Общество
О прошлом с улыбкой. Велосипед, мотоцикл, автомашина…
19.10.2006 00:00
Ммотоцикл, на котором мой однокурсник приезжал ко мне в район, решил подремонтировать один из сотрудников районки, мало-мальски соображавший в его начинке. Предварительно он вылил все содержимое бензинового бачка в туалет. Вечером ничего не подозревавший сокурсник, ставший уже редактором газеты и в тот вечер задержавшийся на работе, пошел в туалет. Открыл дверь, вытащил сигарету, закурил и еще горевшую спичку бросил вниз. Раздался взрыв, пламя опалило лицо друга. Ничего не понимая, он бросился в кучу лежавшего рядом песка. Выскочившие из типографии люди помогли, отправили редактора в больницу. Пришедший к нему наутро сотрудник ремонтировавший мотоцикл, извинился.
После шумных и беззаботных студенческих лет рабочие будни в районной газете показались мне горше редьки. Угнетало все: бытовая неустроенность, грязь, отсутствие родственных душ. Не с кем поговорить, некому излить душу.
Выручала работа, необычная и поначалу интересная. Узнавал людей, писал о них, пытался вникнуть в дело. А кроме того мне повезло – в соседнем районе тоже начинал новую жизнь сокурсник, свой человек. Мы стали встречаться, я приезжал к нему, он – ко мне, нас разделяли пятнадцать километров и семейное положение: он холостяковал, а у меня была жена.
Но сокурсник не бедствовал. Он встал на квартиру к молодой вдове, жившей с сынишкой лет четырех-пяти, ни в чем не ощущал нужды. Когда я приезжал, на столе появлялась жареная картошка, соленья домашнего приготовления, сало, словом, все, что нужно, чтобы хорошо выпить и закусить.
Правда, однажды хозяйка «забастовала», мой очередной визит мы начали с магазина, купили не только водки, но и консервов, хлеба, потемневшую от времени колбасу.
- В чем дело? – поинтересовался я.
- Познакомился я с одной бабенкой, а хозяйка узнала, вот и объявила мне бойкот.
Не знаю, как долго продолжался «бойкот», как его мой однокашник утрясал, но уже в следующий мой приезд, все было как прежде нормально. Мы хорошо посидели, не заметили, как надвинулись осенние сумерки. Пришли к автостанции, а автобуса нет. Как быть? Завтра выходить на работу, впереди ночь и пятнадцать километров пути.
Выручил друг сокурсника, первый секретарь райкома комсомола. Он притащил свой велосипед. Но, как вскоре оказалось, это была не выручка, а дополнительное наказание. В поле, за поселком, куда я выбрался еще засветло, вдруг быстро потемнело, и от внезапно ударившего мороза заледенела дорога, покрытая булыжником. Велосипед то и дело скользил, я падал и больше тащил велосипед на себе, чем ехал на нем. Долго пришлось бы мне мучиться, если бы не попутная машина. Шофер сжалился надо мной, помог поднять на груженую машину велосипед, подсадил меня. Всю зиму ржавел в коридоре велосипед, только весной смог я отправить его хозяину. А вскоре после этого пришлось помаяться и моему сокурснику.
В его редакции был мотоцикл. Ездили на нем все, по очереди. Решил прокатиться и сокурсник, хотя до этого ни разу не брался за руль. Мотоцикл ему завели, рассказали, что дальше делать, и он покатил сразу ни куда-нибудь, а ко мне, за пятнадцать верст. Но одно дело прослушать рассказ, что и как делать, а другое – поступать самому.
Путешествие сокурсника, можно сказать, кончилось довольно благополучно, если не считать того, что он, не доехав до моего дома метров сто, врезался в стену дома, где жил районный работник ГАИ. Пришлось мне объясняться с этим работником, вызволять из трудного положения своего гостя.
Но самое интересное приключение случилось зимой, когда ко мне в район приехал еще один сокурсник. Его дядя, большой начальник, предоставил на целые сутки в распоряжение племянника и своего сына машину с шофером, коренастым, среднего роста, рыжеватым мужчиной лет тридцати пяти.
Немного подкрепившись у меня, мы отправились к моему соседу. Не стоит тратить много слов на описание нашей общей радости, на то, как и что мы обсуждали, а также, каких и сколько напитков употребляли. Скажу только, что далеко за полночь все мы, приезжие, улеглись на полу, на кроватях лежали только хозяйка, да мой сокурсник.
Я быстро заснул, однако также быстро и проснулся минут через десять-пятнадцать. От грохота. Не понял сначала, в чем дело. И только когда мимо меня прополз и рядом улегся, тяжело дыша, шофер, сообразил, откуда и почему шум. Хозяйка сбросила его с кровати, когда он попытался улечься рядом с нею. Наутро она, глядя на нас, не скрывая смеха, допытывалась:
- Кого же я вчера не пожалела?
Мы тоже смеялись, но никто не отвечал на ее вопрос. Больше всех смеялся шофер, хотя было ему, надо думать, не до веселья.
Если уж упоминать все времена года, то надо сказать, что немного грустная история произошла летом.
Тот самый мотоцикл, на котором мой однокурсник приезжал ко мне в район, решил подремонтировать один из сотрудников редакции, мало-мальски соображавший в его начинке. Предварительно он вылил все содержимое бензинового бачка в туалет. Вечером, ничего не подозревавший сокурсник, ставший уже редактором газеты и в тот вечер задержавшийся на работе, пошел в туалет. Открыл дверь, вытащил сигарету, закурил и еще горевшую спичку бросил вниз. Раздался взрыв, пламя опалило лицо друга. Ничего не понимая, он бросился в кучу лежавшего рядом песка. Выскочившие из типографии люди помогли, отправили редактора в больницу. Пришедший к нему наутро сотрудник, ремонтировавший мотоцикл, извинялся. Не знал он и не ведал, что пары бензина могли скопиться и долго продержаться в душном туалете.
После я шутил над сокурсником:
- Хорошо, что ты не успел присесть. Тогда бы летел из туалета. Мог бы и остаться кое без чего.
Спустя несколько месяцев можно было говорить, что угодно, а в тот вечер пострадавшему было явно не до шуток.
Сергей Жданов.
© При перепечатке материалов сайта ссылка на Kommuna.ru или издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на Kommuna.ru обязательна.
