Помни, веруй, гордись! Рукопись с войны

У книг, как и у людей, свои судьбы. У этой рукописи, как и у её автора, судьба вообще особенная. Первые её строчки появились, когда лавина фронта прикатилась летом 42-го к донским берегам и подмяла собою старинное русское село Сторожевое. Подмяла, прошлась кованым немецким сапогом по детству и судьбе сторожевской девочки-семиклассницы Дуси Курьяновой и её сверстников. Война выжгла строчки её будущей книги по живому, без черновиков, прямо в сердце девочки. И оставила...

У книг, как и у людей, свои судьбы. Одни, легко родившись, так же легко порхают по жизни цветистыми бабочками, глянцево улыбаются в толпе книжного разнообразия. Другие… Другие – и рождаются трудно, и к читателям идут долгой дорогой.

У рукописи, неожиданно попавшей ко мне, как и у её автора, судьба вообще особенная. Первые её строчки появились 63 года назад, когда лавина фронта прикатилась летом 42-го к донским берегам и подмяла собою старинное русское село Сторожевое. Подмяла, прошлась кованым немецким сапогом по детству и судьбе сторожевской девочки-семиклассницы Дуси Курьяновой и её сверстников. Дуся не вела дневников. Но война выжгла строчки её будущей книги по живому, без черновиков, прямо в сердце девочки. И оставила до поры носить эти обугленные строчки в себе.

Это уже потом, в начале 80-х, учительница русского языка и литературы Дракинской средней школы Евдокия Ивановна Кондратьева (Курьянова) напишет: « У меня возникло вдруг ощущение, что я обязательно должна рассказать людям о своих земляках, о своём родном селе, о его истории, порой драматической и даже трагической. В сердце и душе накопилось очень много…»

Более 10 лет рождалась 500 страничная книга о Сторожевом и его людях. Увы! – автора уже нет в живых, но написанное Е.Кондратьевой дошло до нас, как память, как документ, как завещание одного поколения другому. После смерти Евдокии Ивановны в 1993 году рукопись хранилась в семье её сына Анатолия, сейчас её изданием занимается дочь Кондратьевой – Надежда Федоровна Сморчкова. О Сторожевском плацдарме и его роли в Острогожско-Россошанской операции написано уже немало. Но до сих пор никто ещё так достоверно не смог рассказать о том, что творилось там, за этим придонским пятачком русской земли на стыке жизни и ада – в селе Сторожевом и дальше – под немцами, в оккупации.

Это не повесть, не роман, не дневник и не мемуары. Это пронзительная исповедь детской памяти, раненой войной.

Ведёт, ведёт девочка-подросток читателя по страшным дорогам оккупации. Изо дня в день ведёт. Ведёт к своим униженным, но не вставшим на колени, землякам-односельчанам. Смотри, читатель, запоминай: «Старая женщина в чёрном возится на своём подворье. Заметив её, подошёл пожилой венгр и поманил на соседнюю улицу. Там в одной из уцелевших хат прямо на земляном полу на большой грязной перине лежала чудовищно неухоженная, раненная в обе ноги шестилетняя девочка. По телу ребёнка ползали черви, они облепили грязные бинты на запущенных ранах… Федосья Васильевна Деева наклонилась к раненой. Измождённое личико заулыбалось, радостно засветились запавшие от худобы глаза. Девочка заговорила: «Тётя, возьми меня с собой»…

Ужас увиденного и рассказанного Дусей Курьяновой, как бикфордов шнур, тянется из наших дней в окаянные годы военного лихолетья. И бежит, бежит по этому шнуру огонёк памяти. «Когда оккупанты начали выгонять жителей из села, бедная мать не знала, что ей делать. Надо было выбирать: или раненая в ноги Настя одна погибнет здесь, или Калинины пропадут здесь все. Дождавшись, пока девочка уснула, женщина долго глядела на неё, потом поправила постель, поставила у изголовья кувшин с молоком и краюшку хлеба и, обливаясь слезами, поплелась на запад. На руках у неё грудной ребёнок, рядом семенили двое малышей. Надо было спасать их…»

Но несмотря на ужасы войны, от страниц этой рукописи всё же веет добрым теплом и светом, любовью и состраданием. К своей семье, к своим односельчанам, к своей Родине, большой и малой. Наверное, это и есть тот самый негромкий патриотизм, которого всем нам сегодня так не хватает.

«Жутко в опустевшем Сторожевом. Поля наши перепоясаны траншеями, проволочными заграждениями. Высятся накаты блиндажей и дзотов. Высокой травой поросли дороги и тропинки в селе. Пахнет дымом и гарью. В садах на обожжённых деревьях дозревали яблоки, груши, темнели черносливы… На Сторожевском плацдарме сражались с гитлеровцами два наших земляка, два тёзки, два Каширина Ивана Филлиповича. Один из них пропал без вести. Второй – разведчик Ванька Бодыль. В каждом освобождённом селе Иван спрашивал: «Нет ли здесь сторожевских людей?»

Он искал своих родных: где-то затерялись мать и пять сестёр.

Словно солдат с фронта, шла рукопись этой книги долго и трудно. И как важно, чтобы она нашла своих читателей. Николай КАРДАШОВ,

соб.корр. «Коммуны». • • • • • В Лисках создана инициативная группа по изданию книги, но имеются финансовые затруднения. Желающие оказать помощь могут обращаться к дочери Е.И.Кондратьевой – Надежде Фёдоровне Сморчковой по телефону (8-291) 2-40-50.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.