Общество
Связанные одной целью
31.12.2008 09:33
Уже пятое поколение этой семьи сельских медиков выбирает путь служения милосердию. В истории этой династии - два десятка врачей. С разными характерами и специальностями. Но объединяло и объединяет их одно – чувство гордости за фамильное дело, желание облегчить боль и страдания больного человека. Корнем этого рода был крестьянский парень Севастьян Рыжков из села Данково Левороссошанского уезда.
Уже пятое поколение этой семьи сельских медиков выбирает путь служения милосердию
Счастливы семьи, где царят мир и согласие, взаимная радость и любовь друг к другу. Вдвойне счастливы те, где добрые чувства скреплены не столько материальной основой, сколько духовной общностью людей, которых связывает забота об одном деле. Сколько в нашем обществе семей, где отец и мать имеют одну профессию? Не счесть. Сколько семейств, где родители и дети выбрали одно дело в жизни? Тоже достаточно, особенно в медицине. А тех, у кого праправнуки пошли по стопам старших? Таких по пальцам перечесть. Тогда имеет смысл рассказать о династии воронежских медиков, которая зародилась в начале ХХ века и продолжается в нынешнем. Если изобразить генеалогическое древо этого рода, то ствол его будет ветвистым и могучим.
Корнем этого рода был Севастьян Рыжков, крестьянский парень из села Данково Левороссошанского уезда Воронежской губернии. Родился он в конце позапрошлого века. К сожалению, в советские времена большинство из нас не интересовались историей своих предков. Вот и в этом случае семейная память нынешних членов рода почти не донесла известий о том, как прошла юность и зрелые годы этого человека. Но, видимо, он сумел закончить сельскую школу и был толковым парнем, поскольку перед революцией успел послужить в армии в качестве вольноопределяющегося.
В эти дни, очевидно, и была сделана фотографическая карточка. По канонам того времени, Севостьян Рыжков стоит возле атрибутов фотостудии, напряженно смотрит в объектив, и его лицо отражает значимость момента. В 1918 году молодой человек поступает на учебу на медицинский факультет ВГУ. Однако через два года постижение им наук было прервано призывом в кавалерийский полк Красной армии. Шла кровопролитная Гражданская война, и в действующих частях нужны были медики. Во время Великой Отечественной войны фельдшер Рыжков вновь на фронте, служит ротным фельдшером. В 1945 году дошел до Бреслау, потом демобилизовался, вернулся в родные края. До последних дней жизни врачевал земляков.
У Севоатьяна Стефановича родились две дочери. Старшая, Раиса, стала учителем, а замуж вышла за сельского доктора Василия Кулакова. Младшая – Валентина, – наоборот, вышла замуж за сельского учителя Валентина Ряховского, а сама решила стать детским доктором. Так до пенсии и проработала педиатром, сначала в Панинском районе, а после в Воронеже, в детской поликлинике Левобережного района. За сорок лет общения с маленькими пациентами скольким она спасла здоровье, а возможно, и жизнь – теперь уже и не сосчитать.
Две дочери Валентины Севастьяновны, Ольга и Елена, ещё в школе поняли, что будут, как мама и дед, докторами. Однако путь к белому халату для них оказался нелёгок. Первое поступление в институт оказалось неудачным: для получения студенческого билета каждой не хватило по одному баллу. Пошли работать санитарками в поликлинику, а через год снова на вступительные экзамены.
Елене счастье улыбнулось, Ольгу вновь постигла неудача. Поплакала – и снова на работу уборщицей, и снова за учебники. На третий раз её долготерпение было награждено. Конечно, такая настойчивость и сила воли абитуриенток советской поры не понятна тем, кто сегодня поступает в вузы за деньги. Обе сестры учились с огромным желанием, и обе стали стоматологами. Сегодня Ольга Валентиновна Ларина работает ортодантологом в Воронежской стоматологической клинике «Дентика». Елена Валентиновна Ряховская трудится в одной из московских поликлиник.
Для сельского врача-хирурга Василия Максимовича Кулакова путь к операционному столу тоже проходил через тернии.
Незадолго до Отечественной войны он окончил Усманскую фельдшерско-акушерскую школу. На фронте и стрелял, и оборону держал, и тут же, в окопе, раненых перевязывал. После войны поступил в мединститут, закончил его и начал работать в воронежском сельском здравоохранении. Много оперировал, организовывал работу больниц в Аннинском, Таловском, Нижнедевицком и Панинском районах. Нередко в ночь, заполночь за ним прибегала дежурная медсестра, звала к тяжелобольному. Он собирался быстро, и через несколько минут уже вставал к операционному столу. Такое напряжение и последствия фронтового ранения не могли пройти без последствий. Василий Максимович умер в 63 года, буквально на пути в больницу.
Его родные рассказывают, что в редкие воскресные дни , когда в больнице было спокойно, он мог уехать на рыбалку или охоту. Но перед этим всегда предупреждал, где будет находиться. Однажды Василий Максимович вместе с Раисой Севастьяновной собрались в сельский клуб на какое-то праздничное торжество. Когда проходили недалеко от больницы, оттуда выскочила медсестра, что-то закричала и замахала рукой доктору. Оказывается, только что привезли мальчишку, который накануне приехал из города в гости к сельским родственникам и здесь умудрился попасть под грузовик. Кулаков прямо в праздничном костюме - в свой рабочий кабинет. Переоделся, помылся и в операционную. Вышел из неё через пару часов. Жена уже и речи праздничные выслушала в клубе, и концерт самодеятельности посмотрела, а тут и муж пришел. Довольно сообщил, что всё в порядке, и жизни бойкого мальчишки ничего не угрожает.
Лет через 15 после этого внучка сельского хирурга Вера Свирина, к тому времени – студентка медакадемии, познакомилась на молодежной вечеринке с молодым человеком. Слово за слово – разговорились. Когда новый знакомый узнал, что его собеседница живет в Панино, он заметил, что много лет назад один из врачей этого села спас его от увечья. Дело в том, что, приехав в гости к родным, он из-за мальчишеского лихачества попал под машину. Врач без промедления сам оперировал его, а не повез в Воронеж. Вера сказала, что её дед – хирург, что он тоже однажды делал срочную операцию воронежскому сорванцу.
- Как звали твоего деда? – поинтересовался молодой человек.
Вера сказала имя.
- Так он и был моим спасителем! - радостно воскликнул парень.
Умение не теряться в острых ситуациях перешло «по наследству» к сыну Василия Максимовича – Александру, который работал в Панинской районной больнице хирургом-стоматологом. Его весёлый нрав, мягкий характер, умение быстро находить контакт с собеседником привлекали к нему людей. От отца он перенял к тому же страсть к охоте и рыболовству.
Как-то по осени на охотничьей стоянке возник такой эпизод. После ночёвки в лесу у одного из охотников так раздуло щеку, что мужик уж и не рад был, что в лесу остался. Александр осмотрел зуб стонущего от боли неожиданного пациента и сказал, что сейчас его вылечит. Из инструментального набора взял отвертку, прокалил её на огне, протер спиртом, велел несчастному выпить стакан водки и через пару минут открывать рот. Сотоварищи с изумлением смотрели на манипуляции друга-доктора. А он залез отверткой в открытый рот приятеля, сделал резкое движение – и через секунду воспаленный зуб лежал в ладони стоматолога. Вся компания так и ахнула.
Александр погиб нелепо и трагически. В осенний день его тело обнаружили на одной из речных проток. Оно было запутанным в рыболовных снастях. Хоронили хорошего доктора и доброго человека при огромном стечении народа…
У Василия Максимовича Кулакова были старший брат и две младшие сестры. Дмитрий, Клавдия и Прасковья окончили Усманскую фельдшерско-акушерскую школу. Всю жизнь эти честные, не хватающие с неба звёзд младшие труженики медицины проработали в разных ФАПах Панинского и Аннинского районов и везде оставила о себе добрую память.
Сын Прасковьи Максимовны – Василий Михайлович Кулаков (названный в честь своего дядьки) – получил высшее образование и работает стоматологом в Панинской больнице. Специальность выбрал по подсказке мамы. С ним рядом и жена Ольга Николаевна – она терапевт, а теперь еще и специализацию по онкологии прошла.
Дочь Василия Максимовича – Надежда – тоже выбрала медицинскую стезю. Но в отличие от своего отца решила, что будет лечить и следить за здоровьем только маленьких человечков, а потому и заявила на семейном совете, что поступает учиться на педиатрический факультет ВГМИ.
Поступила не одна, а вместе с хорошим знакомым Виктором Свириным. Познакомились они при забавных обстоятельствах. Главный врач Панинской ЦРБ Кулаков, где в то время Виктор работал фельдшером на «скорой», попросил парня съездить на вокзал и встретить его дочь, приехавшую поездом из Воронежа. Виктор поехал, встретил, и при виде этой 18-летней девчонки сердце его тревожно забилось. С того дня они и не расставались: вместе решили поступать в институт, а потом и по жизни идти. Поженились после второго курса. По окончании вуза поехали по распределению в распоряжение Мурманского облздравотдела. Их не пугало даже, что в холодный край они должны везти с собой трехлетнюю Верочку.
Если вернуться к началу этой истории, то надо заметить, что в медучилище, которое он окончил, деревенский парень Виктор Свирин пошел вовсе не по призванию. Надо было чем-то заняться до армейской службы, вот и подал туда документы. Но летняя практика после второго курса перевернула сознание студента.
На одном из дежурств в больнице он увидел глаза ракового больного. В них были такая тоска и печаль, что тяжко было смотреть. Вероятно, мужчина всё же краем сознания понимал, что стоит на краю небытия. Но на его лице блуждала какая-то жалкая улыбка, он пытался поймать руку врача и говорил слабым, извиняющимся голосом: «Мне уже лучше, доктор, чем было неделю назад… Если вы уберёте эти шишки, я сразу начну поправляться. Уберите их, очень вас прошу!..»
Он смотрел на врача как на всемогущего бога. И сколько же надежды слышалось в его словах! А «шишками» он называл набухшие лимфатические узлы – метастазы рака четвертой степени, при которой прогноз мог быть только один. Глаза того несчастного и его голос навсегда застряли в памяти Виктора Александровича. Поступив в мединститут, он сразу определил для себя дальнейший путь – будет хирургом.
В Мурманской области супруги Свирины попали в одну из районных ЦРБ. Он стал единственным оперирующим хирургом, Надежда Васильевна – педиатром. За годы северной жизни повидали всякого, тем более что хирурга вызывали и для лечения сидельцев тамошней колонии строгого режима. Несмотря на суровость природы и климата, Север затягивает. Может быть, и дальше бы жили здесь, но в семье случилось несчастье – умерла родившаяся здесь вторая дочка, и они решили возвращаться домой.
- Я там работал как проклятый, - говорит теперь Виктор Свирин. – Меня и ночью могли вытащить из дома, везти в пургу и мороз к больному. Но профессионально я получил огромный опыт и научился выходить из самых сложных передряг. Мне кажется, никто там не вспоминает меня недобрым словом.
Судя по всему, чувство его не обманывает. Двоюродная сестра его жены Ольга Ларина ехала однажды в командировку, в вагоне поезда разговорилась с соседкой по купе. Словоохотливая попутчица упомянула, что живет в небольшом городке Ревда Мурманской области, и начала расписывать красоты северной земли. Ольга Валентиновна заметила, что её родственники тоже вспоминают теплыми словами тот край, поскольку сами жили там несколько лет.
- А кто же они? – поинтересовалась собеседница.
Ольга назвала имена Свириных.
- Не может быть! - радостно всплеснула руками женщина. – Виктор же Александрович мне операцию делал. Какие у него «золотые руки»! А какой он человек обходительный! У нас его до сих пор помнят …
Вернувшись в воронежские края, семья Свириных осела в Эртильском районе. Сначала жили в Битюг-Матреновке, где один за другим родились сначала Катя, а потом Виктор-младший. Затем семья врачей переехала в Щучинскую участковую больницу. И, наконец, стали работать в районной, в Эртиле.
В последние шесть лет В.А.Свирин отвечает за всё, что в ней происходит, поскольку он – главный врач. А значит, отвечать должен за лечение больных, за обеспечение их лекарствами, питанием, организацию прививок, финансирование всех ЛПУ района, ремонт зданий, оснащение новым оборудованием, бесперебойную работу медтранспорта. Безусловно, за каждым направлением в ЦРБ закреплен работник, но спрашивают прежде всего с главного врача. Не сумел подобрать толковые кадры – значит, плохой организатор. А как их подобрать на такие нищенские зарплаты? Проблема из проблем.
К сожалению, сегодня грамотных и стремящихся в село специалистов – по пальцам перечесть. В отличие от реалий 30-летней давности профессия человека в белом халате перестала быть престижной и уважаемой. Потому и многие выпускники медакадемии, получив диплом, вовсе не стремятся во врачебную ординаторскую. Предпочитают работу более спокойную и денежную, но гораздо менее ответственную. Хорошо, хоть есть семьи медиков, где с молоком матери впитывают необходимость и милосердность того дела, которым занимаются родители.
Коттедж, где уже много лет живут Надежда Васильевна и Виктор Александрович Свирины находится рядом с корпусом Щучинской участковой больницы. Вся больничная жизнь сызмальства проходила перед глазами младших членов семейства. Поэтому и вопрос – кем быть? – не вставал перед двумя сестрами и братом. Сначала старшая Вера поступила в 1990 году на стоматфак ВГМА, потом в 1998 году студентами лечебного факультета стали Екатерина и Виктор-младший.
Все они учились без натуги и нервных эмоций, радостно постигая тайны будущей профессии. Вера, как самая эмоциональная из них, выбрала стоматологию не только по примеру многих своих родственников, но больше потому, что ей хотелось видеть реальные результаты своего труда как можно быстрее. Придет к тебе пациент, который из-за нестерпимой боли, как говорится, «на стенку лезет», а ты всё своё врачебное мастерство выложишь – и он уже улыбается: «Доктор, вы кудесник!» Кому из врачей не приятны такие слова? Однако в лечение, например, внутренних болезней сколько приходится хороших результатов ждать? Вот то-то.
Надо заметить, что старалась молодой доктор Вера (к тому времени уже Сотникова) на совесть, и результаты стали приходить. Земля слухом полнится, и пациенты всё чаще именно к ней на прием хотели записаться. Но теперь прием пациентов с зубной болью она не ведёт, поскольку у Веры Викторовны другие заботы. Полгода назад доктор Сотникова была назначена заместителем главного врача Панинской ЦРБ по медицинскому обслуживанию населения. Работа для неё новая, малознакомая, пока далеко не всё получается, но она усердно учится. Ей интересно, и это главное, ведь хороший специалист жив любопытством и стремлением к неизведанному.
Бывшая Катя Свирина стала Екатериной Викторовной Ильиной. Теперь она сама ведет занятия со студентами медакадемии, в качестве ассистента кафедры нормальной физиологии. На будущий год планирует защиту кандидатской диссертации, связанной с методами определения патологии сердечно-сосудистой системы. Чтобы не забывать практической медицины, подрабатывает в акушерско-гинекологическом отделении Семилукской ЦРБ.
В годы студенческой жизни Екатерина тоже подрабатывала. Фельдшером на «скорой помощи». Здесь и познакомилась с Владиславом Ильиным, таким же временным фельдшером. Пройти мимо высокого приветливого парня никак не получилось, и довольно скоро обычное производственное знакомство переросло в совсем другие отношения. Сегодня, когда Катя и Слава (он – анестезиолог железнодорожной больницы) вечерней порой начинают обсуждать дома какие-то профессиональные заботы, дочка Катя-маленькая слушает родителей очень внимательно, и порой начинает задавать совсем не детские вопросы. Папа и мама переглядываются, но всегда стараются ответить на них доступными для ребенка понятиями. Кто знает, быть может, на горизонте появляется уже пятое поколение этой врачебной династии?
Кстати, дочь Веры Викторовны, нынешняя очень симпатичная десятиклассница Настя, твердо заявила, что будет медиком. И не просто медиком, а хирургом, как дед. Правда, пластическим. Ну что ж, подождем – время-то летит быстро. Возможно, и правда появится в роду первый хирург такой малопривычной пока специализации. Хотя, сказав о том, что на горизонте появляется пятое поколение династии, я ошибся. Оно уже появилось. Дочь Василия Михайловича Кулакова Саша учится на четвертом курсе лечебного факультета академии. В выборе специальности пока не определилась, но у неё всё впереди.
Брат Кати и Веры, Виктор Викторович, как и его прадед, надел погоны военного медика. Проучившись четыре года в ВГМА, он перевелся в Саратовский военный медицинский институт. После его окончания старший лейтенант медслужбы Свирин был направлен на Черноморский флот. Сегодня он уже капитан и служит там, где учился: Виктор – ординатор военной клиники в Саратове. Рядом с ними жена Ольга, выпускница факультета высшего сестринского образования ВГМА.
Вот, пожалуй, и все штрихи к истории медицинской династии. В ней - два десятка человек, с разными характерами, наклонностями и специальностями. Но объединяло и объединяет их одно – чувство гордости за фамильное дело, чувство милосердия к больному человеку, желание облегчить его боль и страдания. Поэтому тем, кто уже ушел, и ныне живущим потомкам полкового фельдшера Севастьяна Рыжкова скажем «спасибо» и поклонимся им за их труд. Они честно заслужили такое признание.
