Стало ясно, что перед пожаром в магазине кто-то побывал. Но кто?..

Начальник следственного отделения при Лискинском ГРОВД полковник юстиции Николай Савин был вызван на службу тревожным звонком в начале третьего ночи: дежурный сообщал, что на хуторе Новозадонский полыхает магазин. Через десять минут дежурный «УАЗик» уже мчал его вместе с начальником ОУР Николаем Резниковым, следователем опергруппы Элеонорой Филипцовой и экспертом-криминалистом Павлом Панковым в тревожную темень ноябрьской ночи. Однако языки пожара всё же опередили их, слизав до закопченного фундамента старое деревянное строение. Почти на коленях сыщики стали прочёсывать окрестность. В одном месте обнаружили пачку маргарина, чуть поодаль – палку колбасы, конфеты.

Криминал
Потрошители-тушители Начальник следственного отделения при Лискинском ГРОВД полковник юстиции Николай Савин был вызван на службу тревожным звонком в начале третьего ночи: дежурный сообщал, что на хуторе Новозадонский полыхает магазин. Через десять минут дежурный «УАЗик» уже мчал его вместе с начальником ОУР Николаем Резниковым, следователем опергруппы Элеонорой Филипцовой и экспертом-криминалистом Павлом Панковым в тревожную темень ноябрьской ночи. Однако языки пожара всё же опередили их, слизав до закопченного фундамента старое деревянное строение. К приезду сыщиков пожарные уже сворачивали рукава брандспойтов, изредка поливая водой вспыхивающие в ночи головешки возле уцелевшей на пепелище печной трубы. Стоявшее на отшибе сельской улочки здание магазина теперь представляло собой смрадное месиво из пепла, грязи и обломков шифера. Огненную стихию проще было бы списать на неисправную электропроводку, брошенный с вечера в мусорную корзину нетрезвым сельчанином окурок или выкатившийся из непогашенной печки уголёк. Списать – и ехать досыпать остаток потревоженной ночи. Но профессиональное достоинство оперативников не позволяло расписаться в собственном бессилии.

Вместе с коллегами из Давыдовского отделения занялись рутинной, но необходимой в таких случаях работой: осмотром пожарища и окрестностей, поиском возможных свидетелей. Но следы на пожарище сожрали огонь и вода, а свидетелей практически не было – в сёлах ложатся спать рано. В мутном сумраке рассвета вдруг обратили внимание: к одному из окраинных домов тропинка чуть свежее и натореннее других. Почти на коленях стали прочёсывать окрестность. В одном месте обнаружили пачку маргарина, чуть поодаль – палку колбасы, конфеты. Стало ясно, что перед пожаром в магазине кто-то побывал. Но кто?

Настораживала торная тропинка к неказистому дому, на которой чётко отпечатались рубчатые следы обуви. Такими же следами пестрел и снег вокруг пятна пожарища. Начальник УР Давыдовского отделения Александр Пономарев, оперативный дежурный Анатолий Бударов и старший участковый Владимир Шумский припомнили, что в этом доме вместе с престарелой матерью проживают два нигде не работающих брата, Сергей и Иван. Причём последний был ранее судим за кражу. Опрошенные хуторяне рассказали, что ещё засветло братья прочёсывали хутор в безнадёжных поисках похмельного зелья.

Позже младший из братьев, 19-летний Иван, покажет следствию, что бесперспективный поиск спиртного среди неотзывчивых новозадонцев привёл их к мысли изъять искомое в сельмаге, принадлежавшем потребительскому обществу «Славянское». За полночь, вооружившись монтировкой, братцы-акробаты отодрали шифер на крыше магазина и, разобрав потолок, проникли внутрь. Разнообразие пития и закуски внутри помещения вдохновляло, но ориентироваться мешала кромешная темень. Собрав клочья бумаги и картонной тары, братья прямо на полу магазина устроили костровую иллюминацию. В её свете выгребали с прилавков всё подряд. Выпотрошив магазин, костёр затоптали и, сгибаемые грузом наживы, вернулись домой. Добытый ассортимент наспех распихали в подвале и кладовке дома и тут же обмыли удачную вылазку. Разморенные, улеглись спать.

Ивана разбудил вой пожарных машин у полыхавшего магазина. Рванув туда, он … бросился помогать огнеборцам выламывать двери магазина и разматывать пожарные рукава. Вместе с ними лез в самое пекло, бросал в огонь сырую землю и лил воду на свирепо шипящие головешки… И светиться бы на его груди медали «За отвагу на пожаре», не будь он причастен к его возникновению. Огонь от подсвечивающего братьям костерка спалил товара на сумму 62 тысячи рублей, в 50 тысяч оценено уничтоженное огнём строение.

Сергей же, только через сутки проснувшийся в Давыдовском ИВС и кое-как обретший способность к речевому общению, возмущенно предъявил милиционерам визитную карточку, согласно которой он являлся… директором некой солидной фирмы при Совете Министров(!) РФ. Происхождение визитки, как и степень причастности к сельскому пожару, ещё предстоит определить следствию. Но в ближайшие годы у незадачливых братьев, лишивших односельчан единственной торговой точки, вряд ли появится возможность совершенствовать навыки пожаротушения на свободе.

А количество этих самых лет вскоре определит им Лискинский суд.Николай Кардашов,
соб. корр. «Коммуны».
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.