Общество
Весёлое имя – Мусля
19.04.2014 09:20
В Воронежском Доме-музее А.Л.Дурова работает выставка «Из истории клоунады».Довольно скромно выглядят предметы реквизита клоуна Серго. А ведь именно о нем Юрий Никулин отозвался как о «гениальном клоуне».
Земляки | В третью субботу апреля отмечается Международный день цирка, который проходит в четвёртый раз по предложению Европейской цирковой ассоциации и Всемирной федерации цирка. Это повод вспомнить тех, кто посвятил свою жизнь самому демократичному из искусств
Клоун Серго
В Доме-музее А.Л.Дурова в эти дни работает выставка «Из истории клоунады», экспонаты для которой предоставил клоун и коллекционер Дмитрий Колобов. Это уже не первая выставка из его собрания. Среди многочисленных именитых клоунов довольно скромно выглядят предметы реквизита клоуна Серго. А ведь именно он удостоился отзыва Юрия Никулина как «гениальный клоун», именно о нем написана книга известного исследователя цирка Р.Е.Славского. В русском цирке было много даровитых ковёрных, но ни один из них не отмечен эпитетом «гениальный». Лишь Алексей Сергеев, более известный по прозвищу Мусля, получил столь высокую оценку от своего младшего коллеги.
Ирина Бойкова
По количеству артистов цирка – выходцев из Воронежа с ним могут сравниться разве что лишь Одесса и Петербург. Именно в нашем городе родился Алексей Иванович Сергеев и здесь до сих пор живет его племянница Ольга Степановна Черникова со своим сыном Виталием Николаевичем, сохраняющие светлую память об удивительном родственнике. «Я родился 16 февраля 1915 года в городе Воронеже, в семье рабочего.
Мое появление на свет осталось незамеченным человечеством, — шутливо говорил Алексей Сергеев. — В это время второй год шла мировая война, людей более всего занимали оперативные сводки с фронтов и хлеб насущный».
Старший брат Алексея, Борис, увлекался цирком. Работал Борис на кондитерской фабрике, а все свободное время отдавал любимому делу. У себя во дворе, на улице Кольцовской в доме 75, Борис устроил нечто вроде любительского цирка и взял с собой младшего брата. Предпочтение отдавалось воздушной гимнастике и акробатической подготовке.
Осенью, когда начинались дожди и задували холодные ветры, самодеятельные артисты перебирались в спортзал Клуба имени Карла Маркса. Это была давняя тренировочная база любителей цирка, многие из которых впоследствии станут видными мастерами арены.
Один из них – Владимир Шевченко был внуком знаменитого Анатолия Леонидовича Дурова. Могли ли они тогда подумать, что пройдет несколько лет и земляки встретятся в стенах киевского цирка, два преуспевающих артиста — Владимир Шевченко-Дуров - один из лучших дрессировщиков и Алексей Сергеев, один из лучших коверных той поры.
В клуб Карла Маркса нередко приходили артисты Воронежского цирка, которым доставляло удовольствие помогать молодым любителям, делиться опытом. К числу таких принадлежал и Карл Фаччиоли. Атлетически сложенный, он был артистом-универсалом, мастерски работал на «Римских кольцах», исполнял с партнером эксцентрико-акробатический номер.
Карл Иванович слыл человеком доброго сердца, отзывчивым и участливым, бескорыстно помогал начинающим. Уделил внимание он и Алексею. С его помощью юный акробат намного улучшил свою прыжковую технику, овладел новыми трюками. Фаччиоли помог братьям Сергеевым скомпоновать воздушно-гимнастический номер на «рамке», и подготовить «эксцентрику». Карл Иванович отдал новоиспеченным акробатам-эксцентрикам свои клетчатые костюмы, в которых прежде выступал с партнером.
В памяти Алексея сохранилось воспоминание о его первом концерте, который состоялся на сцене клуба Карла Маркса. Поболеть за своих воспитанников пришел и Карл Иванович. «Он оглядел меня, покачал головой и ушел. Я огорчился: думал совсем. Но оказалось, он ходил в буфет. Вернулся со стаканом чая. Смочил мои вихры сладким чаем и сам причесал».
Братья питали к великодушному наставнику все большую и большую симпатию. Пройдет много лет, и Алексей Сергеев займет на арене видное положение, будет выступать в цирках столичных городов. Побывав в родном Воронеже, он узнает, что Фаччиоли по ложному доносу выслан в сталинские лагеря. Благодарный ученик будет помогать бедняге — отправлять денежные переводы и посылки.
Первый же концерт, который принес братьям Сергеевым большой успех, положил начало их регулярным выступлениям.
«Когда у Бори был отпуск, — вспоминал Алексей, — мы разъезжали с нашими номерами по садам. У меня завелись кое-какие деньжата. К тому времени я уже твердо решил стать артистом цирка. Клоуном я стал примерно так же, как научился плавать. Когда мне было лет девять, дружки столкнули меня в реку. Я страшно испугался. Мне казалось — все, сейчас утону. Я захлебывался от воды, попавшей в рот, я отчаянно барахтался, махал руками и кое-как добрался до мостков. Теперь знаю: главное, что требуется во время плавания — держать голову над водой. А вот главная забота начинающего клоуна — создать образ и вжиться в него».
Наибольший успех клоуна Серго пришелся на 30-40-е годы. В конце тридцатых годов клоуны стали появляться на арене в костюмах, сшитых по эскизам художников. По большей части эти костюмы отличались вычурностью, преобладали в них яркие, кричащие тона. Серго выглядел по-другому. На нем был черный слегка мешковатый костюм и черная шляпа. Когда он снимал ее, то становилось видно, что париком клоун не пользуется; его собственные рыжеватые взлохмаченные волосы дорисовывали внешний облик чудаковатого простака.
По его словам, примером ему послужили любимые кинокомики: Чарли Чаплин, Бастер Китон, Гарри Ллойд, Макс Линдер. «Черный цвет, — пояснял он, — не пестрит, не отвлекает, подчеркивает каждое движение, и притом хорошо смотрится».
Известный историк цирка Р.Е.Славский, которого в эти годы свела судьба с Серго в Одесском цирке, так написал о нем: «Мое восхищение этим коверным росло от интермедии к интермедии. Я с нетерпением ожидал каждого его нового выхода на манеж. Он был празднично-веселым, как воскресный вечер в Луна-парке... От его потешных фортелей зрители испытывали истинное удовольствие. Но еще большее удовольствие, на мой взгляд, получал сам артист... В нем был развит инстинкт красоты. Его всегдашняя сдержанность происходила, как я понял, из-за природной застенчивости. Сказать об Алексее Сергееве только это, значит сказать слишком мало. Он — особый мир — мир непрестанного духовного и творческого поиска; мир умных шуток, мир вдохновенной импровизации. Я воочию увидел, что его внутренний мир освещен инстинктом жизни. Да, конечно, он любил жизнь и заглатывал все ее проявления с той жадностью, с какой морские львы в аттракционе Дурова заглатывают свежую рыбу».
Известно шутливое изречение о том, что творческие люди подразделяются на две неравных части — на тех, кто ищет, и тех, кто находит. Умением находить, придумывать для себя репертуар — репризы, сценки, интермедии — обладают лишь очень немногие клоуны. Алексей Сергеев принадлежал к тем считанным единицам, кто умел находить. Он был выдумщиком, каких поискать. Юрий Никулин о нем писал: «Некоторые коверные заимствовали у него репертуар и выдавали за свой.
Когда Мусля узнавал об этом, он не обижался, не сердился. Он просто придумывал новое. Странный клоун, удивительный, непонятный, незаурядный человек, он мог стать лучшим клоуном страны, но его словно не заботил собственный успех.
У Мусли, как говорится, все от Бога. Он мог взять первый попавшийся предмет и так все начать обыгрывать, что зал хохотал до колик. Он обладал великим даром импровизатора. Сохранив способность воспринимать все как ребенок, он умел по-настоящему радоваться на манеже и заражал этой радостью других. Что бы он не показывал, все выглядело на манеже смешно и одновременно трогательно. Люди смеялись, а сердце могло сжиматься от грусти».
Одна из исконных форм русского национального смеха — изображать себя неудачником и дураком, а на самом деле осознавать себя умным, как говорится «быть себе на уме». Мусля нравился более всего интеллигентным зрителям: театральным актерам, художникам, людям кино, эстрадникам и в особенности самим артистам цирка, взыскательным ценителям искусства клоунады. В их глазах он был клоуном для клоунов.
Жизненные несчастья, обрушившиеся на Алексея Ивановича в 1939-42 годах, сломили его. Потеря жены и двух детей стали трагедией всей его жизни, забыть которую он мог только в вине. На этой почве его выступления стали отличаться нестабильностью, и даже при составлении цирковой энциклопедии тогдашний руководитель Союзгосцирка выступил против включения в издание его имени. За артиста вступился друг его детства – член редколлегии энциклопедии Владимир Григорьевич Шевченко-Дуров. Благодаря ему мы можем прочитать скромные восемь строчек об этом удивительном артисте и нашем земляке.
Теперь А. И. Сергеев принадлежит истории русского цирка. Его имя встало рядом с громкими именами славных предшественников, рядом с именами его знаменитых современников: Виталия Лазаренко, Карандаша, Хасана Мусина, Леонида Енгибарова, Юрия Никулина.
Звонкое, веселое имя Мусля стало прекрасной легендой циркового мира.
Источник: газета «Коммуна» № 55 (26271), 19.04.2014г.
