Страницы истории. Трудовая армия немцев

Победа в Великой Отечественной войне российскому народу досталась дорогой ценой: жертвы на фронтах, в тылу, неисчислимые лишения. И – огромный труд. В том числе труд советских немцев, выселенных из довоенных мест проживания в отдаленные районы страны.

Победа в Великой Отечественной войне всему нашему народу досталась очень дорогой ценой: жертвы на фронтах, в тылу, неисчислимые лишения. И – огромный труд. В том числе советских немцев, выселенных из довоенных мест проживания в отдаленные районы страны.

Руководство СССР исходило, как известно, «из интересов обороноспособности» и приняло «радикальные меры». В числе этих мер было решение выселить немцев Поволжья в Акмолинскую, Северо-Казахстанскую, Кустанайскую, Павлодарскую, Джамбульскую и другие области.

Немцы, проживавшие в Воронежской и соседних областях, не были «обойдены вниманием». Осенью 1941 года последовало прямое указание Лаврентия Берии о депортации пяти тысяч воронежских немцев. Среди них были, например, вся семья инженера Мичуринского паровозоремонтного завода Энгельгарта, рабочая Воронежского завода имени Тельмана Гулей… Их выслали на Урал вслед за немцами Поволжья. А ведь немцы Воронежа и того же Поволжья – граждане нашей страны.

Значительная часть немцев появилась в Ивделе – самом северном таежном городе Свердловской области. Здесь они были заняты на лесозаготовке, лесовывозке, выполняли складские и погрузочные задания, строили лесовывозные дороги, занимались лесопилением, сплавом, вывозили авиадоску, палубник, авиабруски, ружейные болванки, шлюпочные пиломатериалы…

В те годы численность населения Ивдельского района была сравнима с численностью всего работающего контингента: на 5 декабря 1942 года – 18988 человек.

Немцы были организованы в строительные батальоны, а вскоре они стали называться «Трудовой армией». Режим – строгий, мобилизованные в эту армию являлись военнообязанными, уйти из своих колонн добровольно не могли. Размещение – казарменное. Внутренний порядок устанавливался местным руководством; оплата труда и снабжение по торговой сети – как у вольнонаемных.

Но так было не всегда. Наступил день, когда немцев сняли с интендантского довольствия, и тогда резко ухудшились социально-бытовые условия, что породило появление доносов – один страшнее другого.

К примеру, Иван Андреевич Гессен был обвинен в том, что занимался антисоветской агитацией. Приводились его слова: «…Довольно с нас крови пить и издеваться над людьми… Нужно всем, как один, не выходить на работу, тогда бы мы добились этим улучшения питания и снабжения вещьдовольствия». Надо ли ожидать чего-то доброго после такого доноса? 21 декабря 1942 года судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда приговорила И.Гессена к высшей мере. 26 марта 1943 года приговор был произведен в исполнение.

Самая массовая мобилизация российских немцев в «трудовую армию» проводилась в первые месяцы 1942 года. Всего до августа 1944 года было призвано около 400 тысяч мужчин и женщин, из которых около 180 тысяч ставилось под «неусыпный контроль органов внутренних дел». Большинство их находилось на территории Свердловской области. Многих «демобилизовали» по состоянию здоровья.

Жилищно-бытовые условия и моральное положение немцев-трудармейцев было очень тяжелым. Обвиненные в пособничестве врагу, лишенные всего имущества и продовольственных запасов, расселенные преимущественно в сельской местности, где отсутствовала карточная система, немецкое население оказалось в ужасном материальном положении.

В стране вследствие военных действий и морально-психологического прессинга значительно возросли смертность и инвалидность среди занятых принудительным трудом. Например, один из руководителей в Ивделе Буденков официально докладывал: «…Тяжелое состояние с обмундированием мобилизованных, которые вынуждены ходить, за неимением обуви, при высокой температуре в валенках или совсем босиком». Он также указывал наличие фактов «грубости и оскорблений со стороны некоторых начальников отрядов и колонн к мобилизованным,.. что отрицательно сказывается на политико-моральном состоянии».

Несмотря на то, что подавляющее большинство трудармейцев смиренно относились к своей участи и добросовестно трудились, вокруг них сохранялась атмосфера отчужденности и подозрительности.

Часть немцев видела свое спасение в подаче рапорта с просьбой о направлении на фронт. Так, секретарь партбюро Валенто в письме товарищу Сталину писал, что он, вместо того, чтобы быть на фронте, очутился фактически в концентрационном лагере за колючей проволокой, за вышками с часовыми, что трудовая армия ничем не отличается от заключения. Проявил недовольство относительно питания, при этом добавил, что «на одной воде далеко не уедешь».

Недовольные своим положением ставились на особый учёт. В течение только одного 1942 года в Свердловской области было осуждено к многолетним срокам или расстреляно 1313 человек.

А в Ивделе в 1945 году была вскрыта «антисоветская повстанческая организация» из 20 человек, которая якобы активно действовала среди мобилизованных немцев с 1942 года. Её главным организатором был определён Адольф Адольфович Денинг, депутат Верховного Совета СССР в 1938-1944г одах, а до 1941 года он был председателем Мариентальского кантисполкома (райисполкома) АССР немцев Поволжья. Решением Особого совещания при НКВД СССР от 17 ноября 1945 года получил большой срок исправительно-трудовых лагерей, а 20 июня 1956 года был реабилитирован.

На основании Постановления ГКО от 7 октября 1942 года через военкоматы призывали немецких женщин. К концу войны в рабочих колоннах их находилось 53 тысячи, при этом у 6436 женщин в местах их мобилизации оставались дети. Оставшись без родителей, они нищенствовали, беспризорничали, нередко погибали. Только с марта 1944-го по октябрь 1945 года было выявлено и устроено в детские дома свыше 2900 беспризорных детей из семей немецких трудармейцев.

В течение 1946-1947 годов рабочие колонны трудовой армии были расформированы, а занятые там немцы переводились в постоянные кадры с правом вызова к себе своих семей. При этом все они брались на учёт спецкомендатурами. Процесс воссоединения разорванных семей затянулся на многие годы – предприятия не хотели отпускать квалифицированную рабочую силу, обращали внимание вышестоящих органов на то, что мобилизованных немцев надо задерживать за «систематические прогулы, за отказы от тяжелых заданий», и так далее.

Судебные органы были тут как тут: каждому заслужившему наказание «дарили» по 4-5 месяцев исправительно-трудовых работ. После всего пережитого такой «короткий срок» наказания был сущей безделицей.

Окончательное разрешение проблемы «воссоединения семей» произошло после ликвидации режима спецпоселения в декабре 1955 года.