Общество
Люди воронежской милиции. Расследования Ныркова
05.09.2006 00:00
Войну Михаил прошел от Воронежа до Будапешта. После Победы воевал с бандеровцами. Окончил Воронежский университет и Высшую школу КГБ. Как один из «тридцатитысячников» был направлен в село. Нырков начисто отвергал пресловутую политику массового производства кукурузы, за что был исключен из партии и снят с работы. Затем Нырков – завхоз школы, потом и ее директор. Но он мечтает о службе в милиции. И вот...
Войну Михаил Нырков прошел от Воронежа до Будапешта. Заслужил много наград, в том числе медаль «За отвагу» и орден Славы. После Победы воевал с бандеровцами, затем готовился к поступлению в вуз. Окончил Воронежский государственный университет (ист.-филак) и Высшую школу КГБ. Затем как один из «тридцатитысячников» был направлен в село. Здесь Нырков проводил в жизнь свою линию: стимулировал развитие животноводства и начисто отвергал пресловутую политику массового производства кукурузы. За это «самовольство» он был исключен из партии и снят с работы. И вот Нырков – завхоз школы, а потом и ее директор. Но он мечтает о службе в милиции. И его берут постовым милиционером, а затем переводят на должность оперуполномоченного, и вскоре он становится лучшим следственным работников УВД.
О пережитом времени Михаил Иванович, ныне ветеран войны и милиции, написал восемь книг, в которых поведал немало интересных историй из своей следственной практики.
Хорошо помнит Нырков свое первое дело.
В июне 1961 года замначальника ОУР УВД И.С.Никитенков поручил ему раскрыть кражу в промтоварном магазине. В помощники выделил М.Гавердовского. Прибывшим на место преступления оперативникам продавцы сообщили, что похищены ценности из ювелирного отдела. Кража, по их мнению, произошла в ночь на среду – выходной день продавщицы этого отдела Вали. Вскоре было установлено, что накануне «хозяйка» отдела сняла с витрины наиболее дорогие вещи и поместила их в сейф. Под стеклом осталоиь лишь десятка два простых часов. Затем она закрыла витрину на ключ и прикрыла ее стекло бумагой, а вход в секцию перегородила лентой с биркой «Не работает». Пришла в четверг – крышка витрины открыта, под стеклом – пусто.
Оперативники осмотрели витрину – крышка ее была сорвана… Сразу встал вопрос: как проникли злоумышленники в помещение магазина? Нырков и Гавердовский исследовали окна и двери – никаких следов взлома. Прошлись по торговому залу – признаков проникновения в магазин не наблюдалось.
Тогда Нырков обратил внимание на отсек, где находились для продажи мебель: гардеробы, комоды, тумбочки. И у Михаила Ивановича возникла мысль: а не воспользовались ли злоумышленники анекдотическим случаем из следственной практики, когда один из подельников был закрыт в гардеробе? В перерыве он, похитив вещи, спрятался в это укрытие. А потом купленный гардероб вместе с подельником и ценностями дружки вынесли из магазина, погрузили на машину и укатили.
Обрабатывая эту версию, Нырков спросил у продавцов: покупал ли кто в тот день мебель? И услышал в ответ, что в среду был продан один гардероб. Его до перерыва облюбовали несколько парней. Они тут же заплатили деньги и написали на нем «Продан». А после перерыва сразу же погрузили его на машину и уехали.
Записав приметы покупателей и марку машины, оперативники отправились на автопредприятия. Машину нашли быстро. Вскоре задержали и покупателей, в том числе и того, кто находился в гардеробе. Все злоумышленники были новичками в криминальном деле. А побудил их на кражу, как и предполагал Нырков, тот самый анекдотичный случай хищения с помощью гардероба.
И.С.Никитенков похвалил своих подчиненных за оперативное раскрытие кражи и сообщил, что в городе объявился лжеэкскурсовод. Он прошел по школам, собрал деньги с желающих ехать в Ленинград на экскурсию, а сам не явился к поезду.
Оперативники поговорили в школах с ребятами, учителями. Записали приметы мошенника. Потом предупредили работников крупных предприятий и учреждений о возможном появлении у них авантюриста, но «экскурсовод» не давал о себе знать.
И вот в вестибюле ВГУ среди многих объявлений Нырков увидел и такое, где «провалившимся» абитуриентам предлагалось собраться в определенное время у такой-то аудитории для «рассмотрения предложения о поступлении в другой вуз».
Нырков прибыл к указанной аудитории. В ее помещении уже были около полсотни абитуриентов. За кафедрой стоял молодой мужчина, похожий на «экскурсовода», только в очках и с усами. Он показал собравшимся какой-то документ и заговорил:
– Я из МГУ. В нашем вузе открыт новый факультет международных отношений, готовящий дипломатов для развивающихся стран. У нас главное – пройти собеседование, где проверяются культура речи, дикция, артикуляция. Немалое значение играют и внешние данные абитуриента.
Выступающий умолк, обвел взглядом слушателей и продолжал:
– В своей речи я сейчас допустил контаминацию, то есть. смешал два выражения: «играет роль» и «имеет значение». Такого в речи культурного человека не должно быть. Об этом и будет разговор на собеседовании.
Далее выступающий, заверив всех, что они поступят, сказал:
– Итак, желающие ехать, встречаемся на вокзале за полтора часа до отхода поезда на Москву. Вопросы есть?
– А почему вы не произвели такой набор в столице? – спросил кто-то из зала.
Молодой человек ответил, что москвичи вряд ли поедут по распределению в развивающиеся страны. Другое дело – воронежцы! Надежные люди. Их и Петр I ценил за труд. И в войну они свой город отстояли…
Улыбаясь, польщенные земляки стали расходиться. Нырков подошел к представителю МГУ. Разговорились. Узнав, что тот тоже окончил ист.-филфак, он спросил:
– А вы помните, что такое Юс большой и Юс маленький?
Собеседник оказался в затруднении. Нырков продолжал:
– А Четьи-Минеи знаете? А кто такие «Серапионовы братья»?
«Филолог» опустил голову. А Нырков неожиданно сообщил:
– У вас ус отклеился!
Молодой человек машинально схватился за верхнюю губу.
В РОВД было установлено, что залетный лжеэкскурсовод работал завхозом в разных столичных учебных заведениях. И отовсюду его увольняли за всевозможные махинации. На воронежской квартире у него нашли много фальшивых справок, а также «реквизит»: парики, очки, бороды, усы. Здесь была и карта, где отмечались города, в которых авантюрист выступал в роли экскурсовода.
… В начале 60-х годов участились в Воронеже квартирные кражи. Было установлено, что совершает их профессионал-одиночка, который брал только деньги и драгоценности. Тщательные наблюдения и засады результатов не давали. Но вот наконец звонок в милицию: в квартире соседа – вор!.. Нырков с двумя помощниками спешит по указанному адресу. Видит: из подъезда дома выскакивает мужчина и садится в белый «Москвич». Машина на большой скорости мчится за город, к лесу. У опушки она высаживает мужчину, и тот скрывается в лесу. Водитель «Москвича» сообщает, что вез «пассажира» под угрозой ножа.
Нырков вызывал подмогу. Старший группы захвата распорядился оцепить небольшой лес. Расставили посты… Но злоумышленник не появлялся. Видимо, затаившись в лесу, он ждал наступления темноты.
Нырков с помощником осторожно углубились в заросли. Устроили засаду у лесной дороги. И тут на тропинке показался старик с сумкой грибов. Нырков остановил его и поинтересовался: не видел ли он в лесу подозрительного мужчину?
– Встретил я такого, собирает грибы, – сообщил старик. – При мне ножом с выкидным лезвием срезал гриб, который называется розовопластинник. Я ему говорю: это же ядовитый! Вы его, наверное, с поддубовником перепутали? А он подумал и говорит мне: «Читал я, что его можно есть, если сварить в уксусном растворе». Я не верю! Чепуха какая-то…
Уточнив, где старик встретился с «грибником», оперативники направились в лесную чащу. Вскоре они увидели двух мужчин и двух женщин, срезающих с дубов и берез ветви. Наверняка – для изготовления банных веников. Нырков спросил у них: не встречали ли они в лесу средних лет грибника? Те ответили отрицательно. Тогда Нырков поинтересовался у одной из женщин: куда они поставляют свою продукцию? Та ответила, что сдают в бани или торгуют вениками на рынке.
– Муж приносит, а мы с дочерью продаем, – пояснила она.
– А другой мужчина – сам продает? – спросил Нырков.
– А мы его не знаем. Он к нам в лесу присоединился, – сообщила женщина.
Нырков повел глазами вокруг – мужчины не было! Помощник указал, в какую сторону он скрылся. Оперативники поспешили в том направлении. Через минуту впереди послышался усиленный стрекот сорок.
– Это, наверняка, кто-то находится недалеко от их гнезда, и они беспокоятся, – сказал помощнику Нырков.
У места, над которым кружили сороки, оперативники разделились. Помощник направился в «тыл», чтобы отрезать путь отхода тому, кто, возможно, здесь спрятался.
Нырков замер у густого куста, следя за полетом сорок. И вдруг из него бросился на оперативника грузный мужчина. Завязалась борьба. Верзила пытался сдавить милиционеру горло. Но Нырков так скрутил кисть его руки, что тот взвыл от боли. Тут подоспел помощник. Вдвоем они связали злоумышленника, отобрали у него нож, и вскоре задержанного доставили на опушку леса. Им оказался матерый вор, находящийся в розыске.
Николай МОНОГАРОВ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
