Почтальон у дверей

У нижнедевицкого почтальона Михаила Ивановича Астанина на обслуге находятся все здешние хутора – Князево, Афонино, Пахарь. По шесть-восемь километров в один конец до каждого. Дорог никаких нет. Когда семь лет назад он пришёл наниматься на службу почтальоном - красная ему цена оказалась чуть больше двух тысяч рублей в месяц, - то хорошо знал, на что соглашается. Уран – уже второй рысак у Михаила.

12 июля Россия в пятнадцатый раз отметила День российской почты. Это один из самых молодых профессиональных праздников современной России, хотя регулярная почтовая связь в нашей стране ведет свое начало со времени петровских реформ. Указом Петра I было организовано регулярное почтовое сообщение между Москвой и Архангельском, где в 1693 году появилась первая российская судостроительная верфь.

У почтальона Михаила Ивановича Астанина на обслуге находятся все здешние хутора – Князево, Афонино, Пахарь. По шесть-восемь километров в один конец до каждого. Пешедралом – удовольствие мало приятное, да и почти не осуществимое. Дорог никаких нет. Если бы даже и был у Астанина, как раньше, какой-никакой «Москвичок», он бы и при хорошей погоде намертво застрял в каком-нибудь буераке, а уж про осеннюю распутицу и говорить нечего.

Когда семь лет назад он пришёл наниматься на службу почтальоном – красная ему цена оказалась чуть больше двух тысяч рублей в месяц, – то хорошо знал, на что соглашается.

Уран – уже второй рысак у Михаила. Первого, Ваську, – украли. Привязал он его как-то во дворе своего дома на ночь, овса в ведро насыпал, а сам пошёл спать. Утром встаёт – ни коня, ни ведра. Увели.

Жалко до слёз стало.

Конь добрый был.

Да и работник хороший. И по хозяйству, и на службе.

Пришлось ехать в Касторную, предварительно поднабрав стопку деньжат, к одному лошаднику за Ураном.

Почтальон на хуторах больше, чем почтальон.

Зимой приходится носить старикам и хлеб, и соль, и спички… И словом утешать, как может.

Порой так переметёт, что на санях сюда еле и доберёшься. А бывало, конь и на живот ложился – такие высоченные сугробы наметало. «Прошлая зима особо не резвилась, - говорит Михаил. – Всё в меру было: и снег, и оттепели, и стужа».

А потом добавил: «Нужен я старикам, без меня им туго…»

… Чуриковых мы разыскали на огороде.

С козами управлялись.

- Сын нам козу подарил, - заулыбался Василий Егорович, натужно опираясь на костыль. – А потом козлята пошли… С коровой уже не управились бы. Да много ли нам, старикам, надо? А козье молоко, говорят, дюже пользовитое…

Астанин нас начал подгонять: если всех расспрашивать и выслушивать, то и светового дня не хватит.

- Да тут можно роман написать, а то и не один, - веско сказал он. – Вы приезжайте ещё, запишите рассказы моих земляков. Вот хотя бы на Яблочный Спас. И яблоки к тому времени созреют. Урожай их обещает быть богатый.

А что, может, и приедем. Тем более хотелось неспехом поговорить с матушкой Астанина, Еленой Егоровной. Как она в войну и после на тракторе работала, да ещё и шестерых детей на ноги поставила.

По всему выходит, что надо ехать в Андреевку.

Нижнедевицкий район.