Первый

12.09.2013 09:22

Митрофан Мамонов, столетие которого отметили в г.Острогожске Воронежской области, был наиболее уважаемым руководителем в регионе. В ряду творчески мыслящих, толковых организаторов его имя стоит первым.

Земляки | | Герой Социалистического Труда Митрофан Мамонов, столетие которого отметили в Острогожске, многие годы был наиболее авторитетным и уважаемым руководителем всего Чернозёмного региона

Евгений Вихров

Говорю это со всей ответственностью, так как по роду своей деятельности в то время хорошо знал кадры районных руководителей. Среди них было немало творчески мыслящих личностей и толковых организаторов. Но имя Мамонова в этом ряду стоит первым.

Митрофан Мамонович Мамонов с делегатами районной комсомольской конференции. 1970-е годы. Фото Михаила Вязового

Знал я Митрофана Мамоновича давно, ещё с начала 60-х годов, когда работал председателем Землянского райисполкома. Но то было «шапочное» знакомство. Более доверительные, товарищеские отношения между нами сложились после моего избрания первым секретарем Репьевского райкома КПСС в августе 1967 года. А началось всё довольно неожиданно. Недели через две звонит мне Мамонов и спрашивает: «Не возражаешь, если я приеду в Репьевку?». Ну какие же здесь могут быть возражения? «Для меня это большая честь!» – отвечаю.

На следующее утро встретил его на границе района, и весь день мы провели вместе. Побывали в нескольких колхозах, побеседовали с руководителями хозяйств, многих из которых он хорошо знал, так как раньше часть Репьевского района входила в Острогожский. Но главное было в другом: много он рассказал об особенностях здешних мест, традициях, о людях, с которыми мне предстояло работать. Естественно, затем это здорово пригодилось.

Ещё более нас сблизили два обстоятельства. Оказалось, что в разные годы мы занимались с ним одним делом. Он в начале 30-х годов организовывал колхозы в Буденковском районе Воронежской области, а я занимался этим же делом в конце 40-х в Латвийской ССР. Время разное, но дело-то одно, правда, с учетом национальных особенностей, уклада жизни и характера прибалтов.

Кроме того, выяснилось, что в 1931-1932 годах Митрофана Мамонова избрали секретарём комсомольской организации села Верхососна, где председателем сельсовета был мой дядя. Эти обстоятельства как бы и сроднили нас.

Расстались тогда мы с Мамонычем, так уважительно звали его за глаза, далеко за полночь и договорились помогать и поддерживать друг друга во всём, как подобает добрым соседям. Так продолжалось ещё долгие годы моей работы в Репьевке и в Анне, а затем в Воронеже в обкоме КПСС и в областном совете профсоюзов.

Потом я не раз вспоминал ту встречу. Приезд общепризнанного лидера первого секретаря райкома, за плечами которого было более 16 лет работы в этой должности и только что начинающего подобный путь и к тому же на 15 лет моложе, мог сделать человек необыкновенно душевно щедрый и простой, неамбициозный, с абсолютным отсутствием чиновничьего высокомерия.

Подобных случаев никогда больше не встречал. Так поступить мог только Мамоныч.

Чем же он заслужил такой почёт и уважение? Почему к его негромкому голосу прислушивались все, а с его мнением считались в самых высоких кабинетах? Уважали его за профессионализм и трудолюбие и за ту огромную школу жизни, которую он прошёл.

В детстве, рано лишившись родителей, он работал по найму у кулака в родном селе Раздорное, что в Краснооскольском районе. После окончания школы крестьянской молодежи трудился на одной из донбасских шахт. С началом коллективизации по путёвке комсомола вернулся в родные края, участвовал в организации колхозов, обучал грамоте сельскую молодежь, был секретарем комсомольской ячейки. А потом работал заместителем и председателем сельского совета, председателем райплана и районным народным судьёй.

Мамонов – участник Финской и Великой Отечественной войн с первого и до последнего дня. В боях был тяжело ранен и контужен. Факт, конечно, удивительный: прежде чем стать руководителем Острогожского района, Мамонов был участником знаменитой Острогожско-Россошанской операции, одним из первых вошел в освобожденный от фашистов Острогожск. Из армии уволился в звании майора в запас с должности командира батальона. Награжден орденами «Отечественной войны» I степени, Красной Звезды, медалями «За отвагу», «За оборону Сталинграда».

С февраля 1946 года начинается новая яркая страница его биографии – работа в партийных органах. Членом ВКП (б) он стал ещё в 1937 году, три года являлся секретарем, вторым секретарем Буденновского райкома партии, а после окончания Воронежской партийной школы в мае 1951 года его избирают первым секретарем Воробьевского, в ноябре 1957 года – первым секретарем Острогожского РК КПСС.

Острогожский район в те годы являлся настоящей школой передового опыта. Сюда ездили учиться получать высокие урожаи сахарной свёклы, кукурузы на зерно у коротоякских Героев Социалистического Труда Василия Бушманова и Андрея Рягузова. Здесь трудились известные в Воронежской области руководители колхозов и специалисты сельского хозяйства. Мамонов грамотно подбирал себе помощников и умело опирался на них.

Острогожск был настоящей кузницей кадров. Отсюда вышли Иван Юшин, ставший впоследствии секретарем Воронежского обкома КПСС, Василий Фролов, Александр Тресковский, Николай Михайлов, работавшие первыми секретарями райкомов партии.

А взять того же Ивана Владимировича Лиходедова, председателя колхоза в селе Урыв. Мало того, что хозяйство при нем было миллионером, так здесь возвели замечательную школу, Дворец культуры и даже выставочный зал с картинной галереей построили.

А вот пример того, как Мамоныч вырастил журналиста для «Коммуны». Ещё в его бытность работы в Воробьёвке, а это конец сороковых – начало пятидесятых годов, он обратил внимание на толкового, с организаторскими способностями паренька. Звали его Сергей Миляев. Вскоре тот пришел в райком комсомола вторым секретарем. Инициативный, ответственный, да к тому же умел просто и доходчиво рассказать на страницах районной газеты о делах и задачах молодёжи.

Митрофан Мамонович поддержал Сергея Миляева: «Опыт работы с людьми пригодится тебе, Сергей, и на журналистском поприще». Парень удивился: «С чего вы взяли, Митрофан Мамонович, что я в газетчики подамся?»– «Вижу, пишешь ты толково, да и не трафаретно». А вскоре Миляев уехал с отрядом воробьевских комсомольцев на целину. И там уже профессионально занимался газетным делом – стал редактором газеты. А когда через несколько лет вернулся на родину, то пришёл к Мамонову: «На работу, Митрофан Мамонович, возьмете?» Мамонов принял его заведующим отделом пропаганды райкома партии, но при этом с улыбкой заметил: «А ведь всё равно уйдёшь в газету. Вижу по всему. Ты ведь не писать не можешь».

Через два года Миляева пригласили в «Коммуну» заведующим партотделом. Мамонов дал ему блестящую характеристику.

Я уже говорил, что Митрофан Мамонович очень бережно относился к тем, с кем работал плечом к плечу. Касалось это всех сфер, в том числе и культуры. На протяжении всего острогожского периода с Мамоновым работала заведующей отделом культуры, а потом Заслуженный работник культуры России Фаина Матвеевна Липовцева. Человек, бесспорно, талантливый и инициативный. Теперь уже мало кто помнит, что такие популярные ныне подворья на днях городов и посёлков – это изначально острогожское изобретение, за которым стояла Фаина Матвеевна.

Помнится, в 1979 году в районный Отдел культуры позвонили с «Мосфильма»: хотят в Острогожске и Урыве снимать фильм из жизни современной деревни. Под названием «Тайное голосование» с Валерием Золотухиным в главной роли. И привлекли режиссёра на натурные съёмки не только красоты природы – а места здесь, на Дону, действительно красивые, – но и возможность показать настоящие, подлинные изменения, происходившие тогда в экономической и управленческой сферах здешних сёл.

Липовцева пришла к Мамонову: так, мол, и так, художественный фильм о современной деревне у нас хотят снимать. «Как вы, Митрофан Мамонович, смотрите на такое дело?» - «Замечательно. Рад буду помочь артистам всем, чем могу», - последовал ответ.

Почти два месяца шли съемки. Актёры потом говорили, что условия для работы и проживания у них были отменные.

Когда же на исходе съёмочного периода подошли к ключевой сцене – заседанию правления колхоза, где по сценарию должно схлестнуться новое со старым и отжившим в управлении сельхозпроизводством, то сразу не могли найти подходящее помещение.

- Так давайте в моём кабинете, - предложил Мамонов.– Подойдёт?

Режиссёр эту идею принял тут же и даже уговорил Митрофана Мамоновича сняться в качестве самого себя – первого секретаря райкома КПСС.

Картина «Тайное голосование» в 1980 году вышла на большой экран. И имела большой успех.

Любил Мамонов и народную песню. Может, потому, что чаще, чем в других сельских районах, в Острогожском бывал с гастролями Воронежский академический хор. А его самые известные солистки – Мария Николаевна Мордасова и Юлия Фёдоровна Золотарёва – выступали с сольными концертами. Самолично он приглашал артисток.

Вот таким разносторонним человеком был Мамонов.

Тридцать два года нёс Митрофан Мамонович тяжелейший груз руководителя района, груз ответственности перед людьми и собственной совестью. Нёс достойно и уверенно, ни разу не споткнувшись под шум аплодисментов и звуки медных труб, обычно сопровождавших успешных руководителей.

Он любил свой Острогожский район, красивый и уютный город, трудолюбивых и приветливых людей, которые искренне отвечали ему благодарностью. Поэтому он сразу же отказался от предложения переехать в Воронеж после выхода на пенсию в 1983 году. И ещё пять лет на общественных началах возглавлял районный Совет ветеранов войны и труда. Здесь же он и скончался 26 июля 1996 года.

…А благодарные острогожцы увековечили память Митрофана Мамоновича Мамонова, установив в день его столетия мемориальную доску на фасаде дома по улице Крамского, в котором он жил многие годы.