Общество
Гость Воронежа. Имена погибших – словно звёзды в небе
22.11.2013 09:21
В Воронеже побывал литератор, организатор Комиссии по творческому наследию репрессированных писателей России Виталий Шенталинский. 20 лет он занимается этой темой - и едва ли не каждый день узнает новую фамилию,
 |
| Виталий Шенталинский. Фото Виталия Черникова |
В областном центре недавно побывал Виталий Шенталинский – литератор, организатор Комиссии по творческому наследию репрессированных писателей России
Виталий Черников
- Для меня в жизни всегда было важно узнать что-то, чего не знают люди, – и рассказать им об этом. Детская мечта оказалась формулой жизни, - признаётся Виталий Александрович, делом которого стал поиск в архивах КГБ, а затем ФСБ материалов о поэтах и прозаиках двадцатого века, по чьим судьбам прошлось кованым сапогом Советское государство. Николай Гумилёв и Леонид Канегисер, Исаак Бабель и Андрей Новиков, Павел Васильев и Борис Пильняк, Осип Мандельштам и Артём Весёлый, - об их судьбах Шенталинский поведал в трилогии «Рабы свободы», «Донос на Сократа», «Преступление без наказания».
Многие мои соотечественники предпочли об этой теме забыть – палачи им, видимо, роднее, чем жертвы. «Зачем ворошить прошлое?» - недоумевают одни. Иные сокрушаются, что «мало расстреливали»: убитые поэты для этих – «пятая колонна». Вряд ли потрясут их и истории из книг Шенталинского, в основе которых – материалы дел, заведённых на писателей там, откуда многие из них не вернулись.
Удалось найти и некоторые рукописи: иногда они всё-таки не горят. У Михаила Булгакова во время обыска изъяли дневник. Копия уцелела в архивах ГБ и попала к Шенталинскому – как и «Технический роман» Андрея Платонова, «Песнь о Великой Матери» Николая Клюева. Можно себе представить, каково было Виталию Александровичу годами читать протоколы допросов, всматриваться в лица, сфотографированные для следственного дела. Последние в жизни портреты. Многие из них попали и на страницы трилогии, которую автору было тяжело не только писать, но и закончить.
- Двадцать лет занимаюсь этой темой – и едва ли не каждый день узнаю новую фамилию, - рассказывал Шенталинский на встрече с читателями в книжном клубе «Петровский». – Знаете, как всякий раз при взгляде на звёздное небо видишь новые звёздочки! Вот и сегодня мне рассказали об одном писателе – вашем земляке, который был расстрелян. А я и не слышал прежде это имя!
Кажется, он осознаёт: взятая ноша непосильна. Потому новая его книга – совсем иная. Рядом с огромными, каждая – страниц по семьсот, томами трилогии особенно скромно смотрится поэтический сборник «Наедине с людьми». Со своим поэтическим «избранным» в первую очередь и хотел познакомить воронежцев Виталий Шенталинский.
- Считаю, что стихи должны быть или гениальными, или простодушными. Но ни в коем случае не «профессиональными», «мастеровитыми». Я и книжку хотел сначала назвать «Простодушные стихи». Нынешнее название – полемика с первой моей книгой, которая вышла в 1968 году в Магадане. Называлась она «Вместе с птицами». Меня ругали за то, что не пишу о стройках коммунизма, предъявляли претензии: почему с птицами, почему не с людьми? И вот теперь я «наедине с людьми». Ближе некуда!
Было время, русская поэзия «ушла в лагеря». А потом, по словам Шенталинского, «хлынула на эстраду – и немного ушла тайна из стихов. Хотя, конечно, среди поэтов-шестидесятников были и значительные поэты».
Сейчас поэзия ушла в Интернет. Недавно Виталий Александрович обнаружил, что его стихи там воруют, печатая под другим именем. «Ну, пусть будет так. Значит, нравится!» - добродушно улыбается Шенталинский. А затем рассказывает одну старую историю.
- Мы с Анатолием Жигулиным дружили. Я попал в Союз писателей по его рекомендации. Однажды оказался в одной компании с бывшим лагерником: сидел на Колыме за золотишко, из старателей. И вот он говорит: «А у нас в лагере тоже были свои поэты!» И читает жигулинского «Бурундука». Но переделанного: появилось там много блатной «чувствительности» - про «маму родную» и так далее. Я говорю: «Так я знаю эти стихи! Писал их, конечно, зэк, но из другого времени». – «Что? Ты знаком с Жигулиным?! Так он сидит у нас и не хочет, чтобы его выпускали, он – наш, мы вам его не отдадим!». Я говорю: «Да нет, Жигулин – член Союза писателей, недавно орден «Знак Почёта» получил…»Так его, по-моему, и не убедил. Когда рассказывал Анатолию Жигулину эту историю, тот хохотал. А я ему: «Толя, ты должен радоваться – твои стихи стали фольклором! Это высшая оценка. Почище ордена «Знак Почёта».
Источник: газета «Коммуна» № 173 (26195), 22.11.2013г.
Чтобы оставить комментарий, необходимо или .
