Общество
К 62-й годовщине Великой Победы. Человек из легенды
20.09.2006 00:00
Фактически все послевоенные годы Валентина Довгер, сподвижницы Героя Советского Союза Николая Кузнецова, связаны с Воронежем. В 1950 году ее супруга Савву Рыбака перевели для дальнейшего прохождения службы в военный трибунал Воронежского военного округа. С 1969 по 28 мая 1990 года они c сыном Константином жили в доме №24 по улице Кирова, на котором по инициативе полковника КГБ в отставке А.К.Никифорова, поддержанной руководством Управления ФСБ России по Воронежской области, ныне открыта мемориальная доска...
ОКОНЧАНИЕ.Начало в номере 17
Мы продолжаем публиковать очерк о Валентине ДОВГЕР,
сподвижнице Героя Советского Союза Николая Кузнецова,
члена партизанского отряда Дмитрия Медведева.
Фактически все послевоенные годы Валентины Константиновны связаны с Воронежем. В 1950 году ее супруга Рыбака Савву Моисеевича перевели для дальнейшего прохождения службы в военный трибунал Воронежского военного округа. Сюда они и приехали втроем с сыном Константином. Вначале жили в доме №17 по улице Плехановской, а с 1969 по 28 мая 1990 года – в доме №24 по улице Кирова, на котором теперь по инициативе полковника КГБ в отставке А.К. Никифорова, поддержанной руководством Управления ФСБ России по Воронежской области, была открыта мемориальная доска.
А раньше была война...
Родилась Валентина Константиновна накануне Рождества Христова, 6 января 1924 года в селе Клесово Клесовского района Ровенской области. Ее отец, Константин Ефимович Довгер, еще до революции окончил лесной институт и был назначен старшим лесничим Клесовского лесничества Ровенской области. С тех пор он жил здесь и вместе со всем народом перенес тяжелые испытания, которые выпали на долю Западной Украины. В 1920 году эта часть земли силой оружия была отторгнута от Советской республики. Спустя девятнадцать лет, в 1939 году, Западная Украина воссоединилась с Советским Союзом.
Сложилось ошибочное мнение, что В. Довгер занималась разведывательной деятельностью только как помощница Н.И. Кузнецова.
Это немного не так. Разведывательные задания она стала выполнять еще задолго до знакомства с ним.
Валентина Константиновна вспоминала:
«На мою долю выпало бороться с фашистскими захватчиками далеко от линии фронта, в тылу врага. Началось это в моем родном украинском поселке на Ровенщине.
С массовых расстрелов и грабежей установился «новый порядок». Стали поднимать головы долго скрывавшие свое подлинное лицо буржуазно-украинские националисты. У нас, 15-18-летних, стоял один вопрос: «Что делать? Как бороться?» Мне помог избрать верный путь мой отец. С приходом партизанского отряда в Сарненские леса Ровенской области мой отец вступил в его ряды. («Дядя Костя» одним из первых местных жителей стал сотрудничать с партизанами. Это ему удалось достать и передать партизанам план Ровно, на который были нанесены все наиболее значительные объекты. – Авт.). Ночью часто раздавался условный стук в окно – в наш дом входили партизаны. Вначале родители старались скрыть от нас, детей, их визиты, но это было невозможно.
Начав сотрудничество с партизанами, он вовлек и меня в подпольную работу. Работая на мельнице, мы сообщали партизанам об отправке обозов с мукой для оккупантов.
Обозы перехватывались группой отважных под командованием Виктора Васильевича Кочеткова. (В.В.Кочетков, старший лейтенант госбезопасности, разместивший свой отряд с весны 1942 года в районе Толстого Леса. – Авт.) А вскоре мне посчастливилось встретиться с ним самим. Под его руководством я делала свои первые шаги в разведке. Получила разведывательное задание. Выполнила. Затем еще и еще...»
Д. МЕДВЕДЕВ писал:
«Вале было семнадцать лет, но выглядела она совсем подростком – маленькая ростом, хрупкого телосложения, с большими темными глазами. Сперва она выполняла роль связной между отцом и Кочетковым, но скоро включилась и в самостоятельную работу. Она стала бывать в Клесове и Сарнах, где от знакомых и подруг узнавала то, что нас интересовало. Ей удалось собрать данные о составе и численности войск гарнизона, о движении эшелонов на магистрали».
Весной 1942 г. генерал Судоплатов сформирует разведывательно-диверсионный отряд «Победители» под командованием полковника Д.Н. Медведева.
В мемуарах «И снова в бой» испанец МЕРОНЬО Ф., входивший в состав этого отряда, напишет:
«Май 1942 года. Самолет Ли-2 готов к отлету. Легкий ветерок от работающих моторов гуляет по летному полю аэродрома имени Чкалова. Полковник Медведев со списком в руке делает перекличку.
Те, которых вызывают, один за другим занимают места в самолете. Рядом садятся Антонио Бланко и доктор Цесарский, испанец Меса и русский Кузнецов, Картабон и комиссар Стехов, Бланко и радистка испанка Африка Бланч, санитарка Шаталова, Корчинский, Ривас, Чернова, Струтинский, Грос, Валя Довгер. Последним поднимается в кабину полковник Медведев. Техник закрывает дверь и уходит к пилотам, а самолет словно замирает в начале взлетной полосы, готовясь взять разбег».
Дмитрий Медвев
Во время оккупации партизаны оказались между двух огней. С одной стороны – фашистские оккупанты, с другой – вскормленные и подготовленные фашистами банды буржуазно-украинских националистов всех мастей: бандеровцев, бульбовцев, мельниковцев и т. п.
Они нападали на отряды, убивали всех заподозренных в связи с партизанами, уничтожали целые семьи, сжигали их дома...
От рук этой нечестии погиб и отец В.К. Довгер. Вчерашние оуновцы, а теперь солдаты дивизии «Галичина», 3 марта 1943 г. схватили Константина Ефимовича и его двух попутчиков, связали колючей проволокой и поволокли к речке, с которой еще не сошел лед. Палачи его живым засунули под лед. Сопротивление «дяди Кости» отвлекло внимание бандитов, и двое партизан смогли сбежать. Тело К.Е. Довгера было извлечено из-подо льда и похоронено с воинскими почестями. Через несколько дней в лагерь пришла В. Довгер.
НЕВЕСТА Пауля Зиберта Валентина Константиновна вспоминает:
«А потом был серьезный разговор о предстоящей работе в городе Ровно, ставшем «столицей» оккупированной фашистами Украины. Там находился со своим рейхскомиссариатом наместник Гитлера, гаулейтер Восточной Пруссии Эрик Кох, штаб начальника войск СС и полиции в Украине, штаб войск тыла генерала Ильгена...
Состоялось знакомство с Николаем Ивановичем Кузнецовым, другими разведчиками нашей группы. Готовились документы, составлялись легенды. Мне предстояло находиться в городе под видом невесты немецкого офицера обер-лейтенанта Пауля Зиберта. Под этим именем в форме немецкого офицера уходил на задание Николай Иванович Кузнецов...
...Наступила пора переходит и к боевым действиям. Упорно и долго мы старались проникнуть в окружение Коха. И вот у нас в руках пригласительные билеты, где сказано, что гаулейтер Кох готов принять обер-лейтенанта Пауля Зиберта и его невесту. В нашем распоряжении одна ночь. Не имея никаких шансов сохранить жизнь, шел советский разведчик, чекист Николай Кузнецов на уничтожение гаулейтера. Его спокойствие и уверенность передавались и мне.
...Только полученные из уст самого Коха сведения о подготовке фашистским командованием наступления накКурском участке фронта спасли гаулейтера. Важно было сообщить в отряд о планах гитлеровцев. А Кох, поверив в мою легенду, дал указание предоставить мне работу в рейхскомиссариате.
(От нее стала поступать важная оперативная информация. Так, ей удалось узнать о предстоящем приезде в Ровно гитлеровского министра Альфреда Розенберга, яростного идеолога расизма и геноцида. – Авт.). Особые счеты у нас были с генералом Ильгеном. Это он направлял все карательные экспедиции против партизан и хвастливо обещал Коху уничтожить в районе Ровно всех партизан. И Кузнецов устроил генералу личное свидание с партизанами. Операция похищения Ильгена была совершена в центре города, из особняка, тщательно охраняемого часовыми».
Чтобы представить объем работы, проделанной разведчиками, приведем выдержку из наградного листа Н.И. Кузнецова, понимая, что в каждое оперативное мероприятие внесла свой вклад В. Довгер:
«I. Краткое конкретное изложение личного военного подвига или заслуг: Кузнецов Николай Иванович за время пребывания в тылу противика с августа 1942 г. в составе оперативной группы 4-го Управления НКГБ СССР проявил себя беззаветно преданным патриотом Советской Родины. Принял участие в ряде операций против немецкой высшей администрации в оккупированных районах Украины: 1. 20 сентября 1943 г. в г. Ровно Кузнецов Н.И. выстрелом из пистолета убил руководителя главного отдела финансов рейхскомиссариата Украины, министерского советника доктора Ганса Геля и старшего инспектора Ровенского гебитскомиссариата Адольфа Винтера.
2. 15 ноября 1943 г. в г. Ровно под руководством Кузнецова Н.И. и при его личном активном участии был похищен из своей квартиры, а затем убит командующий особы) ми войсками на Украине генерал фон Йльген.
3. 16 ноября 1943 г. Кузнецов Н. И. выстрелами из пистолета убил бывшего чрезвычайного комиссара по Мемельской области, по мощника рейхскомиссара Украины по судебным делам, сенатс-президента Альфреда Функа.
4. 10 февраля 1944 г. в г. Львове выстрелами из пистолета Кузнецов Н.И. убил заместителя губернатора Галиции доктора Бауэра и его секретаря доктора Шнейдера.
5. При контроле автомашины, на которой Кузнецов Н.И. и сопровождавшие его лица выехали из г.Львова, Кузнецов Н.И. убил немецкого офицера майора Каптера.
6. Находясь в. Галиции, Кузнецов Н.И. расстрелял подполковника авиации Петерса.
Кузнецов Николай Иванович за образцовое выполнение задания в борьбе с немецкими захватчиками в тылу противника и проявленные при этом отвагу и геройство достоин представления к званию Героя Советского Союза.
Зам. начальника 4-го отдела 4-го Управления НКГБ СССР Кобулов
II. Заключение вышестоящих начальников:
Ходатайствую о представлении т. Кузнецова Н. И. к званию Героя Советского Союза.
Начальник Четвертого управления НКГБ СССР Судоплатов».
Валентина Константиновна ДОВГЕР вспоминала:
«Николай Иванович не жалел своей жизни в борьбе за свободу Родины. Зная о том, что предстоит очень трудная, опасная работа в тылу врага, 27 июля 1942 года, в день своего рождения, перед вылетом из Москвы он писал брату Виктору на фронт: «...Я хочу откровенно сказать тебе, что очень мало шансов на то, чтобы я вернулся живым. Почти сто процентов за то, что придется пойти на самопожертвование. И я совершенно спокойно и сознательно иду на это, так как я глубоко сознаю, что отдаю жизнь за святое, правое дело, за настоящее и цветущее будущее нашей Родины. Мы уничтожим фашизм, мы спасем Отечество...»
В этом доме погиб Николай Кузнецов
Единственное, о чем она умалчивала, так это то, что эти слова имели полное отношение и к ней, маленькой хрупкой девушке, ежедневно идущей на смерть. Более страшным для нее было другое. Очень больно идти по городу и ощущать на себе взгляды прохожих.
Валентина ДОВГЕР вспоминала:
«Мы с Кузнецовым медленно шли по городу. Вдруг я почувствовала на себе пристальный взгляд. Навстречу шла пожилая женщина. Взгляд ее, полный ненависти, заставил меня вздрогнуть. Увидел женщину и Николай Иванович. Видимо, большое горе коснулось ее, заставило забыть осторожность и опасность. В ту минуту она, возможно, думала, что немецкий офицер не знает украинского языка, но девушка, которая идет с ним под руку, должна понимать. Приблизившись, женщина сказала:
– Провалились бы вы на этом месте! И как вас только земля носит!
Сказав так, она сплюнула и медленно пошла дальше. Как хотелось мне в ту минуту подойти к женщине и сказать: «Бабушка, дорогая, не проклинай нас, мы ведь не те, за кого ты нас принимаешь».
После войны, во время встречи с жителями города Ровно в музыкально-драматическом театре, ко мне подошла женщина. Это была не та старушка, но одна из тех, кто был в городе во время оккупации.
- А я вас знаю, хорошо помню. Это ведь вы жили весной 1943 года через дом от меня. Я часто видела вас с немецким офицером. Все вокруг говорили, что это ваш жених. Разве могла я тогда подумать, кто в действительности был тот офицер. Всю правду о вас я узнала потом. Не думала, что еще когда-нибудь встречу. Простите, тогда у меня другое мнение было о вас и вашем товарище. Очень жаль, что извиниться перед Николаем Ивановичем я уже не смогу».
Дмитрий МЕДВЕДЕВ
Гестапо уже дышало в затылок.
Слишком много совпадений. В январе 1944 года Довгер по заданию Медведева должна была поехать в Восточную Пруссию, но была арестована гестапо, подвергнута жесточайшим пыткам. Ее бросали в подвал с трупами и залитый кровью, неоднократно выводили на расстрел. Она стояла на своем: знаю Пауля Зиберта как заслуженного фронтовика, мечтаю выйти за него замуж после войны.
Ничего не добившись, ее вывезли в Германию в один из концлагерей. В 1945 году лагерь освободят американские войска. Валентина Константиновна перейдет на территорию, занятую Советской Армией. Поступит на службу в военный трибунал переводчицей. Там же и встретит свою любовь и спутника жизни.
1945.... Помните, как в «Танго Победы»?
Весна, весна, весна.
И салют, салют в полнеба.
Вот и кончилась война.
С днем рождения, Победа! Только для Валентины Константиновны Довгер война не закончилась в том году. Война постоянно давала о себе знать. Перенесла несколько операций. Сказались и адская работа в тылу, и побои в гестапо, и «прелести» концлагеря.
В своей статье она напишет:
«Сегодня нет с нами легендарного Николая Ивановича и многих других боевых друзей. Они не могут с нами радоваться нашим успехам, мирному небу. Но они вернулись в восставшие из руин города в мраморе и бронзе, в названиях улиц и площадей».
Вот и Валентина Константиновна 19 декабря, в канун Дня чекиста, вернулась в Воронеж в мраморе мемориальной доски.
Виктор ШАМАЕВ,
кандидат исторических наук;
Анатолий НИКИФОРОВ,
почетный сотрудник органов госбезопасности.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
