Общество
Два ордена собкора «Коммуны»
20.05.2025 13:24
«Коммуне» - 108 лет/20 мая наша газета отмечает очередную дату со дня своего рождения
Собственные корреспонденты «Коммуны» (слева направо): Пётр Скаков, Иван Чиликин, Михаил Игнатов и Юрий Беспаленко. Проспект Революции. 1946 год
Среди большого числа журналистов, делавших областную газету в разное время, не затерялось имя Ивана Чиликина. Он, отвоевав на фронтах Великой Отечественной, как был в шинели, так и пришёл в ней в 1946 году в редакцию «Коммуны».
Безотцовщина
Ваня родился на излёте голодного лета 1923 года – 26 августа. Жара стояла нестерпимая, пыль с просёлочной дороги, беспрестанно носившаяся в воздухе, набивалась во все щели их бревенчатого пятистенка, оседала серой кисеёй на придорожные кусты и траву.
Голод, тянувшийся с 1919 года, не знал конца и края. Во время его безраздельного господства новорождённые косяками уходили в мир иной. Но Ваня каким-то чудом уцелел. А вот его отца не стало, когда мальчонке исполнился всего-то годик. «Я по сути - классический пример безотцовщины, - говорил Иван Тимофеевич Чиликин, когда, уже будучи журналистом «Коммуны», рассказывал свою биографию. – Жили мы с матерью так скудно и тяжело, что даже вспоминать об этом приходится, делая усилие над собой. Мне исполнилось 7 лет, когда мама вступила в колхоз. Но от этого нам не стало жить лучше: денег не платили; разве что какая-никакая натуроплата – ржаной муки да пшена выдадут в правлении».
Однако при всей скудности их существования Ваня опережал в росте и физическом развитии своих сверстников. Потом, когда учился в техникуме, воевал на фронте, в мирное время в редакции, окружающие отмечали его богатырское телосложение, правильные славянские черты лица, русые, чуть вьющиеся волосы.
В школу Ваня пошёл в родном селе Березняговка, что в Усманском районе (бывший Грачевский район Воронежской области). Учился охотно. Ему было очень интересно: а что там рассказывается в учебнике дальше заданного урока? Потому и читал учебник истории или природоведения, как захватывающую приключенческую повесть.
Из учительской – в редакцию
Школу Чиликин окончил в 1938 году и сразу же поступил в Усманское педагогическое училище. Это был сознательный и желанный выбор. Ему нравилось, как он говорил, возиться с малышнёй. Первый курс освоил очно, а вот второй и третий – заочно. Материально, хоть и в недальнем отрыве от дома, ему приходилось трудно. Но главная причина перехода на заочное отделение крылась в другом. В соседнем селе Третьем-Петровском не хватало учителей. Вот Ивану в районо (районном отделе образования) и предложили занять вакансию. Уговаривать долго не пришлось: он с радостью согласился. А потом даже совмещал с работой в родной ему школе-семилетке в Березняговке.
Два года Чиликин проучительствовал, а тут началась война. «Так получилось, что в районной газете срочно потребовался литературный сотрудник, - вспоминал Иван Тимофеевич. – А я в качестве селькора сотрудничал с редакцией, отсылал заметки, их регулярно печатали. Вот меня и затребовали в штат. Литсотрудником пробыл недолго – вскоре перевели на должность ответственного секретаря. Приходилось и самому много писать, и материалы других сотрудников править, и газету макетировать. Так что я постиг все азы газетной работы».
От Воронежа до Берлина
Его военная биография началась на Воронежском фронте. Удивительный факт: Иван Чиликин прошёл на войне путь от рядового до командира роты. На фронт он попал в декабре сорок второго. А в апреле сорок третьего его тяжело ранило. Три месяца провёл в госпитале в Мичуринске. И сразу же после излечения отправился на курсы младших командиров. Младшим лейтенантом прибыл в 6-ю гвардейскую бригаду, а затем четыре месяца командовал взводом в 136-й стрелковой дивизии. «С марта по август 1944 года вновь учился на курсах 3-й армии, - напишет в автобиографии Иван Тимофеевич. – А потом воевал в составе 1-го Украинского фронта. Принимал участие в освобождении Праги и Берлина в должности командира стрелковой роты».
В это время к полученной награде в апреле 1944 года – ордену Славы третьей степени – у него друг за другом прибавились медали «За освобождение Праги» и «За взятие Берлина».
Когда до Дня Победы оставалось всего лишь 13 дней, Чиликина вновь тяжело ранило. «Случилось это 26 апреля в Берлине, - говорил Иван Тимофеевич. – Обидно, конечно, было: войне конец, а тут такое… Жаль, что по освобождённому Берлину не пришлось погулять».
Буквально за несколько дней до ранения Иван Чиликин получил ещё одну награду – орден Отечественной войны I степени.
По выздоровлению Чиликина направили в распоряжение Туркистанского военного округа. Но там он долго не задержался – попал под демобилизацию.
«Ради нескольких строчек в газете»
Приказ о том, что Чиликин принят на работу в областную газету, подписал 21 марта 1946 года тогдашний редактор «Коммуны» Семён Петрович Догадаев. Тот самый Догадаев, который всю войну редактировал «Коммуну», и чья подпись значится в конце номера от 9 Мая 1945 года, Дня Великой Победы.
Для порядка, так полагалось, Семён Петрович обстоятельно побеседовал с Иваном Тимофеевичем, расспросил о вехах его биографии, где пришлось воевать, поинтересовался жанровыми пристрастиями в журналистике, интересными публикациями в районной газете. Хотя, конечно, многое он уже знал из «личного дела» будущего собственного корреспондента.
Чиликину предложили возглавить так называемый добринский куст (несколько сельских районов с корпунктом в Добринке; тогда она ещё не относилась к Липецкой области). Конечно, он без раздумий согласился. Для него это было большое доверие. По прошествии шести лет сменивший Догадаева на посту редактора Алексей Шапошник так характеризовал Ивана Тимофеевича: «Тов. Чиликин способный, растущий журналист. Среди работников редакции и в парторганизациях обслуживаемых районов (членом партии он стал на фронте) пользуется авторитетом».
В качестве поощрения Ивана Тимофеевича направили в творческую командировку в Москву. В редакции главной тогдашней газеты – в «Правде» - он прошёл стажировку.
В конце 1953 года Чиликина перевели собкором «Коммуны» в Борисоглебск. Под его началом оказались три района: Грибановский, Алёшкинский и Борисоглебский.
Стоит, наверное, пояснить, что в те годы, вплоть до конца 90-х, в «Коммуне», кроме специализированных отделов, действовали корреспондентские пункты в сельских районах. Так, в 1957 году, когда редактором работал самый молодой в СССР тридцатичетырёхлетний Борис Стукалин (впоследствии министр печати Советского Союза), в газете насчитывалось пятнадцать собственных корреспондентов.
Иван Чиликин явно выделялся из этого числа. Писать приходилось много – газета выходила шесть раз в неделю. А значит, надо было постоянно бывать там, где пахали, сеяли, убирали урожай, прокладывали шоссейные дороги и новые улицы, внедряли механизированную дойку на фермах, основательно занимались профориентацией школьников… Не было номера газеты без репортажа, критической статьи или рейда, подборки информаций Ивана Чиликина. Но за этим каждодневным и необходимым информационным потоком он не упускал возможности написать очерк о судьбе человека, сильного духом, талантливого, преодолевшего жизненные невзгоды. И не обязательно поиск таких героев будущих публицистических высказываний ограничивался лишь его собкоровской территорией (кустом). Если он находил в других районах неординарный творческий срез в биографиях представителей разных поколений, то отправлялся в командировку. Так произошло и зимой 1951 года, когда Чиликин несколько дней колесил по Эртильскому району, собирая материал для будущего очерка «В эртильской степи». А начинался он так: «На десятки километров раскинулась по обе стороны от небольшой речки Эртилец необозримая степь. Всей этой землёй (около 43 тысяч гектаров) владел раньше именитый князь. На долю же местных крестьян приходились лишь жалкие клочки тощих почв, которые родили настолько скудный урожай, что хлеба едва хватало до середины зимы. Спасаясь от смерти, многие хуторяне уходили просить милостыню».
Получился художественный рассказ, вместивший в себя временной отрезок в полтора века. Одним из героев очерка стал бывший батрак Капитон Петрович Сукочев. Он показал журналисту запись, сделанную им в 1912 году. На самое необходимое Сукочев потратил для своей семьи за год 12 рублей. И вот что он приобрёл: 7 пар лаптей, пиджак, две шапки, на 35 копеек мыла, керосина и спичек. Вот и всё. На большее денег не было.
Сыновья же Капитона Сукочева росли после революции. Один стал председателем колхоза, двое других – офицерами Советской армии.
* * *
Если полистать подшивку «Коммуны» за те годы, когда в газете работал Иван Чиликин, то его публицистики, не утратившей своей значимости, наберется на целый сборник. Коллега Ивана Тимофеевича, заведующий партотделом Сергей Николаевич Жданов, как-то сказал: «А ведь Иван мог стать и членом Союза писателей. Только никто об этом не подумал. А сам он поскромничал…»
