50 лет отечественной космонавтике. Ракетостроитель

06.04.2011 09:40

В пуске каждого космического корабля в последние годы был вклад и воронежца, главного сварщика ВМЗ Владимира Чудинова. Вся его трудовая жизнь связана с ракетостроением, а имя – внесено энциклопедию «Космонавтика и ракетостроение».

В 1961 году, в год полета Гагарина в космос, я учился в пятом классе в далеком уральском поселке недалеко от города металлургов Чусового, постоянно дымящие трубы которого хорошо были видны со школьного двора. Я и представить себе не мог, что вся моя трудовая жизнь будет связана с космосом, а точнее, с ракетостроением, и моё скромное имя будет внесено в 2006г. в большую биографическую энциклопедию «Космонавтика и ракетостроение» рядом с великими учеными, конструкторами, героями космоса.

Владимир Чудинов (справа) – за сборкой двигателя.
После окончания в 1972 году Пермского политехнического института по специальности «Оборудование и технология сварочного производства» я был направлен на Воронежский механический завод, где прошёл трудовой путь от мастера по сварке до главного сварщика завода.

Мне несказанно повезло, что после института я попал в нужное место и в нужное время. Металлургов и сварщиков воронежский институт пока не выпускал. Молодые, энергичные, мы были востребованы, и нам доверяли самую сложную и ответственную работу. И мы вкалывали по 12-14 часов, зачастую по несколько дней не видели своих детей. Уходишь на работу – они ещё спят, приходишь – они уже спят.

Я попал в цех общей сборки ракетных двигателей. Спустя одиннадцать лет после полета Гагарина ракетостроение интенсивно развивалось, в месяц мы собирали по несколько десятков ракетных двигателей различного назначения.

Основным технологическим процессом соединения многочисленных трубопроводов была сварка, как автоматическая - навесными сварочными автоматами, – так и ручная аргонодуговая. Качество всех сварных швов проверялось рентгеноконтролем и опрессовкой воздушно-гелевой смесью. Периодически сварные швы подвергались порезке с проведением металлографического исследования.

С первых дней на заводе работа увлекла, появились желание и необходимость изменять и совершенствовать сварочное оборудование и технологии. Уже через полгода работы на заводе я написал своё первое рационализаторское предложение на изменение конструкции ручного сварочного поста, за что получил вознаграждение в размере половины месячного оклада. Изготовленные и внедренные в производство, эти посты до сих пор работают в цехах завода.

Полученные деньги были очень кстати, так как родилась дочь, и жена сидела дома в последекретном отпуске.

Возможность получить дополнительное к зарплате вознаграждение окрылила, и рационализация и изобретательность стали постоянным жизненным кредо. Иногда в месяц количество поданных мною рационализаторских предложений доходило до десяти. Экономический эффект измерялся десятками тысяч рублей.

В конце 70-х годов я разработал комплект малогабаритных сварочных горелок «ГМЧ-55», которые позволяли производить сварку в труднодоступных стесненных условиях. Появилась возможность ремонтировать узлы и механизмы машин, не разбирая конструкции, устранять сварочные и литейные дефекты в ранее недоступных местах. Комплект состоял из шести горелок и двух переходников. Любую горелку можно было в течение минуты подсоединить к стандартному сварочному посту аргонодуговой сварки с помощью кабель-шланга.

Комплект был оформлен в чемоданчике типа «дипломат». Горелки позволяли производить сварку в узкой щели, в деталях типа «стакан» – кварцевые наконечники позволяли вести визуальное наблюдение за процессом. Удлиненные горелки с гибким корпусом из отожженной медной трубки позволяли придать им форму стесненных условий.

Литейщики с помощью комплекта «ГМЧ-55» стали ремонтировать сложные литейные корпуса турбонасосов ракетных двигателей стоимостью несколько десятков тысяч рублей, забракованных ранее по литейным или механическим дефектам и подлежащих переплавке.

Годовой экономический эффект в 80-х годах составил более 100 тысяч рублей – при моей зарплате мастера 150 рублей.

На комплект горелок был оформлен патент на промышленный образец. За рацпредложение на комплект было выплачено вознаграждение более тысячи рублей.

За разработку и внедрение в производство комплекта малогабаритных сварочных горелок «ГМЧ-55» для сварки в труднодоступных местах в 1982 году был награжден бронзовой медалью ВДНХ, а в 1983 году – Дипломом почета ВДНХ. И за подписью министра Минобщемаша О.Шишкина пришла правительственная телеграмма с поздравлением по случаю награждения бесплатно автомобилем «Москвич». В то время автомобиль купить молодому инженеру было почти нереально, так что это была очень высокая оценка труда.

В эти же годы мне было присвоено звание «Отличник изобретательства и рационализации».

В начале 80-х годов приступили к изготовлению двигателей для многоразовой космической системы «Энергия-Буран». Специально для сборки новых двигателей для РН «Энергия» был построен новый корпус со сборочным цехом.

Проработав 10 лет на заводе, я считался специалистом высокого уровня, руководил группой из 30 человек опытнейших сварщиков. Мне было присвоено звание «Мастер второго класса». Освоил сварку многих ракетных двигателей как военного, так и гражданского назначения.

И вот в этой ситуации нужно было передать в новый цех 5-6 человек. Новый двигатель был очень сложный, трудный в освоении, новые материалы, новые технологии. Переговорив с начальником цеха, я договорился, что он оставляет меня в старом цехе на уже серийных освоенных двигателях. Начальник предложил подготовить список для перевода людей в новый цех, что я и сделал, предполагая, что я остаюсь в старом.

Но судьба сыграла злую шутку. Я не решился ослабить сильную группу, а тут появилась возможность избавиться от более слабых, неинициативных. Но директор завода при подписании приказа вписал мою фамилию старшим, и мне пришлось осваивать изделие в новом цехе со сварщиками, которых я сам и забраковал по деловым качествам. Как говорят, не рой яму другому!

Почти полтора года ушло на то, чтобы создать новую группу сварщиков в количестве 30 человек, обучить, создать коллектив. А через четыре года группа была признана лучшей группой в министерстве, а меня удостоили звания «Лучший мастер министерства».

За 37 лет было много случаев, событий, которые вспоминаются как высший пилотаж.

В пуске каждого космического корабля в последние годы был вклад
и воронежца, главного сварщика ВМЗ Владимира Чудинова.

В 1986 году перед пуском РН «Энергия» собирали на «Байконуре» полномасштабный, функционально действующий макет. При проверке герметичности двигателей в составе ракетоносителя выявили течь по фланцевому соединению в трубопроводе заправки горючим. Для устранения течи на «Байконур» срочно вызвали главного сварщика завода. Местные сварщики там за эту работу не взялись, заявив, что выполнить сварку вместо фланцевого соединения невозможно ввиду недоступности.

Соединение диаметром около 500 мм было видно с внешней стороны только на длине порядка 200 мм. Остальное пространство было густо окутано соседними трубопроводами, да ещё и запылено теплоизолирующим слоем пенополиуретана. Опыта работы через зеркало они не имели, и меня срочно вызвали на «Байконур» со своим спецкомплектом горелок «ГМЧ-55». Недельная командировка растянулась на полтора месяца.

Уже там, в работе, вместе с моим сварщиком я задействовал сварщиков из Самары, которые первоначально отказались, не веря в успех. Ввиду сложности и недоступности сварка через зеркало шла очень медленно. Работать разрешали только в определенное время, когда было «окно» на ракете в жестком графике общей работы.

Все спешили… Стране позарез был нужен русский «Шаттл» в соперничестве с американцами. Мы и так отставали от них в этом плане на 8-10 лет.

Так как толщина стыка была большая, в день заваривали около 5-7 см. При сварке через зеркало нормальный человек делает обратные движения. При необходимости увеличить длину сварочной дуги сварщик подсознательно её уменьшал. Нужно было найти выход из этого затруднительного положения.

И выход был найден. При подходе к монтажно-испытательному комплексу на Байконуре я увидел камеру от колеса «Урала». Я порезал её на ленты, застегнул этот резиновый браслет вокруг трубопровода рядом со сварным швом. Сварочную горелку подсунул под резинку. И сварщик за счёт усилия резины, которая прижимала горелку к сварному шву, стал более осознанно понимать, как регулировать длину дуги. Если надо увеличить, то значит, надо оттянуть резинку горелкой. Работа значительно ускорилась.

Заварив шов и проведя его опрессовку на всей длине в 1,5 метра, выявили 22 течи. Пришлось ещё три раза сбрасывать давление, производить подварку и вновь производить наддув для подтверждения полной герметичности ракетоносителя.

Задание было выполнено.

Температура воздуха на улице в июне месяце была плюс 58 в тени, о чем мне напоминает купленная там книга «Отсюда дороги к планетам легли» А.Романова и И.Борисенко. Ежедневная жара, серость пустыни, отсутствие ярких красок и зелени очень резко контрастировали с яркими зелёными весенними листочками в березовых рощах, которые встречали нас в Москве по пути из аэропорта на железнодорожный вокзал, чтобы вновь вернуться в Воронеж. У некоторых членов бригады от умиления выступили слезы сентиментальности от увиденного.

Хотя и состоялось всего два пуска РН «Энергия» – 15.05.1987г. и 15.11.1988г., – на заводе было изготовлено несколько десятков двигателей. Работа по освоению производства была очень сложная, но и очень интересная. Приходилось работать со многими научно-исследовательскими институтами и по уникальному сварочному оборудованию, по новым материалам, а соответственно – разрабатывать новые технологии сварки.

На каждом двигателе на общей сборке выполнялось около полутысячи сварных швов. Новые материалы, сложная компоновка, труднодоступность сварных швов требовали новых технических и технологических решений. Так, мной были разработаны, изготовлены и внедрены в производство навесные сварочные автоматы «ГНС-14Д» и «ГНС-25Д» для автоматической сварки трубопроводов диаметром до 30 мм.

Конструкция автоматов оказалась довольно удачной и по техническим характеристикам превосходила американские аналоги «Модуль-9» и шведские «Еsab». Внедрение их позволило значительно улучшить качество сварных швов и почти в десять раз уменьшить количество выявляемых течей.

В 1989 году за комплект сварочных автоматов был награжден второй бронзовой медалью ВДНХ. В 1991 году «За разработку и внедрение технологии и оборудования для автоматической сварки неповоротных стыков трубопроводов ответственного назначения до 800 мм с гарантированным качеством соединений» постановлением Кабинета Министров Союза ССР мне была присуждена Премия Совета Министров СССР. Правительственная телеграмма за подписью министра Д.Бакланова по этому случаю является самой высокой оценкой самоотверженного труда по созданию двигателя РН «Энергия».

В это время я уже работал главным сварщиком завода (с 1986 по 1994г.) и начальником отдела сварки, в котором насчитывалось более 400 человек инженеров, сварщиков и дефектоскопистов-рентгенологов.

Эта высокая оценка труда сварщиков является и оценкой труда людей, которые трудились в сварочном производстве рядом со мной, мои единомышленники – Соломахин Ю., Федоров С., Васин Е., Данилов Л., Писаненко В. и другие.

Освоение и производство двигателей для РН «Энергия» явилось, к сожалению, наивысшим достижением как в области оборудования, так и технологий не только в сварочном производстве, но и во всей промышленности СССР. Началась перестройка, тема была закрыта. Объемы производства сократились в несколько раз, началось сокращение специалистов, сокращение исследовательских работ, сократились связи с исследовательскими институтами.

Количество выпускаемых ракетных двигателей сократилось до штучного, госзаказ на них сократился в 4-5 раз. Двигатели изготавливались только для обеспечения пусков «Протонов» и «Союзов». Завод с 90-х годов приступил к освоению производства гражданской продукции.

По конверсионной тематике было быстро освоено производство куттеров ВК-250 и ВК-500 (вакуумные промышленные мясорубки для колбасных линий), колбасных линий, тестоделительных машин, барокамер, нефтегазовой запорной арматуры, маслонаполненных радиаторов и многой другой продукции. Стояла задача максимально сохранить коллектив завода и восполнить упавшие объемы ракетной техники гражданской продукцией. И завод выстоял.

За 9 лет работы в должности главного сварщика удалось сделать очень многое. Была вновь создана лаборатория сварки, в которой работали пять бывших старших мастеров по сварке, работу которых я вспоминаю с большим уважением. Это были специалисты-личности, которые брали любую тему, разрабатывали её и внедряли в производство, – Васин Е., Соломахин Ю., Еремин М., Кадыков В., Лесных С., Шурупов В. Разработки лаборатории сварки интенсивно внедрялись в развивающееся конверсионное производство.

Завод и сегодня осваивает всё новые и новые изделия как по ракетной, так и по гражданской тематике. Приятно осознавать, что в этом постоянном развитии есть и доля твоего творческого труда.