Общество
Дом в Страсбурге
24.01.2008 09:20
В конце прошлого года судья Воронежского областного суда, председатель квалификационной коллегии Александр Мирошников вместе с юристами из других регионов страны побывал во французском городе Страсбурге. Здесь российские правоведы знакомились с работой Европейского суда по правам человека.
В конце прошлого года судья Воронежского областного суда, председатель квалификационной коллегии Александр Мирошников вместе с юристами из других регионов страны побывал во французском городе Страсбурге. Здесь российские правоведы знакомились с работой Европейского суда по правам человека. В последние годы название этого учреждения звучит на российских просторах все чаще. Тысячи граждан, недовольных вердиктами отечественной Фемиды, надеются найти справедливость в международном суде. О некоторых особенностях его деятельности корреспондент «Коммуны» и спрашивал у воронежского судьи.
Здание европейского суда по правам человека.
- Александр Иванович, насколько четко была сформулирована цель поездки, и что удалось увидеть в Страсбурге?
- Существует специальная программа по взаимодействию между средствами массовой информации и судейским сообществом. Европейцы придерживаются принципа: суд не может быть наглухо закрытым институтом, население должно получать информацию о его работе. По мнению европейских юристов, в России, к сожалению, нередки нарушения принципа гласности судебных разбирательств. Вот они и приглашают российских юристов для знакомства с деятельностью суда и обмена мнениями. Программа осуществляется при поддержке Ассоциации «Интерньюс Европа».
В Страсбурге мы получили немало интересных материалов. В том числе рекомендации Комитета министров Совета Европы относительно предоставления СМИ информации об уголовных процессах. Замечу, что главный принцип этого документа: «Журналистам должна быть предоставлена возможность свободно освещать и комментировать деятельность системы уголовного судопроизводства».
- Что подумали, когда прочитали это?
- Подумал, что если Россия с февраля 1996 года состоит членом Совета Европы, то мы обязаны соблюдать европейские принципы. Однако надо признать, что некоторые мои коллеги, вероятно, вообще о них не догадываются, потому что до сих пор всеми возможными способами пытаются не дать журналистам никакой информации о своей работе, не допускать их на судебные заседания, негативно относятся к проведению аудиозаписи, хотя по закону её можно вести без разрешения судьи. Кстати сказать, об этом нам ещё раз напомнили в Страсбурге. Сразу по приезде мы попали на заседание суда, где рассматривалась жалоба трех граждан Хорватии против Словении. Она была связана с невозвращением банковских вкладов после разделения государства. Журналистам и публике, присутствующей в зале суда, были розданы пресс-релизы, рассказывающие о фабуле этого дела. При необходимости пресс-секретари могли выдать и дополнительную информацию. Поразило меня использование Интернета: на сайте Европейского суда можно получить практически любую информацию по любому делу. В последнее время суд вообще перешел на он-лайновое вещание. Если какой-либо процесс вызвал особый интерес в обществе, собирается пресс-конференция. Если пресса допустила какие-либо ошибки в освещении процесса, то департамент коммуникаций посылает в редакцию резюме. Но не для того, чтобы наказали журналиста, а просто приняли к сведению.
- Как рассматриваются поступающие в суд дела?
- Сначала один из судей рассматривает жалобу и определяет, может ли она быть рассмотрена судом, поскольку суд рассматривает споры между гражданином и государством. Причем в тех случаях, когда истец прошел все необходимые инстанции в своей стране. То есть житель России вправе отослать жалобу в Страсбург, если его не удовлетворило решение кассационной коллегии Верховного суда РФ. Либо если государственные структуры не захотели выполнить решения местных судов, выплатить, например, вовремя пенсии или какие-то пособия. Жалоба должна быть подана не позднее чем через шесть месяцев после того, как вынесено последнее решение Высшего национального суда страны. Если жалоба соответствует этим требованиям, её будет рассматривать коллегия из семи судей, которая и принимает решение на основании представленных документов. Если они не смогли принять решение, то тогда собирается Большая палата из 17 судей. Она может вызвать на слушания истца, затребовать какие-то дополнительные документы. Причем истец имеет право выбрать адвоката. Ежегодно палата рассматривает около сорока дел.
- В заседаниях принимают участие судьи из каждой страны?
- Да, из всех 47 государств, членов Совета Европы. Россию представляет Анатолий Ковлер, доктор юридических наук. Он работает в суде с сентября 1999 года. Председатель суда Жан Поль Коста в мае прошлого года приезжал в составе делегации в нашу страну, где встречался с председателями Конституционного, Верховного и Высшего Арбитражного судов, Генеральным прокурором и министром юстиции. Это говорит о том, что в судебных органах международной системы защиты прав человека работа судейского сообщества России пользуется доверием. Кстати, о высокой степени подготовки наших судебных документов мы слышали не раз.
- И в то же время жалобы из России в Страсбург идут потоком, и число их всё увеличивается.
- Да, это действительно так. В 2006 году, например, против России было подано 10569 жалоб, но юрисдикции суда отвечали только 102 – по ним и были приняты решения. Однако нарушения, за которые России пришлось выплачивать истцам компенсации, были установлены лишь в 96 случаях. Таким образом, только каждая сотая жалоба свидетельствовала о вине государства.
- Как в этой статистике выглядит Воронежская область?
- Анатолий Ковлер, который опекал нашу делегацию во время пребывания в Страсбурге, за голову схватился, когда узнал, что я из Воронежа – что, мол, у вас там происходит, ведь число исков из одного только Нововоронежа превышает жалобы из многих европейских стран вместе взятых. Что ж вы не можете решить вопрос с выплатой пособий по возмещению вреда здоровью инвалидам-чернобыльцам? Ну, что я мог ему ответить? Вместо того, чтобы отдать деньги пострадавшим, их пустили на строительство моста. Но так только в России власть может поступать. Или другой пример. Московский пенсионный фонд в порядке надзора подал более девяти тысяч жалоб на компенсацию пенсий ветеранам. Реакция обиженных людей не заставила себя ждать. Естественно, подобные действия властных структур вызывают большое удивление в Европе: там не принято, чтобы какая-либо госструктура требовала в порядке надзора отменить судебные решения. Это просто нонсенс, а у нас это в порядке вещей. Много жалоб из России на жесткий режим отбывания наказаний. И они вполне правомочны, если знать, в каких условиях находятся не только осуждённые, но и те, кто ждет судебного разбирательства. Европейские юристы очень серьезно относятся к этому, и думаю, что большинство жалоб на этот счет будет решаться положительно.
Кстати сказать, Украину заставили выплачивать многотысячные иски, и теперь украинские судьи при решении вопроса об аресте подозреваемого требуют у работников правоохранительных органов официальные справки о том, что в СИЗО есть места для нормального пребывания там задержанных.
- Решения Европейского суда по правам человека обжалованию не подлежат. Но ведь их по нашей доброй привычке можно заволокитить…
- Начиная с 1959 года, когда был основан Европейский суд, не было зафиксировано ни одного случая неисполнения государствами – членами Совета Европы -- решений суда. Так как в противном случае провинившаяся страна может быть исключена из Совета. Такой позор никому не нужен.
- А если решение входит в противоречие с законодательством державы?
- Страсбургский суд не рассматривает и не вмешивается в особенности законодательства того или иного государства. Он может рекомендовать устранить противоречия и привести законодательные акты страны в соответствие с Европейской конвенцией о защите прав человека и его основных свобод. Российское законодательство не так и плохо. Беда, однако, в том, что по «доброй» традиции достоинства наших законов с лихвой компенсируются необязательностью или избирательностью их исполнения и применения.
