Общество
Наука летать
18.02.2015 00:00
Персона
<p ><strong>Персона </strong> </p>,<p ></p>,<p > <em><font > С Анатолием Насоновым, журналистом, редактором газеты «Воронежский патриот», которую этот человек издает за собственные деньги, я познакомился несколько лет назад, возвратившись из командировки по Цхинвалу. </font></em></p>,<p > </p>,<p > <strong>Сергей Кройчик <hr align='left' width='20%' color='#000000' size='1'></hr></strong></p>,<p >Сразу после военных действий в Северной Осетии в августе 2008 года открыли транспортный коридор, и я рванул в этот опаленный войной город. И повезло: гуманитарная колонна, сформированная из машин объединенной автоколонны региональной МЧС и Воронежской хлебной промышленной компании, как раз туда и направлялась. Оказалось, что в этих же местах, только несколькими днями ранее, был и Анатолий. Словом, нам потом было что вспомнить, нашлись общие темы для обсуждения. <br></br> <br></br> А сегодня он уже редактор нескольких печатных вестников. И, опять же, себе не изменяет - творческую работу проводит за свой счет. Правда, газеты преимущественно посвящены местным межнациональным диаспорам. Их много у нас, а значит, и писать есть о чем. И первую тему разговора, как я понял, он нашел в том же Цхинвале. <br></br> <br></br> Энергии Анатолию не занимать. Помимо всего прочего, он еще и в Горожанском кадетском корпусе преподает, ведя несколько предметов. Плюс занятия по труду, уроки черчения, много о республиках бывшего Советского Союза рассказывает. В родной 'басовской' гимназии в Воронеже, выпускником которой он является, тоже сегодня преподает. И детям, по его же словам, интересно на его занятиях. <br></br> <br></br> Трудно с Анатолием не согласиться. Ну где еще можно встретить человека, который может запросто увлечь ребенка парашютным спортом? <br></br> <br></br> - Откуда же у тебя такая привязанность к нему? – интересуюсь у него. <br></br> <br></br> Ответ на мой вопрос - лишь начало записанного мной монолога. <br></br> <br></br> - Я еще в детстве мечтал стать летчиком, прыгнуть с парашютом. Поэтому и заглянул однажды в Воронежский аэроклуб. Мне тогда всего десять лет было. Понятно, что тогда сразу указали на возраст, мол, подрасти надо, прежде чем парашюты на спину надевать. Оказалось, это занятие детям доверяют с 16 лет, а летное обучение и вовсе происходит с 18. Что делать? Я записался в радиоклуб 'Заря' - он функционировал при НИИ связи. <br></br> <br></br> Учился выходить в радиоэфир, познавал азы азбуки Морзе. И так увлекся этой 'наукой', что уже к 14 годам у меня был свой позывной, дающий возможность работать на волне, не выходя из дома, если, конечно, имелся свой радиоприемник. <br></br> <br></br> Прошло несколько лет, и вновь меня потянуло в учебный авиационный центр. И снова мне указали на возраст. Тогда я записался в авиамодельную секцию. И тут увлекся тематикой: за кружковые секционные дни около десятка моделей различных типов самолетов изготовил. Год спустя меня вновь потянуло в аэроцентр. Случайно увидел объявление о наборе желающих научиться прыгать с парашютом. При этом требовались характеристики с места учебы, чтобы обязательно комсомольцем был, успеваемость смотрели и многое другое. Плюс брали членские взносы: один рубль. <br></br> <br></br> Паспорта у меня тогда еще, как вы понимаете, не было, поэтому взял свидетельство о рождении. Но его в итоге так и не приобщили к моей анкете, хотя в кружок начинающих парашютистов записали. А взнос рублевый как-то уговорил внести родителей, чего-то там наплетя. <br></br> <br></br> И так получилось, что в группе я был единственным школьником. В основном она состояла из студентов, бывших армейцев, рабочих с авиазавода. Всего нас было человек 35. Однако чем дольше шли занятия, тем больше нас отсеивалось. Буквально за месяц-полтора от группы оставалось уже двадцать желающих прыгать с парашютом. А до первого зачета из общей массы вообще всего десять кандидатов на прыжки нашлось. Медкомиссию всего четверо, вместе со мной, прошли! <br></br> <br></br> …Что ощущает человек, впервые согласившийся прыгнуть с парашютом? Безусловно, страх присутствует. Но я мальчишкой прыгнул, поэтому этот страх для меня был совершенно иным. Кстати, парашютным спортом я занимался втайне от родителей. Изучал, как и положено, теорию, конспекты писал, как парашют устроен... <br></br> <br></br> Всю зиму и проучился в аэроцентре. Школу из-за аэроцентра пропускать не должен был бы, но иногда, правда, так получалось. Особенно, когда дело до прыжков дошло. Ведь пропадал я на целый день. Если бы мама знала о моих подростковых увлечениях, то, понятное дело, могла в аэроцентре закатить грандиозный скандал. <br></br> <br></br> Но она о моих увлечениях до поры до времени не знала. А еще предупредили, что если ученический дневник в двойках оказывался, то до занятий могли при полном основании не допустить. Честно признаюсь, я два дневника имел, так, на всякий случай. Да и вообще, все свои школьные прогулы врачебными справками прикрывал. Мой классный руководитель однажды догадалась, что они не просто так происходят, даже школьным педсоветом пригрозила. И тут я понял, что вообще рискую лишиться прыжка с парашютом. А значит, и мечта не сбудется!.. <br></br> <br></br> И вот долгожданный день настал. Свой первый прыжок я совершил в светлый ясный день 26 апреля 1982 года, в 15 лет. Инструктор прыжков, единственная тогда женщина-парашютист, Тамара Тихоновна Липатова.< Мне показалось, что именно она увидела мой интерес к полетам. 'Совсем юный, а не боится' - прочитал я в ее глазах. Говорит, неси в самолет пристрелочный парашют в салон пилота АН-2. С этой марки самолета мы как раз и совершали прыжки. Я команду бегом исполняю. Понятное дело, изучать салон командира воздушного судна стал. Опять же о профессии летчика вспомнил. <br></br> <br></br> Нас по десять человек заводили в самолет, так по инструкции положено. А мой выход из самолета в воздух седьмым по счету оказался. С тех пор это мое счастливое число. <br></br> <br></br> А когда мой парашют раскрылся, помню, стало почему-то жарко. Стал общаться с другими парашютистами: кто что ощущает? Когда самостоятельно парашют надел, знаете, в глазах даже потемнело. Наверное, это был страх. А парашют я сам укладывал! Конечно, как учили, старался, и под чутким присмотром инструктора. Стою у выхода из АН-2, и дрожу. Как будто время остановилось. И вниз, к воплощению мечты! Спасибо инструктору Тамаре Тихоновне. Именно она меня заставила пересилить страх. Скомандовала: 'Пошел!'. <br></br> <br></br> ...На сегодняшний день у меня уже 555 прыжков. Были и показательные, и 'заказные'. Пару раз на День города прыгал. И когда памятник воинам-десантникам в Северном микрорайоне Воронежа торжественно открывали, я тогда капитаном парашютной команды был. Мне довелось работать в аэроклубах нескольких регионов - Воронежском, Тамбовском, Липецком, Якутской САХА, ВДВ. Плюс работа в третьем столичном аэроклубе 'Егоровский'. К тому же я - член Федерации парашютного спорта России. У меня есть сертификат категории 'С', позволяющий выполнять прыжки под свою личную ответственность. <br></br> <br></br> Было время, служил заместителем начальника Воронежского аэроклуба, начальником парашютно-десантной спасательной службы этого аэроклуба. Я даже в перерыве футбольного матча на стадион профсоюзов в Воронеж прыгал. У меня и спортивные награды есть. <br></br> <br></br> Безусловно, я себя сегодня уверенно чувствую в полетах. Бывает, и в свободном падении могу парашюта соседа коснуться. Но! Парашютный спорт - все-таки вид экстремальный, и по-настоящему мне страшно стало на пятом прыжке. <br></br> <br></br> В Якутии, где я служил в местном аэроклубе после распределения Воронежского летного училища, дважды отказывал парашют. Здесь я освоил два вида парашютов: обычный и прямоугольный. 'Планеры' - их так прозвали специалисты парашютного спорта - они позволяли развивать большую скорость. А у меня этот 'планер' не сразу раскрылся на высоте свыше 350 метров. Это было на сборах. Мы тогда прыгали по восемь раз за день, готовились к соревнованиям. И уже в самолете я вдруг подумал: а если я неграмотно свой парашют уложил?.. Представляете, я тогда членом сборной Якутии САХА был! И тут - такой ляп! Но обошлось. <br></br> <br></br> Вообще, я привык к советской классической модели парашюта ПО-9, хоть и приветствую остальные модели. Вообще считаю, что любое новое ответственное задание - это всегда страшно. Поэтому я чего-то нового в парашютном спорте стараюсь не искать, это дело весьма ответственное. А теперь я - ветеран спорта, других учу, как парашют сложить, как группироваться в момент выхода из самолета. Мало ли, может, кому-то из мальчишек и пригодится? Главное, что ребятам нравится. Многие, уверен, захотят стать офицерами, Родину защищать. Важно, что здесь армейский режим на пользу идет, плюс соответствующее педагогическое воспитание. К этому я и сам всегда стремился. Чего и мальчишкам желаю. </p>,<p > <strong> <font color='# 000066'>Источник:</font> </strong> газета 'Воронежская неделя', N 76 (2201), 18-24 февраля 2015 г. </p>,<p > </p>,<p class='r'></p>
