановление Правительства по частному вопросу – и должен в совокупности рассматривать все стороны здоровья.
Российское общество вымирает – цифры страшные. Уровень смертности более чем в полтора раза превышает рождаемость. Смертность детей подросткового возраста почти вдвое выше европейских показателей. На 45 процентов (!) увеличился уровень смертности детей в возрасте старше 10 лет от сосудистых поражений сердца и головного мозга. Гибель людей по социальным причинам вообще катастрофическая. Сотни тысяч погибают на дорогах, миллионы «садятся» на наркотическую иглу и травятся поддельной водкой. Мы свыклись с пивным алкоголизмом молодежи и бездомными подростками.
У всех на глазах – самоотверженный труд рядовых медработников. Но из-за унизительного социального положения в глазах медиков все чаще проявляются черствость и равнодушие к больному человеку.
Реки загажены отходами жизнедеятельности человека, и мы вынуждены пить воду, которая не соответствует никаким санитарным нормам. Воздух городов насыщен выбросами автотранспорта. Прежде ядовитую гарь хоть как-то поглощали островки зелени городских кварталов. Теперь парки и скверы безжалостно вырубаются, и дома «сажаются» вплотную друг к другу. Федеральная и местная власть прекрасно видит всю эту тягостную картину и… практически ничего не делает для изменения положения.
В 2005 году в Воронеже проведены 694 операции на сердце, в том числе и новорожденным, более 400 коронарографий и ангиопластик, 214 эндопротезирований крупных суставов, 18 трансплантаций почки.
Борьба с пьянством и лихачеством на дорогах ведется лишь на словах: вместо жестоких наказаний – всеобщее попустительство. Негодные автобусы, отравляющие жизнь горожан, по-прежнему собираются на европейских свалках и ввозятся в Россию. Цыгане-наркоторговцы зарабатывают на преступном бизнесе десятки миллионов, но ни их, ни «крышующих» бандитские кланы милиционеров никто не трогает. Государство не может даже поставить крест на продаже «паленой» водки и спиртовых суррогатов. Для этого нужны законы, пусть даже идущие вразрез с анархией «демократической» жизни, которая насаждается в стране уже полтора десятка лет.
Но такие законы заденут денежные интересы тех, кто сегодня у власти, поэтому они никогда не будут приняты. Вот вместо продуманной, целенаправленной трудной работы и возникают скоропостижные национальные проекты, рекламирующие заботу власти о здоровье народа. Конечно, чего проще взять немного денег из нефтедолларовой казны, закупить на них медицинскую аппаратуру, добавить зарплату участковым врачам, медсестрам, работникам «скорой помощи» и выдать сертификаты беременным женщинам.
Недавно председатель Комитета Госдумы по охране здоровья Татьяна Яковлева обнародовала любопытные цифры. Оказывается, цена национального проекта «Здоровье» на текущий год составляет 1,1 процента ВВП страны. Такова, по мнению Кремля, цена здоровья нации. Комментарии, как говорится, излишни.
Впрочем, даже в этом куцем проекте думающему человеку не всё понятно. Как известно, на первом месте в стране по заболеваемости сердечно-сосудистая система – на ее долю приходится 57 процентов больных. Казалось бы, именно в этом направлении надо предпринимать кардинальные шаги. Однако в проекте об этом ни слова. Ежегодно в России делается 24 тысячи операций на сердце и сосудах. В Америке – 1 млн. 800 тысяч. В России почти 40 миллионов человек с повышенным артериальным давлением, и лишь половина из них знают об этом. Смертность от инфаркта составляет 21 процент. По мнению академика РАМН, директора института кардиологии Юрия Беленкова здесь нет никакой тенденции к снижению.
Казалось бы, есть повод задуматься и наметить серьезные пути профилактики. Но разработчики проекта посчитали, что кардиолог, онколог, фтизиатр, психиатр для регулярного осмотра пациентов не нужны. Мягко говоря, удивительно, поскольку онкология по заболеваемости – на втором месте, а туберкулез, «задавленный» советской медициной, снова возвращает свои позиции. В обществе всё больше психически больных и неадекватно возбудимых людей, которым требуется помощь специалиста. В стране растет число суицидов. А национальный проект «Здоровье» таких тревожных тенденций решил не замечать. Вот и спрашивается – о каком здоровье речь ведется?
Показатель рождаемости в России – 1,3. Для нормального развития общества он должен составлять 2,2.
Порадуемся, что на приобретение нового оборудования российской медицине выделено 14,3 млрд. рублей, а для Воронежской области – 302,3 млн. В наши медучреждения поступят 85 электрокардиографов, 22 маммографа, 37 флюорографов, 15 фиброгастроскопов, 50 рентгеновских аппаратов, 61 аппарат УЗИ, 129 санитарных автомобилей и другое оборудование.
«Поставки идут с опережением графика», – бодро сообщает пресс-центр областной администрации. Но разве дело только в поставках? Разве во всех районах трудятся толковые специалисты, умеющие работать на новом оборудовании, знающие, что смотреть и что видеть? Или к Воронежской области не относятся жесткие слова главного терапевта России Александра Чучалина: «В стране нет ни одного участкового врача, который соответствовал бы европейским стандартам»?
Конечно, медики довольны вниманием власти к их нуждам, но разве население стало меньше болеть от того, что ЛПУ новое оборудование получили? Или, может быть, машины «скорой» помощи стали «прилетать» на срочный вызов не через час, а через 5 минут? Да нет же – всё пока без изменений. Значит, не только в новых аппаратах дело?
Дело, в немалой степени, и в том, что у большинства населения сформировалось потребительское отношение к своему здоровью. Люди злоупотребляют алкоголем, не могут расстаться с табаком (в детском парке молодая мамочка катит коляску и дымит сигареткой); чистят зубы от случая к случаю; просиживают много часов перед телевизором; плотно поужинав, тут же ложатся спать. Как говорится, своими руками, не слушая предостережения врачей, губят здоровье. При всем этом уверенно требуют бесплатного лечения, поскольку в Конституции существует 41-я статья.
Как отделить тех, кто заболел по стечению обстоятельств, от тех, кто отдал свое здоровье на милость вредным привычкам? Их тоже бесплатно нужно лечить или предложить рублем расплачиваться за свою безалаберность? Истина известна : что досталось бесплатно – то не ценится. Нужны новые законы и об ОМС, которое уже изжило себя в том виде, в котором существует, и о правах пациентов, и о защите прав врачей. В Госдуме проекты этих законов лежат ни один год, с места, однако, не двигаются.
На 2006 год на эндопротезирование в столичных клиниках Воронежской областью была выделена 51 квота. За полгода уже использовано 44.
Не раз уже говорилось, что одна из бед нашей медицины и причина равнодушия медиков в том, что в здравоохранении много лет уже главенствует принцип «уравниловки». И талантливый врач, и бездарь, лишь отбывающий в кабинете время, получают одинаковую зарплату. Виной всему – Единая Тарифная Сетка, стригущая всех под одну гребенку.
Мне могут возразить: есть, мол, врачебные категории – вторая, первая, высшая, которые определяют степень профессионализма врачей и, соответственно, их оклады. Категории не отменяют уравниловки: разница в 200-300 рублей вряд ли будет стимулом к лечению больного, как своего родного. Медицинская общественность постоянно говорит о необходимости отменить изжившую себя ЕТС, но Правительство упорно держится за устаревшую систему. Власть не привыкла прислушиваться к голосам снизу. По распоряжению Президента установили значительные денежные прибавки медикам первичного звена. Неужели не было понятно, что они вызовут моральное напряжение в коллективах? Они и вызвали: многие «узкие» специалисты восприняли такое повышение как личную обиду и не спешат принимать больных от участковых врачей: «Вы теперь получаете большие деньги, вот и лечите своих пациентов сами».
Прибавка в рамках национального проекта начислялась всем автоматически, условия ее получения разработаны не были. Вот и получилось, что она давалась за должность в штатном расписании, а не за успешное выполнение работы. То есть 10 тысяч рублей врачу и 5 тысяч медсестре играли роль благотворительной подати. Естественно, при отсутствии единой системы началось местное законотворчество. Решили давать надбавку, если на терапевтическом участке проживают не менее 1700 пациентов, на участке врача общей практики – полторы тысячи, на педиатрическом – 800 ребятишек. А если на участке их на сто человек меньше, тогда как быть? Самый простой выход – урезать добавку.
Вот главные врачи и стали урезать, а протестующим грозили увольнением. Притесняемые понесли иски в суд, – вот что значит непродуманность важного документа.
В стационарах Воронежской области ежегодно пролечивается более 600 тысяч человек, но 30 процентов из них могли бы обойтись квалифицированной амбулаторной помощью.
Недоумение едва ли не по каждому разделу национального проекта. Вот, например, диспансеризация.
В советские времена автор этих строк работал в белгородской газете, и каждую весну поликлиника настойчиво приглашала его на ежегодный медосмотр. Проходил всех врачей, сдавал анализы, вставал под рентгеновский аппарат, и если всё было в порядке, меня отпускали до следующего года. За полтора десятка лет жизни в Воронеже моя территориальная поликлиника № 4 ни разу не пригласила меня на медосмотр. Я – не в претензии: вижу, что врачи и с «настоящими» больными справиться не могут. По утрам – очереди в регистратуру в три кольца, к «узким» специалистам или к тому же участковому терапевту не пробьешься.
Какой доктор в такой толчее со здоровыми людьми будет возиться и заполнять карточки диспансерных осмотров? Согласно им, пациент должен пообщаться с эндокринологом, офтальмологом, неврологом, хирургом, урологом или гинекологом. Ни кардиолог, ни онколог потенциального больного осматривать не должен. И это называется профилактикой самых распространенных заболеваний? Согласно ее требованиям, каждый должен сделать общие анализы мочи и крови, биохимический анализ крови, электрокардиографию, флюорографию, для женщин нужна маммография, для мужчин по медпоказаниям – УЗИ предстательной железы.
И вновь тот же вопрос: при двойной-то нагрузке на врачей и лаборантов за сколько дней пациенту удастся пройти необходимый диспансерный осмотр? Северному микрорайону Воронежа давным-давно нужна вторая поликлиника, но у города нет денег на здравоохранение. Городская власть проявляет полную беспомощность, передавая мало-помалу свои ЛПУ в ведение области. Говорят, что в скором времени и само управление здравоохранения может быть упразднено. Как говорится, дожили!
Еще одно недоумение. Диспансеризацию решено проводить работающим в возрасте от 35 до 55 лет.
Конечно, это самый трудоспособный возраст. Но если учесть, как помолодели те же опухоли грудной железы у женщин, если учесть, что опухоли предстательной железы у мужчин чаще всего развиваются после 55 лет, тогда как? Опять не подумали как следует или решили, что после 55 человек не представляет интереса для общества?
Если диспансеризацию проводить на совесть, а не для «галочки», то руководителям здравоохранения надо признать, что многие ЦРБ не имеют специалистов для такой обширной работы. Значит, чтобы получить объективное представление о реальном здоровье сельского населения, потребуется помощь городских врачей. Смогут они помочь своим коллегам? Оказывается, далеко не всегда: «благодарить» за это надо федеральный закон о местном самоуправлении, поставивший финансовые рогатки на пути здравого смысла. Именно этот закон способствовал разрыву единой системы здравоохранения, но об этом организаторы медицины только в доверительной беседе журналисту рассказывают.
В России избыточной массой тела страдают 25 процентов мужчин и 30 процентов женщин.
Как известно, немалая часть болезней вызывается и усугубляется неправильным питанием. То, что российское общество питается неправильно, доказывают арбузообразные животы большинства мужчин и необъятные талии женщин. Дрябло-обвисшие бока многих молодых людей убеждают, что и они через несколько лет будут пациентами врачебных кабинетов. Ведут ли разъяснительную работу органы здравоохранения, пропагандируют ли здоровый образ жизни, рассказывают ли о страшном вреде американских «Макдональдсов»? Практически нет. Почему столь пассивны медицинские профилактические заведения и кафедры гигиены питания? Американская нация, «севшая на иглу» фаст-фудов, притащила эту заразу в Россию, а мы восприняли её как должное. Почему в национальном проекте ни слова об этой проблеме?
Кто-то скажет – нельзя в одном проекте обозначить все проблемы здоровья. Правильно, но главные болевые должны быть названы. Впрочем, спорить не будем и обратимся к еще одной обозначенной в проекте.
Речь идет о высокотехнологичных видах помощи.
Многие годы считалось, что они могут оказываться только в Москве или Ленинграде. В советской медицине установилась система квот, в соответствии с которыми определенное число больных с той или иной патологией отправлялась на бесплатное лечение в столичные клиники. Они действительно хорошо лечили тех пациентов, с которыми региональная медицина справиться не могла. Однако провинциальные врачи не сидели сложа руки, а тоже осваивали новые методики лечения.
В Воронеже есть «светлые головы» и «золотые руки». Слава о талантливых докторах Сергее Ковалеве, Сергее Кузнецове, Валерии Капусткине, Олеге Азарине, Дмитрии Кочурове, Валерии Кирчанове, Леониде Антипко вышла далеко за пределы области. Тысячи больных всего Центрального Черноземья благодарны им за излечение от тяжелых недугов и возвращение в жизнь. Наши межтерриториальные центры и отделения давно уже могут носить статус федеральных, но не носят. Несмотря на всем известные достижения, в Воронеже нет ни центра сердечно-сосудистых патологий, ни центра трансплантологии, ни центра эндопротезирования суставов, ни центра вертебрологии. Почему? Какие ещё доказательства состоятельности воронежских врачей требует столица? Необходимость таких лечебных учреждений и способность местных докторов оказывать помощь самым сложным больным не вызывает сомнения.
Однако вместо этого министерство Зурабова издает приказ №633, который фактически закрывает высокотехнологичную помощь в провинции и требует отправлять всех сложных больных только в федеральные центры. Загадки здесь нет: за каждым больным следуют большие деньги, вот избранные министерством клиники и будут получать их. Столичных чиновников не волнует, как будут добираться до клиник тяжелые больные, где будут жить сопровождающие их родственники, сколько дополнительных расходов понесут пациенты за консультации столичных светил, расходные материалы на операцию и послеоперационный уход (всё это сегодня за дополнительную плату).
Москва, разжиревшая на огромных деньгах, думает, что и в провинции им счета не знают. Но национальный проект обязан соотносить здоровье людей с их финансовыми возможностями. Если мы громогласно заявляем о внимании к человеку, то он не должен превращаться в нищего после проведенного в столице лечения. Я уж не говорю, что подобное положение больно бьёт по самолюбию наших талантливых докторов. Уйдут они, с чем останется провинция? Или зурабовская команда региональную медицину до уровня сельских ЦРБ хочет довести?
Питание на одного больного в день: в областных учреждениях – 49 рублей, в больницах Воронежа – 26.
Рядовой житель страны не разбирается в проблемах ОМС; его не волнует, сколько и какого оборудования получат больницы и поликлиники; ему совершенно все равно, как будет называться участковый врач, – семейным, земским или общей практики. О национальной политике государства, о внимании его к здоровью народа он судит по тому, какие условия в больнице, сколько надо «сунуть» в карман, большие ли очереди в поликлинике, как быстро приезжает «скорая», знающий ли врач сидит в амбулатории, дороги ли лекарства в аптеках и насколько они качественны. Он судит по тому, какую воду пьёт, каким воздухом дышит, какие продукты ему на базаре продают. К сожалению, национальный проект «Здоровье» на эти вопросы ответов не дает.
Борис ВАУЛИН.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
