Приметы смутного времени. В «родную» веру – на поиски себя

18.03.2009 10:55

Пока на Руси не воцарилось христианство, наши предки верили языческим богам. В последнее время многие молодые люди стали увлекаться язычеством. Их называют неоязычниками (от церковнославянского «язцы» – «народы»). Чтобы не вызывать недовольства у православной церкви, они величают себя родноверами – от слова «род». Суть их «религии» – любовь к природе, родственникам и познание себя.

Пока на Руси не воцарилось христианство, наши предки верили языческим богам. В последнее время многие молодые люди стали увлекаться язычеством.

Их называют неоязычниками («язцы» в переводе с церковнославянского – «народы»). А они, чтобы не вызывать недовольства у представителей православной церкви, величают себя родноверами – от слова «род», которое считают основой своей веры. Слова «природа», «родить», «народ», «урожай», «родной», «родина» – это и есть ценности, которые исповедуют родноверы (иными словами – родная вера). Суть их «религии» – любовь человека к природе, родственникам и познание себя.

Интересна трактовка неоязычниками слова «урод», что означает «человек, находящийся у рода», то есть родственник. А то, что мы привыкли понимать под этим словом – некрасивый или со врожденными недостатками тела человек, – это «выродок», то есть вышедший из рода.

Мой знакомый Василий, который называет себя Ярославом, относит себя к этим самым «родноверам». Он говорит, что воспитывался в православной семье, где и речи не было о язычестве. В детстве Вася не раз задавал своей бабушке вопросы по части религии, но та не давала ему точных ответов. А зачастую просто твердила: «Так положено, так Бог велит». Склонный к точным наукам и привыкший проверять всё опытным путём, он в конечном итоге перестал верить словам бабушки. Он перестал верить в Бога.

– В родноверии я нашёл себя, – уверяет Василий. – Есть мой род, моя родина, и я за них – горой.

Интересно, что думает об этом православная церковь?

– Неоязычники – это люди, отказывающиеся от традиционной русской культуры, которая неразрывно связанна с православием, – таково мнение руководителя миссионерского отдела Воронежской и Борисоглебской епархии протоиерея Александра Домусчи. – Это не просто возвращение в прошлое, на несколько сотен лет назад, а впадение в варварство.

Представители православной церкви также считают, что у последователей язычества имеется националистический мотив.

Очевидно, такие подозрения не случайны. Во время нашего разговора, когда Василий говорил о своих близких и стране, в его репликах проскальзывали нотки национализма: он полагает, что понятие «род» распространяется на нацию и даже расу. По его словам, так думают многие «родноверы». А их идеи иногда перекликаются с воззрениями молодёжных радикальных движений националистического толка.

«Родноверы» много времени проводят на природе, но это не означает, что они живут отшельниками в лесах или полях. Уклад жизни родновера отличается от того, какого придерживали его предки-язычники: абсолютно не возбраняется жить в современных квартирах, одеваться в соответствии с последними тенденциями моды…

– Тот, кто желает быть родновером, должен раскреститься, а затем пройти посвящение в Природу. То есть отказаться от своего прежнего «креста», чтобы принять новую религию, – поясняет Василий. – Это делается при помощи обряда, а можно и внутри себя, так сказать – в душе.

На вопрос, какой же путь он выбирает, Василий ответил, что пока обряд совершать не собирается, хотя многие его единомышленники уже совершили такой обряд – на природе. По словам Василия, это необходимо для того, чтобы вновь пришедшего в «родноверие» «услышали» языческие боги, а прежний бог, в которого он доселе верил, перестал его «слышать». Он сравнивает это с переключением штепселя из одной розетки в другую. Православное христианство и «родноверие» – разные «розетки».

Молодой человек рассказал, что в России есть разные общины «родноверов». А в Воронеже он знает три. Но ни с одной из них не сотрудничает – не доверяет им:

– Все общины трактуют родноверие по-разному. Я до сих пор не вступил ни в одну из них, потому что они мне напоминают современные направления в музыке, похожие друг на друга, которые всяк себя пиарят. Одни из них книжки продают по 400 рублей, другие дошли до того, что секты создают. И члены общин разрознены, не дружны. К тому же курят и пьют, а это, на мой взгляд, неприемлемо – чтобы познать себя, нужно всегда иметь чистое сознание.

Кстати, когда я записывала название одной из общин «Световит», спросила, какая буква в корне «свет» – «е» или «я». Василий рассказал, что корень «свят» пришёл на Русь с принятием православного христианства, а до этого, у древних славян, был корень «свет».

Современные язычники, в отличие от предшественников, не считают необходимым совершать обряды с кровавыми жертвоприношениями, как их предки. Хотя некоторые из них всё ещё практикуют такое.

Вообще, они почитают многие обряды – например, «имянаречение», или наделение вторым именем, так сказать, прозвищем. Млад, Огнеслав, Велеслав… У Василия – это Ярослав. Обряд имянаречения у наших предков разнился в зависимости от человека. Так, новорождённого ребёнка «нарекали» вторым именем не так, как взрослого, воина – не так, как волхва, а мужчину – не так, как женщину.

После принятия христианства на Руси было долго принято давать ребенку два имени – «родное», славянское, и крестильное, взятое из церковного календаря. Поэтому в древнерусских источниках часто встречаются двусоставные имена: Ярослав Мудрый, например, носил христианское имя Георгий. К слову, обычай двойного именования просуществовал у восточных славян вплоть до XVII века.

Сейчас славянские имена не только заимствуются, но и выдумываются авторами популярного ныне «славянского фэнтези» и членами многочисленных групп неоязычников. Василий Ярослав говорит, что его так когда-то случайно назвал его друг. Кого-то специально обрядом «нарекают»… Кто-то, как поговаривают, «слышит глас рода», который шепчет ему его «настоящее», «родное» имя, в результате чего и рождаются такие прозвища…

Почему же в последние несколько лет люди вдруг обратились к традициям предков? Василий мне на это ответил так:

– Примерно каждые две тысячи лет происходит смена эпох, которая может привести к смене религии. Сейчас, быть может, настало то самое время.

Да, в смутные времена – кто о чём думает. Василий – о религии и духовном просвещении. Мои мысли – более приземлённые: о том, как пережить кризис, не подскочат ли цены на продукты и одежду, не коснутся ли меня и моих близких сокращения?