Общество
Для рая нет места
14.01.2015 00:00
Персона
<p ><strong>Персона </strong> </p>,<p > <em>Николай Семенов – воронежский поэт и музыкант, участник таких творческих и политических объединений, как «Утренняя Заря», 'Синий Кот и Подводное Дыхание', ССПиМ. Песни Николая обрели, может быть, не столь широкий, но крепкий и верный круг поклонников. По воронежскому телевидению несколько лет назад проходил клип на песню 'Про дом и про чувства', оператором и одновременно режиссером которого являлся рок-бард Красный Огурец. Творчество Семенова заслуживает внимания, и наша статья - одна из первых попыток аналитически воссоздать мироощущение, толкающее Николая к написанию песен.</em></p>,<p > </p>,<p > <strong>Александр Дубровских <hr align='left' width='20%' color='#000000' size='1'></hr></strong></p>,<p ></p>,<p > Свобода и нераздельность свободы и любви - вот что влечет Николая в новые повороты лабиринта в поисках тех, кто еще 'не продал своих детей за сочные, жирные задницы'. Но, на первый взгляд, весь мир кажется беспросветным - он пережит автором как наслоение ошибок и неудач, как серия потерь. В таком мире нет места гармонии, оптимизм всегда самообман, не на что надеяться и уповать… Прежде Бог был источником порядка и свободы - теперь же он удалился от дел и 'плюет на все со своей колокольни'. Просить спасения бессмысленно: его не раздают больше, как конфеты, за добродетели и хорошее поведение. <br></br> <br></br> 'Зачем нам Бог, если его нет с нами?' Мир не просто им брошен, но заброшен - во зло, несвободу и духовную слепоту. 'Мертвый щенок под рекламой тому, кому его стало жалко' - так добрые намерения деградируют в изощренное самолюбование, усиленное услужливой всепрозрачностью СМИ. За щедрым, обильным состраданием легко прячется лень, помноженная на неосознанную, но фатальную неспособность услышать голос другого человека. <br></br> <br></br> Когда небеса молчат, а совесть на все закрывает глаза, так легко поставить себя на место Творца: 'Я сам себе Бог, царь и командир, и мне виднее, где небо, а где дерьмо'. Но за громким заявлением следует невыносимая скука - та же скука, что ужаснее 'зверинца всех страстей' и что преследовала полтора века назад Шарля Бодлера... Герой Семенова спасается от нее не опиумом и сном, а столь же унылым, однообразным ритуалом, встречая свой ежедневный апокалипсис за бутылкой вина, как в песне 'Век N 21' - и совсем как герои черно-белых нуарных детективов... <br></br> <br></br> Но стоит посмотреть вокруг - и ад земной разверзается перед каждым, он несомненен, он - словно тяжесть, которая давит на плечи. А вот для рая нет места в географии расколотого мира. Рай не является ни утерянным прошлым, ни вожделенным будущим для мира, который безнадежно увяз в настоящем, плотно наполненным мгновенными вспышками ничтожных, но раздутых, как мыльные пузыри, происшествий. Но есть личное воспоминание о территории, на которой 'любить не сложно'. 'Свобода дается один раз на все детство', - утверждает Николай Семенов. В образе детства сходятся во всей полноте любовь и свобода. <br></br> <br></br> Но мир, лишенный возраста, лишен и детства. Личное воспоминание не становится путеводной звездой, не превращается в средство преображения и облагораживания мира. Утопии больше не убеждают. Скорее, спасение осуществляется как упорное скитальчество, отвоевывание себя, попытка высказаться о том, что действительно беспокоит, о чем болит. Принять всю неприглядность мира как продолжение собственной личной неполноты, отказаться от герметичной скорлупы удовлетворенного своей мелочностью Я - вот с чего начинается перевод мертвых одинаковых Слов в режим живой материи Смыслов. <br></br> <br></br> Песни Николая Семенова - не рецепты, не призывы и не лозунги. Это просто-напросто сгущенная свобода. </p>,<p > <strong> <font color='# 000066'>Источник:</font> </strong> газета 'Воронежская неделя', , N 2 (2196), 14-20 января 2015 года </p>,<p > </p>,<p class='r'></p>
