Наука и образование
Они готовились полететь в космос. Судьба распорядилась иначе
25.11.2006 00:00
В космос слетали уже почти 450 человек более чем из 30 стран мира. Россиян в звездной компании целая сотня. Двоих героев космоса взрастила воронежская земля – Константина Феоктистова и Анатолия Филипченко. Но были среди воронежцев и те, кто готовился полететь к звездам, да звездная карта не выпала… Это Анатолий Карташов, Иван Аникеев, Владимир Дегтярев, Сергей Гайдуков, Александр Скворцов-старший...
Неизвестные страницы истории космонавтики
НАШИ ЗЕМЛЯКИ, НЕ СЛЕТАВШИЕ К ЗВЕЗДАМ
Имя Юрия Гагарина, первого космонавта, уже вписано золотом в историю человечества. Вне всякого сомнения, и без своего легендарного полета он сделал бы свою жизнь достойной во всех отношениях. Звездный старт возвысил эту жизнь, вознес невиданно доселе; вознес и обременил славой, оказавшейся ему по силам.
Идущим следом было легче – у них был пример. На нынешний день в космос слетали почти 450 человек более чем из 30 стран мира. Россиян в звездной компании целая сотня. Двоих героев космоса взрастила воронежская земля – Константина Феоктистова и Анатолия Филипченко.
Но сегодняшний наш рассказ о тех земляках, кто готовился полететь к звездам, да, что называется, не выпала звездная карта…
30 сентября 1959 года Главком ВВС К.Вершинин вызвал к себе флагманского врача военной авиации А.Бабийчука и, разумеется, по секрету рассказал, что в стране начинается подготовка к полету человека в космическое пространство. Бабийчику было поручено заняться отбором кандидатов и их подготовкой к полету. Вскоре в авиационные части выехали медики – искать, как того требовал главный конструктор С.Королев, молодых, абсолютно здоровых, крепких, опытных и перспективных летчиков-истребителей. Разумеется, важное значение имели рабоче-крестьянское происхождение и безупречная характеристика.
Сначала отобрали около трех тысяч лучших из лучших. Потом из этого числа оставили только двадцать. Их и начали готовить к полету на кораблях типа «Восток». Проходить медицинское обследование, тренироваться на центрифугах, на вибростенде, кресле Барани, качелях Хилова, в сурдокамерах и барокамерах, на самолете-тренажере, имитировавшем невесомость, и прочем оборудовании всей «двадцатке» было очень неудобно. Тогда из нее выделили шестерых претендентов на первый полет. Это были (по алфавиту): Валентин Варламов, Юрий Гагарин, Анатолий Карташов, Андриян Николаев, Павел Попович и Герман Титов. Спешка обусловлена была тем, что в Соединенных Штатах готовить людей к полетам в космос начали на год раньше.
Кроме физической подготовки и закаливания, учебно-тренировочных полетов на самолетах, прыжков с парашютом с будущими нашими космонавтами проводили теоретические занятия по астрономии, небесной механике, ракетной технике, конструкции и устройству космического корабля «Восток» и его различных систем. Интересно, что среди преподавателей, проводивших эти занятия, был и наш земляк, один из конструкторов космической техники, который потом слетал в космос на «Восходе», – Константин Феоктистов.
Как известно, из названных шести в космос слетали четверо – Юрий Гагарин, Герман Титов, Андриян Николаев и Павел Попович.
Нелепая случайность остановила на полпути к звездам Валентина Варламова. Как-то звездные братья решили покупаться в озере, что неподалеку от Звездного городка. С разбега прыгнули в озеро. Другие ничего, а Варламов ударился головой о дно. Выбрался парень на берег, небольшой боли в шее не придал значения. Оказалось, от удара повредились шейные позвонки. Валентина отправили в больницу. А чуть погодя врачи вынесли свой жестокий вердикт... Валентина Варламова в «шестерке» заменили Иваном Аникеевым из «двадцатки».
Этот Иван и упомянутый выше Анатолий Карташов – наши земляки-воронежцы. У них были практически равные шансы с Юрием Гагариным на первый полет в космос, а если не на первый, то на второй, третий, четвертый!..
Что же произошло, почему наши земляки не слетали в космос?
Анатолий Карташов.
Начнем с Анатолия КАРТАШОВА. Когда в заполярной воинской части заговорили, что приедут «купцы» из Москвы набирать для полетов на какой-то новой, еще никем не виданной технике, и летать надо будет высоко-высоко, Анатолий уже был успешным летчиком. Он имел звание старшего лейтенанта и должность старшего летчика в своем 722-м истребительном авиационном полку, дислоцировавшемся в районе города Петрозаводск.
«Как-то после ночных полетов сидели мы с друзьями и смотрели, как по небу плыла маленькая звездочка, наверное спутник, – вспоминал о той золотой поре Карташов. – Я в шутку сказал, что рискнул бы слетать хоть в какую высь, если бы даже вероятность вернуться живым равнялась всего пятнадцати процентам. Видно, кому надо было услышать мои слова, – услышал. Через несколько дней вызвали в штаб полка. Два человека от медицины долго со мной беседовали, все вокруг да около! Про новую технику, про риск и прочее».
Карташов согласился. А соглашались, кстати, не все, кому предлагали. По частям прошел слух, что настолько строга медицинская комиссия, настолько щепетильна, что бывает, находит болячки, о которых раньше и сам летчик не догадывался; нескольких человек не то что в космос – вообще от полетов на истребителях отстранили навсегда.
Анатолий сначала попал в «двадцатку». Там показал себя с самой лучшей стороны. Грамотный, с прекрасным здоровьем, красивый и голубоглазый, коммуникабельный, как сказали бы современные психологи, он быстро расположил к себе и новых товарищей, и врачей, и начальство Центра подготовки космонавтов, да и самого Сергея Павловича Королева.
В отряд Анатолий пришел, когда там занятия уже шли вовсю. Новые задачи оказались ему по плечу, он вскоре догнал тех, кто появился тут раньше, и при комплектовании «шестерки» уже был равным среди этих первых.
Беда случилась во время испытаний на центрифуге. Врачи решили на нем «немножко» поэкспериментировать. Сначала раскрутили до шестикратной перегрузки, потом резко – аж до двенадцатикратной. А что значит 12 крат? Это значит, что вес тела испытуемого увеличивается в двенадцать раз. Анатолий, весивший 70 килограммов, имел тогда все 840кг!
Когда центрифуга остановилась, врачи осмотрели Анатолия. И обнаружили у него на спине красные пятнышки: кровь, имевшая на пике перегрузки такую же почти тяжесть, как ртуть, прорвала капиллярчики и образовала предательски выдавшие ее следы.
«Я-то выдержал, даже сознание не потерял. А медики испугались, что то же может случиться с сосудами головного мозга», – рассказывал Карташов об этом случае.
Его еще некоторое время держали в отряде, а за пять дней до исторического старта Юрия Гагарина официально отчислили.
Анатолий Яковлевич Карташов родился 25 августа 1932 года в селе Первое Садовое нынешнего Аннинского района. Там же учился в школе, окончил семь классов. Затем поступил в Воронежский авиационный техникум, где в 1952 году получил диплом по специальности «техник-механик авиамоторостроения». Парень он был способный, самостоятельный и целеустремленный. Уже тогда загорелся мечтой стать летчиком. Записался в Воронежский аэроклуб, научился летать.
А из техникума и аэроклуба лежала ему прямая дорога в Чугуевское военно-авиационное училище летчиков, по окончании которого получил направление в Заполярье.
Мало будет сказать, что будущих космонавтов отбирали с предельной тщательностью, – копали родословную до, как говорится, материковой породы. Никак «люди из органов» не могли пройти мимо такого факта: отец Анатолия, Яков Прокофьевич, 1905 года рождения, не только был сыном кулака, но и в 1941 году, накануне войны, как «враг народа» получил десять лет лагерей и пять лет поражения в правах. Соседка свидетельствовала, будто Яков Карташов непочтительно отозвался о Советской власти – возводил на нее «контрреволюционную клевету», свидетели из числа односельчан заявили следователю, что этот Карташов еще и «опошлял колхозный строй». В Аннинском межрайотделении НКГБ составили обвинительное заключение: «Допрошенный в качестве обвиняемого Карташов Яков Прокофьевич виновным себя не признал, но достаточно изобличается в преступной его деятельности…»
Из личного дела «врага народа» А.Я.Карташова.
Судили отца будущего космонавта по пресловутой широкозахватной статье 58, пункт 10, часть 1 УК РСФСР.
Я сходил в архив, изучил дело Я.П.Карташова. Посадили его ни за что, по соседскому, скорее всего, наговору. Умер он в тюрьме в 1942 году. Реабилитирован в 1992-м. Очень может быть, что сына «врага народа» включили в отряд специально, чтобы в случае его полета подчеркнуть: вот отца Сталин посадил за решетку, а Хрущев его сына в космос послал!
Анатолий Карташов, 1999г.
После ухода из отряда космонавтов Анатолий Карташов вернулся в военную авиацию – тренировал молодых пилотов, испытывал новые вертолеты, был военным представителем на заводе в Киеве. Там и остался жить после ухода в отставку.
Перед зачислением в отряд Анатолий Карташов совершил 200 прыжков с парашютом – больше, чем Гагарин и другие в «двадцатке». А после к этим двумстам он добавил еще 300, демонстрируя тем самым хорошее свое физическое состояние.
Но время взяло свое. Два года назад отставного полковника Карташова «ударил» инсульт. Лучший киевский врач сделал сложнейшую операцию. После Анатолий Яковлевич поправился, работал на даче. А 11 декабря 2005 года умер.
Мало кто сейчас в селе Садовом помнит, как приезжал к одинокой матери Евросинье Тимофеевне на «Москвиче» ее сын-офицер с молодой тогда еще женой Юлией. Косил траву, чинил дом, собирал ватагу местных ребятишек и давал им померить свою фуражку. А ведь сложись все по-другому (так близко было до счастливой звезды!), и Садовое теперь бы называлось Карташово…
Кстати, врачи в Звездном городке потом опомнились, пришли к выводу, что они с Карташовым поторопились.
Теперь об Иване АНИКЕЕВЕ.
Иван Аникеев.
Вместо выбывшего Карташова в «шестерку» зачислили Григория Нелюбова, невысокого, щуплого парня, который оказался чрезвычайно выносливым. Он, можно сказать, с самого порога подавал большие надежды. Правда, иногда в соперничестве с товарищами его несколько заносило. Это ему в конце концов дорого обошлось. Однажды Нелюбов, Аникеев и Филатьев выпили за пределами Звездного городка. Их задержал военный патруль. Возбужденный водочными парами, Григорий стал выяснять в комендатуре отношения, причем громко, размахивая руками. Нелюбова, Аникеева и Филатьева отчислили как нарушителей воинской дисциплины и режима космонавтов. Причем вины Аникеева и Филатьева в случившемся не было, они просто попали под «горячую руку».
Иван Аникеев, 1933 года рождения, родился в Лисках, в семье железнодорожника и домохозяйки. Отец – Николай Николаевич, мать - Наталия Ивановна. Там, в Лисках, Иван учился в десятилетке, затем в военно-морском авиаучилище в Ейске.
Морской летчик Аникеев служил на Северном флоте. До зачисления в отряд космонавтов занимал должность старшего летчика 524-го истребительного полка в Североморске-2. К полету в космос готовился в звании капитана. В биографической справке говорится, что Иван Аникеев 7 марта 1960 года зачислен на должность слушателя-космонавта Центра подготовки космонавтов, а 4 апреля следующего 1961 года зачислен (после соответствующих экзаменов) на должность космонавта.
После отчисления из отряда Иван Николаевич продолжил службу в военной авиации. В 1975 году он ушел в запас по возрасту с должности штурмана наведения командного пункта авиаполка корпуса противовоздушной обороны.
Ивана Аникеева, как и его земляка Анатолия Карташова, уже нет в живых. Он умер в 1992 году от ракового заболевания, похоронен там, где дослуживал – в городе Бежецке ныне Тверской области.
Когда на смену космическому кораблю «Восток» начали готовить многоместный «Восход», то в будущие экипажи решено было включать не только профессиональных летчиков, но и узких специалистов – инженеров-исследователей, врачей. И вот в группу для первого полета на «Восходе» зачислили капитана медицинской службы Владимира ДЕГТЯРЕВА, 1932 года рождения, уроженца города Воронежа.
Владимир Дегтярев.
Владимир учился в школе на станции Графская. Туда, в близлежащий совхоз, был послан директорствовать его отец Александр Дмитриевич, а мать, Ирина Григорьевна, работала учительницей.
С детства Дегтярев-младший хотел стать врачом и, следуя своей мечте, поступил в Воронежский медицинский институт. Но после первого курса ушел, чтобы пойти в Военно-медицинскую академию имени Кирова в Ленинграде. Так он стал не просто врачом, а врачом военным: сначала парашютно-десантного батальона, потом полка. У Владимира был также большой интерес к медицинской науке. И не случайно впоследствии он оказался поблизости к космонавтике. Уже в 1959 году Дегтярев в качестве научного сотрудника НИИ ВВС участвует в медицинских испытательных программах. Так, при его врачебном контроле отрабатывалась система катапультирования пилота корабля «Восток», которая – обратите внимание – во всех полетах ни разу не подвела.
Молодого ученого в военной форме заметили. Поинтересовались его здоровьем, навели справки, сделали предложение. Но потом потянули время, и в первый экипаж «Восхода» он не попал. Полетели Владимир Комаров, Константин Феоктистов – наш земляк был борт-инженером – и врач Борис Егоров. От «Востока» новый корабль отличался более современным техническим оборудованием, возможностью переходить на более высокие орбиты.
Лишь в 1965 году кандидатуру Владимира Дегтярева после очередной медкомиссии рассмотрела мандатная комиссия, и 28 октября Главком ВВС своим приказом зачислил этого нашего земляка на должность слушателя-космонавта.
Однако сразу после начала занятий в Центре подготовки у Дегтярева заметили признаки стенокардии. Его положили в госпиталь. Известный авиатор Николай Каманин, руководивший тогда всеми работами по подготовке космонавтов, вник в случай с Дегтяревым и пришел к выводу, что Владимир со своей стороны без особого желания стремится к звездам, так как не хочет прерывать работу над кандидатской диссертацией. Короче говоря, В.Дегтярева из отряда отчислили по медицинским основаниям.
Дальнейшая судьба этого нашего земляка, не слетавшего в космос, была связана с медицинской наукой. Он работал в Институте авиационной и космической медицины, в 1984 году защитил докторскую диссертацию по теме «Кровообращение человека в условиях длительного космического полета». Был в этом институте директором Научно-исследовательского центра. С приходом нового времени стал генеральным директором российско-американского совместного предприятия «Русский центр перспективных технологий». В запас ушел полковником. С 1995 года – президент АОЗТ «Вода, экология, жизнь». Досуг проводит на охоте, занимается пчеловодством.
Сергей Гайдуков.
Еще одним нашим земляком-космонавтом мог стать уроженец станции Журавка Кантемировского района Сергей ГАЙДУКОВ, 1936 года рождения.
Он выпускник средней школы в Россоши, потом Челябинского военно-авиационного училища штурманов. До зачисления в отряд космонавтов получил высшее образование по специальности «боевое применение и эксплуатация средств самолетовождения и бомбометания».
Ах, если бы… Распорядись судьба иначе, имя Сергея Гайдукова стояло бы рядом с именем космического первопроходца – ведь его готовили к полетам на Луну, спешили и на сей раз опередить американцев, да не успели. Сергея Николаевича после того, как стало ясно, что Луны нам не видать, перевели из отдела космонавтов, готовившихся по лунной программе, в отдел, специализировавшийся на военной тематике (программа орбитального комплекса «Алмаз»). С марта 1976 года он космонавт группы космических летательных аппаратов специального назначения.
В анкете С.Н.Гайдуков указывает, что участвовал в управлении полетами космических кораблей «Союз-4», «Союз-5», «Союз-6» из Евпатории, «Союз-9», «Союз-10», «Союз-11», «Союз-12» и орбитальной станции «Салют» из Хабаровска, а с борта научно-исследовательских судов «Космонавт Юрий Гагарин» и «Космонавт Владимир Комаров» – орбитальными комплексами «Салют-3» – «Союз-14» и «Салют-3» – «Союз-15».
Четвертого октября 1978 года Сергей Гайдуков был отчислен из отряда космонавтов по состоянию здоровья. После некоторое время работал в НИИ измерительной техники в подмосковном городе Королеве, а в 1988 году после перенесенного инсульта получил первую группу инвалидности. Его сын Дмитрий в последнее время служил офицером в Звездном городке.
С Воронежем связана и судьба еще одного нелетавшего космонавта – Александра СКВОРЦОВА.
Александр Скворцов.
Он родился в тамбовском городе Моршанске в 1942 году, а в Воронеже окончил среднюю школу №46, здесь же учился в аэроклубе. Летал в воронежском небе на самолете Як-18. В 1964 году Александр Александрович окончил Армавирское высшее военное училище летчиков. Службу начинал, как и Иван Аникеев, в Заполярье (даже в том же городе Килпъявр.
Уже в 1965 году 23-летний Скворцов был зачислен в отряд космонавтов, начал проходить общекосмическую подготовку. В феврале 1967 года после исследований в сурдокамере (в условиях абсолютной тишины) врачи обнаружили нехорошие изменения в его крови. До самой поздней осени Александра обследовали в госпитале имени Бурденко, он отстал в своей космической учебе и в результате не был допущен к сдаче выпускных экзаменов. Так Скворцов стал еще одним нелетавшим космонавтом. В 1987 году он в звании подполковника уволился из Вооруженных Сил СССР.
Однако дело отца сейчас продолжает его сын, тоже Александр. Скворцов-младший, 1966 года рождения, к настоящему времени подполковник, военный летчик первого класса, уже прошел все виды космической подготовки по программе полетов на международной космической станции в составе группы космонавтов.
Запомним эти имена:
Анатолий КАРТАШОВ, Иван АНИКЕЕВ,
Владимир ДЕГТЯРЕВ, Сергей ГАЙДУКОВ,
Александр СКВОРЦОВ-старший.
В космических справочниках их называют космонавтами, хотя и не летавшими. Давайте и мы будем считать их космонавтами.Виталий ЖИХАРЕВ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
