Общество
Вдовьи слезы
23.11.2006 00:00
70 лет прошло с того апрельского дня, когда красивые, здоровые и невероятно счастливые Клава и Ваня поженились. Недолго длилась семейная жизнь двух влюбленных: началась война. Мужа забрали на фронт, и осталось Клаве лишь одно тяжелое ожидание. 5 февраля 1943 года под Воронежем не стало ее ненаглядного Вани… Вдовой Клава стала в 29 лет. До сих пор бережет Клавдия Ивановна Иевлева «похоронку» на мужа.
70 лет прошло с того теплого апрельского дня, когда молодые, красивые, здоровые и невероятно счастливые Клава и Ваня поженились. Но недолго длилась семейная жизнь двух влюбленных.
Началась война. Мужа забрали на фронт, и осталось Клаве лишь одно тяжелое ожидание. Вдовой Клавдия Ивановна Иевлева стала в 29 лет.
– Я совсем молоденькой была, работала на фабрике, – вспоминает Клавдия Ивановна Иевлева. – И однажды приехал Ваня. Он мне сразу приглянулся: статный, работящий. И неожиданно для меня – стеснительной, робкой девчонки – позвал на танцы. Проводил домой. А потом и поженились. Мы с Ваней быстро сошлись, любовь какая-то была неожиданная, стремительная. Ведь до нашей встречи я никуда и не ходила, с мамой, папой жила, работала да по дому помогала. А жили мы бедно, одевались плохо.
Ваня для 22-летней девушки стал, что свет в окошке. Добрый, ласковый, свою Клавушку не обижал, помогал по хозяйству, от тяжелой работы ограждал.
– Стали мы жить. Мальчик у нас народился, – продолжает рассказ Клавдия Ивановна. – И все бы хорошо, но напал фриц, и с первых дней войны Ваня уехал на фронт.
Началось страшное, голодное время. Иван Дмитриевич защищал Родину от фашистских захватчиков, Клавдия Ивановна боролась за жизнь родителей и сына в тылу, работала не жалея сил.
Настоящим счастьем были весточки Ивана Дмитриевича с фронта:
«Здравствуй, Клавушка. Спешу сообщить, что я жив, здоров. Как там папа, мама, наш сын? Писать я много не могу. Вы сами должны знать, что мы находимся под громом пушечных раскатов и все время в движении… Я, Клава, прошу: как только получите это письмо, пишите мне чаще, любимые мои… И пропишите мне в следующем письме, как вы живете, хватает ли вам еды. До свидания. Целую вас всех крепко и обнимаю».
С каждый таким письмом росла надежда на то, что вот-вот, совсем скоро, вернется дорогой человек. У молодой жены сердце выпрыгивало, когда читала написанные мужем впопыхах строчки.
– Страшно было смотреть на женщин, когда они узнавали о гибели своих мужей, сыновей, – говорит Клавдия Ивановна. – Сколько женщин овдовели, детей осиротели в эту страшную войну, мама дорогая! Тогда казалось, что меня это горе не коснется…
Но беда не обошла стороной дом нашей героини. Зацепила, задела своими леденящими когтями, разворочала сердце, всю душу истрепала. Родной Ванечка пропал без вести…
– Четыре месяца мы его искали. Искали бы год, пять лет, десять, если бы не пришло из военкомата письмо с казенной фразой сожаления: «Ваш муж погиб». 5 февраля 1943 года под Воронежем не стало моего Вани…
Фронтовые письма мужа долго хранила Клавдия Ивановна
вместе со всеми важными документами. А оплаканную горькими вдовьими
слезами «похоронку» бережет до сих пор.
В письме из военкомата подробно написали, как погиб старший лейтенант Иван Иевлев.
– Сколько раз я его читала!.. Кажется, выучила наизусть, а все не могла оторваться, не могла понять, осознать свое горе… Было это на Дону. Бои шли ожесточенные, – задумчиво рассказывает Клавдия Ивановна. – Много мужиков наших там пали. Попал и мой Ваня под бомбежку. Одна бомба упала совсем близко, и все, кто был рядом, ушли под лед…
Многие мужчины после войны приходили свататься к Клавдии Ивановне, предлагали свои руку и сердце, но никто из них не сумел добиться положительного ответа. Наша героиня с головой окунулась в работу и воспитание сына. Да и за родителями, кроме нее, ходить было некому.
– А маму и папу я бросить не могла. Мужчины мне были не нужны. Работала, работала, ничего, кроме работы, в жизни не видела. Что такое «скука», слыхом не слыхивала. Работа была тяжелая, вредная – я валенки валяла… А платили мало. Нам и молоко давали, и в 50 лет на пенсию отправили. Работала в колхозе, на фермзаводе, в валяльном цеху, на чесальной машине. Когда приходила после рабочего дня домой, садилась за вязание: косынки, платки, перчатки, варежки – все делала.
В 1945-м вернулись мужики. Налегке вернулись, как и подобало демобилизованным солдатам: за плечами вещмешок, на руке шинель с еще неспоротыми солдатскими погонами, на груди – медали. Рассказывали, какими путями-дорогами довелось пройти и кому сколько лично удалось уничтожить фрицев… А моего нет… – смахнула слезу «несбывшихся надежд» Клавдия Ивановна. – Вдовы лишены даже такой малости, как посидеть на могилке своего родного человека, поплакать, погоревать и чистым песочком обсыпать невысокий холмик...
Тогда, дав волю вдовьим слезам, Клавдия Ивановна собралась с мужеством. Знала: ей одной предстоит растить, воспитывать сына, работать, помогать родителям. С того времени поселилась на молодом красивом лице печаль. О любимом напоминали лишь фотографии, документы, личные вещи, но самая главная память о муже – сын. Именно он не позволил замкнуться на вдовьем горе, помог справиться с тяжким испытанием – женским одиночеством. О нем, когда накатят яростной волной воспоминания, не сдерживает своих слез Клавдия Ивановна. Сына мать потеряла в 1994 году. Анатолия Ивановича сбила машина около дома и института, в котором он преподавал. Водитель не уехал, отвез профессора в больницу. Через четыре дня сын Клавдии Ивановны скончался.
Остались две вдовы вместе: Клавдия Ивановна и невестка Нина Герасимовна, психолог областной психолого-медико-педагогической консультации.
Родные их навещают. Часто заходят два внука нашей героини. Старший Сергей – инженер, как и отец, закончил лесотехнический институт. Младший Андрей по профессии врач-хирург.
– Не забывают меня. Как собираются ехать на рынок, спрашивают: «Бабушка, что тебе купить?» – в голосе счастливой бабушки звучат нотки гордости за своих любимых внуков.
Клавдия Ивановна богата тремя правнучками: самая младшая из них – первоклашка Сонечка. И соседки Клавдию Ивановну опекают, особенно подружка Валя.
– Я для них лишняя нагрузка, – говорит Клавдия Ивановна. Человеку, который никогда ничем не болел, сложно оказаться зависимым от других, пусть даже родных, людей. – Я в этом году уже два раза в больнице лежала. Сердце сдает, зрение все хуже, слух… Врач мне так и сказал: «Поизносилась ты, бабушка…» Ведь мне уж 92 года. Алеся ЛАРИНА.
Фото Елены ЛЕСНЫХ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
