Общество
Дата в истории. Выиграть баталию над Бонапартом
11.07.2012 09:31
После завершения военной кампании основная часть войск из Франции была расквартирована в центрально-черноземных губерниях. В Воронежской губернии - в поселениях Острогожск ,Коротояк, Алексеевка.
Тот, кто был на священном месте белгородской земли – Прохоровском поле, – тот слышал… Слышал и слушал дивный благовест колоколов звонницы храма святых апостолов Петра и Павла. Храма, сооруженного в честь русского воинства: его ратников, солдат и бойцов, сооруженного в доле с народными пожертвованиями. Благо, что об этом узнаешь изначально, как и о том, что… О том, что через каждые двадцать минут звонят и звонят, расплескиваясь звуковыми волнами в поднебесье и окрест, еле видимые с земли на высоте колокола – в честь ратников Куликова поля; в честь солдат поля Бородино; в честь бойцов-пехотинцев, артиллеристов, танкистов – героев Прохоровского поля Курской дуги.
Не так давно, в канун 200-летия Отечественной войны 1812 года, память вновь привела меня в тот благословенный летний день в блеске солнца, в дрожащем от колокольного звона незримом светлом воздухе от земли до поднебесья. И на всем этом свете, и священном Прохоровском поле как зеркальный отпечаток листалась отечественная история русского народа, где ожесточеннее одна за одной «были схватки боевые, да говорят еще какие».
Александр ВЫСОТИН
г.Воронеж
Великий день Бородина
Мы братской тризной поминаем.
Александр Пушкин
Вот к этому «говорят» памятливее, сердечнее и благодарнее прикоснуться бы нам, потомкам, русских ратников поля Куликова, солдат поля Бородино, бойцов Прохоровского поля.
Как-то устоялось, и в этом есть свой мудрый резон, что для познания и осязания чувств гордости, патриотизма, священной памяти о Бородине для русской души и русского ума достаточно гениальных – стихотворения Михаила Юрьевича Лермонтова «Бородино» и эпопеи Льва Николаевича Толстого «Война и мир». Но, наверное, уважительно будет, тем более, что такой повод заглянуть и окрест того, что не вошло, да и не могло все войти, и в стихотворение, и даже в эпопею...
Например, узнать, что после завершения военной кампании основная часть войск из Франции была расквартирована в центрально-черноземных губерниях. В Воронежской губернии - в поселениях Острогожск – Коротояк – Алексеевка. Здесь расположились в основном пехотные и кавалерийские части, мелкие подразделения которых – роты и эскадроны – размещались по крупным населенным пунктам.
На первых порах, как правило, выхоленные драгунские кони зимой стояли в теплых сараях вместе с крестьянскими лошадьми, а их хозяева – драгуны на постое в хатах справных мужиков.
Вроде бы, что в том событийного?!
Совпадение, не более того…
И все же, что-то и почему-то встрепенулись мой ум и мое сердце: да ведь это же в наших краях встали «на зимние квартиры» герои Отечественной войны 1812 года, герои Бородинского боя. И пусть не как в стихотворении «Бородино» спрашивали: «Скажи-ка, дядя, ведь недаром…?», а своими словами крестьянские дети спрашивали тех, кто участвовал в Бородинском бою, и кто чудом остался жив, поскольку в том бою «плохая им досталась доля», и из того боя «немногие вернулись с поля», с поля Бородинского боя, ставшим центральным событием в Отечественной войне 1812 года.
Рассказы те, простые и неприкрашенные, надо полагать, несли в себе и уважение к воинской службе.
«Я слышал, как квартирьеры громко сзывали к порции: «Водки привезли: кто хочет, ребята! Ступай к чарке!» Никто не шелохнулся… слышались слова: «Спасибо за честь! Не к тому изготовились. Не такой завтра день!..». Это из свидетельства Федора Глинки, участника Бородинского боя, командира, кстати, будущего декабриста…
А перед этим его же свидетельством о понимании судьбоносного сражения на Бородинском поле всеми-всеми – и солдатами, и офицерами: «Все ожидали боя решительного. Офицеры надели с вечера чистое белье, солдаты, сберегшие про случай по белой рубашке, сделали то же. Это приготовление было не на пир! Бледно и вяло горели огни на нашей линии, темна и сыра была с вечера ночь на 26 августа…»
И слышно было до рассвета,
Как ликовал француз.
Но тих был наш бивак
открытый…
Военные историки дотошно и точно исследуют все обстоятельства накануне Бородинского боя и после, что лишь подтвердит гениальную прозорливость автора «Бородино» - «ликовал француз», словно заряжаясь предвкушением победы 41-летнего императора Наполеона, который не спал, боясь, как бы неприятель не ушел, как он, отходя, уходил, уклонялся от решающего боя, ускользая всем огромным войском, словно это был небольшой отряд.
Не спал и 67-летний Михаил Илларионович Кутузов, назначенный Главнокомандующим русской армией всего три недели назад – 5 августа 1812 года. Необходимость решительного сражения назрела по всем тактическим, стратегическим обстоятельствам, философии Отечественной войны, настроения русского народа, его солдат:
Мы долго-долго отступали:
Досадно было, боя ждали,
Ворчали старики:
«Что ж мы? на зимние
квартиры?
Не смеют что ли командиры
Чужие изорвать мундиры
О русские штыки?»
Бои, конечно, были. И у Салтановки, и у Смоленска, и у Валутиной Горы, и у Лубино… И здесь русские полки проявили себя. Но те бои не стали тем боем, как Бородинский, когда: И вот нашли большое поле, Есть разгуляться где на воле! Поле, на котором произошло определяющее сражение, расположено у села Бородино в 125 километрах западнее Москвы. Выбрали это поле, с его холмами и равнинами, не потому только, что оно было большим: 9 километров по фронту и 2 с половиной километра в глубину.
Офицеры, посланные Кутузовым, выбирая место сражения, остановились на нём еще и потому, что через него, сближаясь, вели от Смоленска к Москве Старая и Новая Смоленские дороги. Принят во внимание был и тактический момент: правую часть Бородинского поля выгодно прикрывала река Колочь.
…И вот в утренней мгле гаснут костры, начинается движение полков по всему фронту. За первыми орудийными выстрелами с обеих сторон огневая канонада.
Из свидетельства Федора Глинки:
«Я уснул, как теперь помню, когда огни один за другим стали сниматься, а заря начала заниматься. Скоро как будто кто толкнул меня в бок. Мнимый толчок, вероятно, был произведен сотрясением воздуха. Я вскочил на ноги и чуть не упал опять с ног от внезапного шума и грохота. В раскаленном воздухе шумела буря. Ядра, раскрывая и срывая наши шалаши, визжали пролетными вихрями над нашими головами. Гранаты лопались. В пять минут сражение было уже в полном разгаре».
Земля тряслась –
как наши груди;
Смешались в кучу кони, люди,
И залпы тысячи орудий
Слились в протяжный вой.
У французов к Бородинскому бою было выставлено 135 тысяч солдат и 580 орудий; у русских – 120 тысяч солдат и 640 орудий. Еще 18 тысяч народных ополченцев (среди них были и воронежцы), которые почти не участвовали в Бородинском бою, где:
Звучал булат, картечь звучала,
Рука бойцов колоть устала,
И ядрам пролетать мешала
Гора кровавых тел.
На поле Бородинского боя остались лежать убитыми и ранеными 58000 французских солдат и 49 генералов. Победы не было… Русская же армия на поле Бородинского боя потеряла 44 тысячи солдат убитыми и ранеными, из строя вышли 23 генерала.
Французский офицер П. Ложье в своем дневнике запишет: «Какое грустное зрелище представляет поле битвы! Никакое бедствие, никакое проигранное сражение не сравнится по ужасам с Бородинским полем…». Наполеон: «Из пятидесяти сражений, данных мною, в битве под Москвой выказано наибольше доблести и одержан наименьший успех».
Главнокомандующий русской армией Михаил Илларионович Кутузов, помимо служебного донесения в столицу Петербург, напишет в частном письме, к жене, 29 августа (по старому стилю): «Я, славу Богу, здоров, мой друг, я не побит, а выиграл баталию над Бонапартом…».
В стихотворении Марины Цветаевой «Героям двенадцатого года» об этом сказано так проникновенно, чисто, нежно, с любовью:
Вы, чьи широкие шинели
Напоминали паруса,
Чьи шпоры весело звенели
И голоса
И чьи глаза,
как бриллианты,
На сердце оставляли след.
Очаровательные франты
Минувших лет!
Одним ожесточеньем воли
Вы брали сердце и скалу,
Цари на каждом бранном поле,
И на балу…
Как глубинно чувствами души стихотворение героя Великой Отечественной войны 1812 года поэта Дениса Давыдова «Не хочу высоких званий», где:
Но коль враг ожесточенный
Нам дерзнет противу стать,
Первый долг мой,
Долг священный –
Вновь за Родину восстать!
прорастает, объясняется строками из «Дневника партизанских действий 1812 года»:
«…Между тем мы подошли к Бородину: эти поля, это село мне были более, нежели другим, знакомы! Там я провел и беспечные лета детства моего, и ощутил первые порывы сердца к любви и славе. Но в каком виде нашел я приют моей юности! Дым отеческий одевался дымом биваков, ряды штыков сверкали среди жатвы, покрывшей поля, и громады войск толпились на родимых холмах и долинах… Там, на пригорке, где некогда я резвился и мечтал, там закладывали редут Раевского. Завернутый в бурку и с трубкой в зубах, я лежал под кустом леса за Семеновским, не имея угла не только в собственном доме, но даже и в овинах».
Вот же откуда у Дениса Давыдова истоки патриотических чувств, громко обозначенных в стихотворении. Это все о том, о чем Лермонтов обозначил в стихотворении «Родина», когда вызывает любовь к Отчизне прежде всего – «Ее степей холодное молчанье, / Ее лесов безбрежных колыханье, / Разливы рек ее, подобные морям».
Как все большое рождается из малого, так и большое чувство любви к Отчизне рождается изначально из любви к своей малой родине с ее милыми приметами. В этом и есть подлинные истоки героизма, когда в бой вступают за Отчизну свою и очаровательные франты, и те, кто –
Полковник наш рожден был
хватом:
Слуга – царю, отец – солдатам…
И грозно он блеснул очами:
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте ж под Москвой,
Как наши братья умирали!»
И тот полковник, не увидевший победы, и все, кто вместе с ним рядом сражался, и все, кто остался жив:
И клятву верности сдержали
Мы в Бородинский бой.
«Бородино», рисунок Миши Бычкова, 13 лет. «Трудный бой», рисунок Ани Сватиковой, 15 лет.
Источник: газета «Воронежская неделя» № 28 (2065), 11.07.2012г.
