Авторская колонка. Про... попрошаек и принципы

14.12.2011 09:11

Не всякий воронежец подаст милостыню уличным попрошайкам. Поди разбери, кто перед тобой - бедолага или «подсадная утка»...

Пару лет назад я писала в «Коммуне» о нищих на улицах Воронежа. Если быть совсем точной, не одна, а в соавторстве со внештатным корреспондентом газеты Евгением Аксёненко. Тогда пыталась досконально изучить эту тему — чуть ли не методом «включённого наблюдения», или, как его ещё называют, «журналист меняет профессию», воспользоваться. Но там были сплошь факты и минимум риторики. А теперь хотелось бы наоборот.

Для меня этот вопрос, подать или не подать милостыню, — чуть ли не принципиальный. С одной стороны, я уверена: сирым и убогим помогать надо. Ну кто им — тем, что без ног-рук, или незрячим — поможет, кроме обычных людей, как я, кому на здоровье вроде как и грех жаловаться?

Мимо сидящей с наполовину обрезанной пластиковой бутылкой совсем ветхой бабушки или глухого, с алюминиевой чашкой парня пройти сложно. Всякий раз останавливаюсь и бросаю копеечку. Точнее, так было до тех пор, пока не узнала, что половина из этих бедняг — «подсадные утки». Собирают «дань» и отдают её «старшим». При этом сами зачастую даже не имеют паспортов, не говоря уже о собственной выручке.

Это чистой воды работа, причём какая-то гадкая – посидеть, спрятав под грязную куртку ручку или ножку, чтоб подумали, что у тебя её на какой-нибудь войне отрезало-отбило. Или завернуть что-нибудь мягкое в детское одеялко, чтоб прохожие поверили, что это твой малыш, которого нечем кормить-поить. Вот и решай потом: дать или не дать свои кровно заработанные этим квази-неимущим.

Тут смело можете меня ругать: мол, что, тебе «десятки», что ли, жалко, тебя ж не заставляют пятьсот рублей давать?!

Нет, для меня дело не в деньгах; дело – в принципе. Не хочу я подавать жалеючи тому, кто в этом не нуждается! Не хочу, чтоб мне вслед говорили, причитая: «Ой, спасибо, моя хорошая! Да сохранит тебя Господь!» — а про себя думали: «Вот ещё одна дура попалась!..»

Я не знаю точно, кто сидит или стоит с шапкой или кружкой для «червонцев» с «пятаками», а то и монет мастью получше. Бедняк, которого жизнь до такого состояния довела, или скотина, которая работать не хочет, а лишь ходит да просит: подаа-а-айте на пропитание!

Мне муж говорит: ты либо подавай милостыню, и каждый раз, либо не подавай вовсе. Я всё равно пытаюсь угадать в лице просящего, дурит он меня или нет. Но, проходя мимо, не поймёшь ни за что, кто такой этот человек с улицы. И я на всякий случай всё же не подаю.

Оказывается, попрошайнический бизнес и до Интернета добрался.

Случайно наткнулась на просьбу о помощи: «Помогите собрать денег! У нас сгорел дом со всем имуществом. Мы — семья из десяти человек, среди нас — маленький ребенок, два с половиной года. Заработок небольшой, хватает только на продукты и оплату садика».

Подобных «несчастий» — миллион: травмы детства и инвалидность, кредиты и финансовые ловушки...

Сетевые попрошайки делятся на два вида. Первые — обычные жулики, кто «нуждается» в деньгах «на операцию», «на помощь беженцам» или «жертвам террора»... Вторая категория — просят просто, не объясняя причины, сообщая номер своего электронного кошелька. Это хотя бы честнее.

Не спорю, среди всех этих бедствующих людей есть и небольшое количество по-настоящему нуждающихся — тех, у кого и вправду ребёнок без дорогостоящей операции в зарубежной клинике не выживет. Но, скажите, как же тут распознать...