Общество
Память. У каждого поколения – своя война…
04.08.2010 16:14
В Воронеже бывшие сослуживцы по разведроте 191-го отдельного мотострелкового полка, размещавшегося в провинции Газни, пришли на могилу своего командира - капитана Ю.Лукьянчикова.
27 июля в Воронеже прошла встреча «афганцев» - бывших сослуживцев по разведроте 191-го отдельного мотострелкового полка, размещавшегося все годы войны в провинции Газни
«Афганцы» из Москвы, Тулы, Воронежа, Балашова, Астрахани, Владикавказа, Махачкалы, Избербаша (Дагестан), Курган-Тюбе (Таджикистан), Николаева и Луганска (Украина) пришли на могилу своего командира – капитана Юрия Лукьянчикова, начальника разведки полка, погибшего ровно четверть века назад во время боевой операции на Панджшере. Пришли, чтобы возложить цветы к могиле и почтить его память; чтобы сказать отцу и сестре Юрия слова о том, каким замечательным офицером и человеком он был.
Воронеж, 27 июля 2010г. В первом ряду слева направо – Вадим Сахнов, Амир Хусейнов,
Геннадий Парфенюк; во втором ряду – сестра погибшего Ирина Лукьянчикова, Виктор Руденко,
Шамиль Гусейнов, Алексей Левин, Сергей Макиев, Сергей Каплин, Михаил Конобеевский,
отец погибшего Василий Лукьянчиков, Анатолий Гончаренко, Борис Кузин,
Сергей Харламов, Николай Рымарь, Шамиль Алиев, Сергей Золотухин.
Легли цветы и к могилам двух других разведчиков - лейтенанта Сергея Юденкова и сержанта Максима Слободчикова. Кстати, 1 августа исполнилось 25 лет со дня гибели и Сергея Юденкова. В разведке принято действовать «тройками», вот и на последнем своем рубеже они втроем, словно в боевом порядке.
Во время встречи я невольно отмечал случайные, а может быть и неслучайные, совпадения. Вот, к примеру, на «Юго-Западном» у могилы Юрия Лукьянчикова встретились три командира разведроты – Сергей Каплин (1983-1984), Анатолий Гончаренко (1985-1986), Геннадий Парфенюк (1986-1987). Именно Сергей Каплин, когда уходил на повышение начальником штаба в мотострелковый батальон, рекомендовал Юрия на должность командира в разведроту, в которой на тот момент не осталось в строю ни одного офицера.
Трое приехавших в Воронеж, нет, больше – Сергей Макиев, Шамиль Гусейнов, Алексей Левин, Анатолий Гончаренко, принимали участие в том бою 23 июля 1985 года, унесшем жизнь четырех разведчиков и одного сапера; и до сих пор они не могут ответить на вопрос, даже самим себе, как им тогда удалось выжить? Особенно Алексей Левин, единственный уцелевший из расстрелянного в упор дозора…
Еще одна тройка – танкист Шамиль Алиев, радиотелефонист Дмитрий Прусаков и сапер, автор этих строк, – все из того же 191-го. Дмитрий Прусаков обеспечивал связью командира полка подполковника Суринова; и в тот день вместе с ним прорывался к месту боя разведроты…
Так складывается в России из поколения в поколение: у каждого нового поколения – своя война… Такова судьба страны, не желающей терять своей суверенности.
У каждого нового поколения ветеранов войны – своя выстраданная боль, свои боевые тропы, свои погибшие (сразу вспоминается строчка «наши павшие как часовые») и своя Память.
То, что разведка встречается уже третий год подряд, – это не случайность. Третий год подряд в Подмосковье собираются и саперы. Бывший командир взвода Виктор Посметный (опять же из разведроты 191-го полка) пишет из Севастополя, что и на Украине уже регулярными стали встречи однополчан. Память не знает границ, потому что тогда, на войне, мы были единым целым; и память – это то, что нас продолжает держать вместе и сегодня.
Дмитрий Прусаков, Сергей Харламов и Амир Хусейнов вспоминают, как это было…
Фото Михаила Вязового.
Встречаемся, значит, пришло время… Пришло время напомнить о себе (ведь кому-то очень бы хотелось, чтобы афганская война поскорее была бы забыта), провести «поверку своих рядов»: сколько нас в живых осталось; напомнить о тех, кто не вернулся, и о тех, кто уже в мирной жизни ушел до срока (в Воронежской области умер каждый десятый «афганец»)…
Сергей Макиев у могилы командира. Фото Михаила Вязового..
И едва ли бы мы встречались, если бы в той, афганской жизни, было бы что-то позорное или недостойное, то, чего нужно стыдиться. Солдаты на той войне честно выполняли свой долг, и только сейчас, когда натовский контингент уже девять лет находится на афганской земле, и увяз в войне похлеще советских войск, в российском обществе приходит понимание и осознание того факта, как несладко приходилось Ограниченному контингенту, державшему рубеж на пути исламского фундаментализма и наркоторговли.
Чтобы эта встреча состоялась, каждый привнес толику своих усилий в общее дело: Амир Хусейнов из далекого Таджикистана первым бросивший клич: ребята, пора встречаться; Алексей Левин, принявший первый «десант» на Волге; Михаил Конобеевский, взявший на себя заботы от организации нынешней встречи; и многие другие, молча положившие гвоздики на могилы своих сослуживцев. У каждого поколения – своя война, мы живы, пока жива Память…
Виктор Руденко.
Такими они были более двадцати лет назад…
Командир разведроты Геннадий Парфенюк (слева). Ургунское ущелье, март 1987г. Фото Виктора Руденко.
Старшина разведроты Алексей Левин (в полевой форме) провожает в Союз «дембелей»-саперов. Газни, ноябрь 1986г. Фото Виктора Руденко.
Старшина разведроты Шамиль Гусейнов (крайний справа). Газни, на вертолетной площадке 191-го полка, ноябрь 1986г. Фото Виктора Руденко.
Книга памяти
Слободчиков Максим Александрович
Младший сержант, старший оператор разведроты, родился 9 ноября 1961 года в г.Олекминск (Якутия), русский. Учился в средней школе №61, затем - №15 г.Воронежа, в Воронежском лесотехническом институте.
Зарегистрировал два патента на изобретения. Работал инженером-технологом в г.Перми. В Вооруженные Силы СССР призван Ленинским РВК г.Воронежа 22 октября 1983 года Учебную подготовку прошёл в Туркмении (г.Ашхабад).
В Республике Афганистан - с 23 апреля 1984 года. Службу проходил в разведроте 191-го отд. мотострелкового полка (в/ч пп 39676, г.Газни). Погиб 9 сентября 1984 года в районе н.п.Бараки.
Разведчики попали в засаду. Максим, спасая раненого товарища, был ранен в живот. От полученного ранения скончался.
В квартире Слободчиковых на видном месте – две фотографии в траурной рамке: Максима и его мамы, Риммы Михайловны. Три года спустя, в день рождения Максима, она погибла в автокатастрофе. Возвращались с мужем из Подмосковья, где служил младший сын, Роман, и попали в аварию. Врачи не рассчитывали, что и Александр Григорьевич выживет.
Максим с детства мечтал о службе в армии. Когда шла передача «Служу Советскому Союзу», невозможно было оторвать от телевизора. В Перми предложили службу в системе МВД. Отказался: «Хочу служить в армии и чтоб призвали из Воронежа, а потом можно и в милиции». Ему прочили службу в парадных войсках в Москве: высокий – метр восемьдесят четыре, крепкий – ладонью рубил кирпич, плечистый – по всем качествам подходил. Вмешался случай.
На областной сборный пункт прибыл полковник из Москвы, «купец» с особыми полномочиями, отобрал светловолосых, крепких парней, славян. Из «учебки» Максим написал родителям: попаду или в Германию, или в Афганистан. Хочу в Афганистан… Отец попробовал уговаривать. Сын ничего не ответил. Отец не может сдержать слез, когда рассказывает о сыне.
Строки из писем: «Всю нашу роту распределили в Афганистан, я попал в Газни… 23 апреля 1984г.»
Сообщил также, что служит в строительной роте, чтобы не волновались.
«Сегодня – праздник, 1 Мая, а у нас в части был спортивный праздник, наша рота – это десять вновь прибывших человек, в том числе и я – заняла первое место в полку…
«Роман, тебе по утрам надо бегать, тебе это очень пригодится в армии, а то знаешь, как некрасиво было, когда кросс бежали по пыли, жара градусов 30, с автоматами, противогазами, вещмешками, а отстающих ребята на себе тащили по очереди».
«Между прочим, скучаю по самому Воронежу, по улицам, по квартире. 17 мая 1984г.».
«Тут у нас событие было из ряда вон выходящее – ночью целых полчаса шел дождь, я как раз в наряде был, специально из-под навеса вышел и промок, всё-таки с начала службы дождя настоящего не видел. 24 июля 1984г.».
Всего от Максима пришло девять писем.
Награжден орденом Красной Звезды (посмертно), медалью «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа». Похоронен на «Юго-Западном» кладбище г.Воронежа. В память о Максиме Слободчикове на здании средней школы №15 установлена мемориальная доска.
Лукьянчиков Юрий Васильевич
>
Капитан, начальник разведки мотострелкового полка, родился 28 сентября 1959 года. в г.Орша Витебской обл., русский. Учился в средней школе №28, затем - №72 г.Воронежа.
В Вооружённые Силы СССР призван Советским РВК г.Воронежа 5 августа 1977 года Окончил Московское высшее общевойсковое командное училище.
В Республике Афганистан - с 9 сентября 1983 года. Службу проходил в 191-м отдельном мотострелковом полку (в/ч пп 39676, г.Газни). Погиб 23 июля 1985 года на Панджшере.
Из служебной характеристики: «В сложной обстановке не теряется, действует решительно и хладнокровно. В бою проявляет исключительную храбрость и мужество… Награждён орденом Красной Звезды и представлен к ордену Красного Знамени… Командир полка подполковник Л.Я.Рохлин».
Отец, Василий Васильевич, – кадровый офицер ВВС. Мать, Нина Семёновна, – партизанка Великой Отечественной, прошедшая фашистский лагерь смерти и чудом оставшаяся в живых. Знать, на роду написано у сына, кем ему быть. И он им стал – Воином с большой буквы. Даже внешне Юрий Лукьянчиков олицетворял тип русского богатыря: рост метр девяносто пять, широкая улыбка, русые волосы, серые глаза. Воин-славянин, волей истории оказавшийся на переднем рубеже противостояния двух систем…
Ярко натура Юрия Лукьянчикова проявляется в его афганских письмах друзьям и родным. Юмор, ирония, шутки, дружелюбие. Лишь в последнем послании родителям можно уловить, какую тяжесть нёс он на своих плечах.
Строки из писем: «Здравствуйте, дорогие мама и папа! Думаю, что вы можете поздравить да заодно и похвалиться перед знакомыми – ваш сын получил звание «капитан» досрочно. «Всего» на 1,5 года раньше срока. Вчера получил погоны. Слегка обмыли это мероприятие в кругу друзей. Вот так и работаем в этой дикой стране. 20.06.85. Юра».
«Лукьянчикова хорошо помню, - сказал нам 30 июля 1997г. на встрече в Воронеже депутат Госдумы РФ, генерал-лейтенант Лев Рохлин, бывший командир 191-го полка, впоследствии трагически погибший. - Его гибель – трагедия и для меня. Смелый, отважный офицер, при мне он «вырос» с должности командира взвода до начальника разведки полка. Такой геройский парень! Недаром говорят, что во время войны погибает генофонд нации… Солдат и офицеров в разведроту мы не назначали, был конкурс среди тех, кто готов был заменить погибшего. Не разрешал представлять разведчиков к медалям, только - к орденам! После Ургунской операции, на которой Юрий Лукьянчиков отличился с разведротой, представлял его к званию Героя Советского Союза. Но не получилось…»
«Юрий Лукьянчиков мог не идти на Панджшер, заменщик уже ждал его в Кабуле, - рассказывает старшина запаса Алексей Левин (г.Астрахань). – Настоял, что пойдёт! Для него это был второй Панджшер, он знал, как там непросто и рассчитывал, что ему удастся избежать потерь.
В тот день, 23 июля, разведрота прочёсывала кишлак. Лукьянчиков приказал выслать дозор в сторону небольшого ущелья. В дозор пошли командир взвода, сапёр и трое разведчиков. Стали подниматься по склону. И когда достигли верховья ущелья, «духи» начали нас расстреливать в упор. Это была засада! Трое из пятерых погибли сразу же: сапёр Андрей Мокров, разведчики Махмуджон Норматов, Павел Тихон. Чуть позже – Николай Никифоров, шедший между дозором и основной группой. Всё решали секунды: я бросился под камень, за ним оказался обрыв, несколько метров падал вниз. Также спасся и взводный, хотя и сломал ногу. Бой продолжался до наступления темноты. О том, что погиб Лукьянчиков и несколько ребят, в частности, Алексей Лошкарев, были ранены, узнал потом от командира роты Гончаренко».
Рассказывает старшина запаса Шамиль Гусейнов (г.Махачкала):
«Захватили в плен «духа», и он сказал, что впереди – засада. Мы не поверили: «дух» никогда не говорит правду, что ты с ним ни делал бы. Но всё же Лукьянчиков приказал выслать дозор и занять сопку рядом с кишлаком. Когда дозор уже поднялся наверх, в них стали стрелять в упор, и основная группа оказалась под перекрёстным огнём такой силы, что не поднять головы. Рядом были два дувала. Лукьянчиков приказал бежать к ним. Я прикрывал отход. Помню: крайними пропустил Лукьянчикова, лейтенанта Макеева, затем бросился вслед за ними. Помог Макееву, которого ранило, добраться до дувала. И уже там устроили перекличку. Выяснилось: нет Лукьянчикова и нескольких солдат.
Обнаружили Юрия только к утру: он упал за каменную стенку, сразу и не найдёшь. Пулевое ранение в сердце из бура не дало ему шансов выжить, скорей всего, умер сразу. У Алексея Лошкарева было 18 осколочных ранений, вкололи ему три промедола, он выжил.
Таких командиров, как Лукьянчиков, были единицы. До того грамотный и умный офицер! Карту посмотрит, и всё сразу схватывает. Для него, что солдат, что офицер – все равны! Он имел полное право не идти на Панджшер, но он не мог не пойти. Тогда это был бы не наш Лукьянчиков».
На Панджшере 1985 года был и Игорь Некрасов, санинструктор 8-й мотострелковой роты, позже – разведроты (г.Ставрополь): «Наша 8-я рота сидела высоко в горах, где-то на отметке 4500м, далеко от этого места. Когда разведрота попала в засаду, нас сначала подняли по тревоге, потом вернули с полпути. Туда вызвали авиацию. Два «сухих» долго бомбили ущелье. Потом самолёты ушли на противоположную сторону, видимо, там тоже была цель. В момент второго захода один из самолётов врезался в скалу и взорвался. Всё это на наших глазах. Ещё через день мы спустились к месту гибели ребят. Не забуду: камни в крови… На камне – сумка санинструктора, залитая кровью…
На этой же операции спустя несколько дней погиб и Сергей Юденков».
Награждён тремя орденами Красной Звезды (одним - посмертно), медалью «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа». Похоронен на кладбище «Юго-Западное» г.Воронежа. Средней школы №72 г.Воронежа присвоено имя Юрия Лукьянчикова, на ее здании установлена мемориальная доска.
Юденков Сергей Анатольевич
>
Лейтенант, командир взвода разведывательной роты, родился 7 апреля 1963 года в г.Воронеже, русский. Учился в средней школе №79, в Московском суворовском училище.
В Вооружённые Силы СССР призван из Московского суворовского училища 5 августа 1980 года. Окончил Орджоникидзевское высшее общевойсковое командное училище. Служил в Узбекистане (г.Чирчик).
В Республике Афганистан – с 3 мая 1985 года. Службу проходил в 191-м отдельном мотострелковом полку (в/ч пп 39676, г.Газни). Погиб 1 августа 1985 года в районе н.п.Шейхабад.
Жизнелюб, весельчак, мечтатель…
Полк возвращался с Панджшера после тяжёлой, стоившей большой крови операции. Небольшой кишлак на пути. Взводу Сергея поручают прочесать его. Так, на всякий случай… На окраине кишлака разведчики остановились, Сергей кивнул радисту: идёшь со мной! А остальным разрешил отдыхать. Один дувал, другой – распахнутые настежь двери, пустые дворики и – никого, ни одной живой души! И вдруг в дверном проёме дувала, к которому направлялся, Сергей увидел двоих совсем ещё мальчишек с автоматами. Успел крикнуть радисту: ложись! И упал от резкого толчка в живот…
Боя, собственно, и не было, всё решили секунды: афганцы раньше заметили офицера и первыми открыли огонь. Пока разведчики бежали, они выхватили автомат из рук сражённого наповал «шурави» - выстрел в голову для верности и – скорее к глиняным развалинам. Далеко им уйти не удалось.
Строки из писем:
«Мамочка, любимая моя, здравствуй! Поздравляю тебя с днём рождения! Желаю тебе крепкого здоровья, счастья и благополучия. Прости, что поздравляю на месяц раньше – ухожу на ответственное задание. Открыток нет, поэтому поздравляю на простой бумаге. Люблю тебя и крепко целую.
Твой сын Сергей. 9.07.85».
Девятого августа у Валентины Андреевны – день рождения, а 8-го к ней пришли из военкомата. Всё последовавшее затем она помнит смутно. Когда туман рассеялся, и она поняла, что могильный холмик – это страшная реальность, Сергей стал к ней приходить во сне: «Мама, мне тяжело дышать, посмотри на меня, мама». И так – из ночи в ночь…
«Да сына ли она похоронила, может, это вовсе и не он, а чужой мальчишка, которого тоже не дождалась мать?!» – эта мысль мучила Валентину Андреевну. Куда только ни писала, ни обращалась – в Верховный Совет, в Политбюро, просила об одном: разрешить матери удостовериться, её ли сын погиб на войне?
15 ноября 1986 года, когда больше года прошло с момента похорон, на кладбище пришли родственники, милиция, военные. Рабочие сняли ограду… Цинковый гроб оказался тщательно запаянным, его вскрыли. Погибший был прикрыт простыней, сверху брошена форма. Сергея узнали, смерть не исказила его черты. Его одели, переложили в деревянный гроб.
«Пусть земля тебе будет пухом, Серёженька…» В снах он больше не тревожил мать.
Строки из писем: «Хочется поскорее приехать домой, всё забыть, ни о чём не думать…» - это строки Сергей написал матери 6 июля 1985 года.
Награждён орденом Красной Звезды (посмертно), медалью «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа». Похоронен на кладбище «Юго-Западное» г.Воронежа. В память о Сергее Юденкове на здании средней школы №79 г.Воронежа открыта мемориальная доска.
Сергея Юденкова похоронили рядом со своим командиром Юрием Лукьянчиковым. Неподалеку могила еще одного разведчика из 191-го полка - Максима Слободчикова.
Источник: «Воронежская неделя», №31 (1964), 03.08.10г.
