Наука и образование
Страницы истории. Последний полёт
10.01.2014 09:27
(Окончание). Захарий Снимщиков стал главным героем самой скандальной истории, связанной с предательством в Красном Воздушном Флоте, - перелёта на сторону противника в полном составе 9-го армейского авиаотряда.
(Окончание. Начало в №1)
Владислав ВДОВЕНКО
р.п.Таловая, Воронежская область
Перелётные «Верблюды»
Дело в том, что в приказе № 5 по Красному Воздушному Флоту Республики от 8 октября 1918 года начальник авиации А.В.Сергеев писал: «...случаи измены и предательства в Красном Воздушном Флоте не прекращаются. В дополнение к принятым мерам борьбы с этим позорным явлением завести при моём Управлении чёрный список, куда вносить всех изменников и предателей делу Революции, оказавшихся в Красном Воздушном Флоте. Упомянутых предателей объявляю вне закона и приказываю их именами начать чёрный список».
Под номером семь в этом списке значился военный лётчик Захарий Васильевич Снимщиков. Он стал главным героем самой скандальной за весь период Гражданской войны истории, связанной с предательством в Красном Воздушном Флоте, - перелёта на сторону противника в полном составе 9-го армейского авиационного отряда.
В годы Первой мировой войны отряд входил в состав 7-го авиационного дивизиона и воевал на Юго-Западном фронте в Подольской губернии. В январе 1918 года, дабы избежать германского плена, 9-й армейский походным порядком выступил в тыл, а уже 22 марта командир отряда 3ахарий Снимщиков совершил первую боевую разведку в интересах Красной Армии. А еще через месяц отряд прибыл в Воронеж, в распоряжение штаба авиации Южного участка отрядов завесы. В октябре 1918 года он базировался у станции Пады Балашовского уезда Саратовской губернии и совершал боевые полёты в районе Новохопёрска, Таловой, Алексиково, Урюпинской. Он считался далеко не самым худшим отрядом на Южном фронте, его лётчики совершили с апреля по октябрь более 80 боевых полётов. Более того, по свидетельству начальника авиации Южного фронта Ивана Иосифовича Петрожицкого, который через много лет вспоминал о перелёте 9-го отряда, весь личный состав «девятки» вступил в РКП(б).
Тем не менее, командир отряда Снимщиков получил выговор от помощника начальника авиации Южного фронта Мельникова. Ещё раньше, 30 сентября, Мельников посылал в Пады комиссию из трёх человек «для опроса и разбора дела о командире отряда военном лётчике Снимщикове, подавшем рапорт о пропаже казённых денег на «Воронеж-Курском» вокзале». Сейчас трудно сказать, что стало причиной предательства: конфликт с начальством или ощущение близкого конца Советской власти. Ведь в ту пору многим и в самой России, и за ее пределами казалось, что Советам осталось времени до нового 1919-го или, в крайнем случае, до весны. Как бы то ни было, но 27 октября Снимщиков с другими лётчиками «девятки» начал игру, целью которой стал перелет к атаману самопровозглашенного Всевеликого войска Донского Краснову под предлогом перебазирования в Борисоглебск. Там якобы аэродром и условия для личного состава значительно лучше. В
этот день он направил телеграмму в Козлов начальнику авиации Южного фронта Петрожицкому: «Прошу сообщить, когда можно переходить отряду в Борисоглебск и в чьё распоряжение». Ответа не последовало, но утром следующего дня была отправлена другая телеграмма: «Пять самолётов готовы перелететь, жду распоряжений».
Наконец, 29 октября 9-й армейский авиаотряд в полном составе поднялся с аэродрома у станции Пады и полетел на юг, в сторону Борисоглебска. Его поиски начались 1 ноября 1918 года. Искали в Падах, в Жердевке, где базировался 1-й Южный авиаотряд, в Борисоглебске. И только 3 ноября стало окончательно ясно, что 9-й армейский авиаотряд в полном составе перелетел к врагу.
Авиадарм (командующий авиацией) Красного Воздушного Флота Сергеев издал такой приказ: «29 октября сего года 9-й армейский авиационный отряд в составе 6 самолётов с командиром военным лётчиком Снимщиковым перелетел на сторону противника. Предписываю комиссару при Полевом управлении авиации и воздухоплавания Южного фронта тов. Гудкову расследовать все обстоятельства и условия перелёта, выяснить заложников и местожительство родственников перелетевших предателей и поставить вопрос о немедленном их аресте и расстреле».
О том, что предательство планировалось тщательно, подтверждает в своих воспоминаниях и бывший командир летного дивизиона, под началом которого Снимщиков служил в годы Первой мировой, а впоследствии генерал-майор белой гвардии Баранов. Будучи, по воспоминаниям современников, склонным к литературным гиперболам и необоснованному пафосу, он изложил легендарные подробности перелёта, неожиданно упомянув имя самого товарища Льва Троцкого. И все же его свидетельство не менее интересно:
«Первым в полном составе перелетел 9-й армейский отряд. Командиром в нем состоял выдающийся лётчик поручик Снимщиков. 9-й армейский отряд долго готовился к задуманному перелёту. Семьи были устроены вне досягаемости для мести большевиков. Незадолго до перелёта были получены новые аппараты. В день отлёта лётчики надели по нескольку пар платья, причём не были забыты даже блестящие погоны самого контрреволюционного образца, скрытые под кожаной одеждой лётчиков. В аппараты были погружены все вещи, отрезы материи, бельё, сапоги. Запаслись изысканной провизией, которую имели в качестве избранного у большевиков рода оружия. Специалистов лётчиков у них было мало, и ими дорожили.
Но... как волка ни корми, он всё в лес смотрит. Так и 9-й армейский отряд предпочёл жить и работать в родном по духу стане белых. Ожидали только случая, когда получат приказание перелететь куда-либо целым отрядом. Желанный день наступил... «Сам» Троцкий присутствовал на аэродроме и рассматривал по карте маршрут перелёта. Один за другим, плавно описывая круги, над аэродромом поднялись лётчики. Шумят моторы, гремит оркестр. Троцкий со свитою наблюдает эту картину. На большой высоте отряд строится в боевом порядке, берёт направление, которое не оставляет сомнений в действительности их намерений…»
…Пять самолётов отряда приземлились в районе станицы Филоновской Хоперского округа области Донского войска.
Шестой летательный аппарат самого Снимщикова сел в стороне от отряда. Упоминание о том, как его встретили на донской земле, нашлись в переписке бывшего комиссара при Полевом управлении авиации и воздухоплавания Южного фронта Георгия Васильевича Гудкова.
Гудков некоторое время находился в резерве авиаспециалистов при управлении ВВС РККА и там встретил моториста Коротичева, служившего в Гражданскую войну в авиации белых. Он-то и рассказал о Снимщикове следующее.
Все лётчики перелетевшего отряда приземлились благополучно, но Снимщиков из-за неисправности мотора от них отстал, и у него на территории белых была вынужденная посадка. К нему подскакали казаки. Поскольку на его самолёте была пятиконечная красная звезда, Снимщикова жестоко избили, выбили зубы, отобрали всё, что у него было, и, наконец, привели к сотнику. Тот, выслушав «летуна», сказал, что от расстрела пока воздержится. А когда ответ на запрос в штаб корпуса прибыл, он вызвал пленного, извинился за грубое обращение и сказал, что накажет казаков, избивших его. Генерал Краснов, узнав о перелёте отряда, пожелал видеть летчика, произвёл его в капитаны, наградил крупной суммой денег, и Снимщикову за казённый счёт вставили зубные протезы.
Ходить с новыми зубами капитану оставалось ровно 11 месяцев…
Источник: газета «Воронежская неделя» № 1 (2142), 04.01.2014г.
Чтобы оставить комментарий, необходимо или .
