Общество
Военврач 2-го ранга Михаил Гольников: терапевт и знаток стихов
21.12.2019 16:49
К 75-летию Великой Победы | Вот уже несколько лет я готовлю воспоминания о тех, кто служил в годы Великой Отечественной войны в сортировочном эвакуационном госпитале (СЭГ) №290, ведущим терапевтом которого был Михаил Гольник
После войны Михаил Филиппович Гольник вернулся в Воронеж. К сожалению, воспоминаний не оставил, нет его анкеты и среди анкет однополчан. Поэтому собирать информацию о нём пришлось по крохам из разных источников.
Лариса ПРОШИНА-БУТЕНКО
Эхо войны в рисунках
Государственный исторический музей (ГИМ) опубликовал на своём сайте в Интернете проект «Неизвестный солдат». Проект – это рисунки и портреты участников Великой Отечественной войны разных родов войск: пехотинцы, лётчики, разведчики, партизаны, танкисты… Есть и рисованные портреты медицинских работников госпиталей, медсанбатов.
В сортировочный эвакуационный госпиталь (СЭГ) № 290 Западного, а с апреля 1944 года – 3-го Белорусского фронтов в то время, когда он находился в Москве (октябрь 1941 года – март 1943 года), приходили художники. Они рисовали персонал и раненых. Вряд ли кто-нибудь подсчитал, сколько за все годы войны сделали рисунков фронтовиков и в действующих армиях, и в тылу советские художники. Возможно, значительная часть тех рисунков канула или где-то лежит невостребованная.
Однако что-то сохранилось. В частности, есть они в отделе изобразительных материалов ГИМа. Вот на их основе и создан проект «Неизвестный солдат». Почему неизвестный? Потому, что художники или никак не подписывали рисунки, или ставили лишь фамилию или должность.
В СЭГе №290 многих рисовала Елена Александровна Афанасьева. Дочь этой московской художницы передала в ГИМ рисунки, сделанные Еленой Александровной в госпитале в 1941-1942 годы.
Пересмотрев документы, которые накопились в архиве Совета ветеранов СЭГа №290 (уточняю – у меня архив Совета ветеранов госпиталя, то есть общественной организации, а не самого госпиталя, работавшего в годы войны), я собрала материалы о некоторых «сэговцах» (так называли себя ветераны госпиталя), которые есть в проекте «Неизвестный солдат». Эти воспоминания опубликованы. И тем самым, стало чуть меньше неизвестных солдат.
На одном из рисунков художницы изображён мужчина в очках, среднего возраста, в белом халате, без головного убора. Подпись: «Главный врач терапевтического отделения, 1942г.». И больше ничего. Можно с большей долей уверенностью предположить, что это Михаил Гольник. Но даже если это не он, не столь важно. Военврач 2-го ранга, терапевт Гольник служил в СЭГе №290, и ветераны госпиталя вспоминали о нём как о «прекрасном враче».
И консультировал, и преподавал
Все годы Великой Отечественной войны, где бы ни разворачивался этот большой и уникальный по задачам госпиталь, у него было несколько десятков хирургических отделений разного профиля (ранения черепа и мозга, глаз, верхних и нижних конечностей, суставов, живота, грудной полости и т.д.). А терапевтическое отделение было одно.
Анна Павловна Медведева (1920-2019гг.), капитан медицинской службы, председатель (третий и последний) Совета ветеранов СЭГа №290, служила в этом госпитале с 11 февраля 1942 года. Мы были знакомы с ней немало лет. Как-то мы говорили с Анной Павловной о начальнике рентгенологического отделения СЭГа №290 (позже – главный рентгенолог Западного и 3-го Белорусского фронтов) Григории Наумовиче Трейстере.
– А с кем дружил в госпитале Григорий Наумович?
– Мне кажется, что больше всего он дружил с главным терапевтом нашего госпиталя, начальником терапевтического отделения Михаилом Филипповичем Гольником. Михаил Филиппович о себе говорил так: «Бог наделил меня многими маленькими талантами, а большого не дал». Он, конечно, скромничал. Михаил Филиппович знал много стихотворений разных поэтов и мастерски их читал. И очень хорошо пел.
- А жил он, как и Трейстер, тоже в Минске?
- Нет. Гольник до войны и после жил в Воронеже, и работал в медицинском институте. Я вспоминаю его как весёлого, не унывающего человека. На фотографии, сделанной в 1942 году, у него лёгкая бородка, он в военной форме, на воротнике гимнастёрки две «шпалы» – это означало звание «военврач 2-го ранга».
– Анна Павловна, я видела у вас фотографию, на которой в полный рост стоят молодые и улыбающиеся: вы, Григорий Трейстер и Михаил Гольник. Все вы – в военной форме, но похожи не на врачей, а скорее – на строителей.
- Мы и были строителями. Фото сделано в апреле 1943 года. В Пыжовском лесу под Вязьмой весь наличный состав строил подземный госпиталь. Григорий Наумович по совместительству работал заведующим лесопилкой. Брёвна из леса приносил женский персонал: врачи, медицинские сёстры, санитарные дружинницы, швеи, прачки… Из брёвен на лесопилке делали доски. Доски шли на строительство землянок и всего остального, что требовалось для приёма раненых и оказания им помощи.
В Пыжовке Михаила Филипповича Гольника часто вызывали на консультации в соседние госпитали. Идти надо было километра два – три через лес, и, если я была свободна (отработав ночную смену), он приглашал меня в компанию, знал, что я ничего не испугаюсь. А одному ему было в лесу неуютно.
А вот строки из воспоминаний медицинской сестры СЭГа №290 Серафимы Петровны Островской:
– Я начала работать в госпитале в ноябре 1941 года, когда он прибыл в Москву и расположился в Лефортово, на территории ныне Главного военного клинического госпиталя имени академика Н.Н.Бурденко. Знаний, полученных на курсах Красного Креста, было мало. Я работала и училась на курсах медицинских сестёр, открытых при госпитале. В нашей группе были Серафима Титова, Зинаида Дрейцен, Софья Вайнерман, Валентина Некрасова, Лидия Онегина. Разные дисциплины на медицинских курсах в госпитале преподавали наши же врачи. Среди них Михаил Филиппович Гольник, главный терапевт госпиталя. До войны он жил и работал в Воронеже, ученик знаменитого профессора Воронежского мединститута Мирона Семёновича Вовси. В годы войны М.С. Вовси был назначен главным терапевтом Красной Армии.
Серафима Островская написала эмоциональные воспоминания о службе в госпитале и переживаниях на фронте. В частности, она рассказала, что труднее всего было помогать раненым в позвоночник – их называли «спинальными». Многие умирали внезапно, чаще – при полном сознании; по словам медицинской сестры, жизнь их обрывалась на полуслове. Каждая смерть раненого подрывала её здоровье. Серафима Петровна перестала есть и спать, а если засыпала – ей снились кошмары. И тогда её перевели работать в терапевтическое отделение, начальником которого был Михаил Гольник.
Серафима Петровна отзывалась о Михаиле Филипповиче с теплом. Написала: «Гольник был прост в обращении с подчинёнными и шутник. Мог сказать: «Никто Мишку Гольника не любит».
Однажды в СЭГ №290 поступила просьба направить терапевта Михаила Гольника для консультации к заболевшему маршалу А.М.Василевскому (с февраля 1945 года был командующим 3-м Белорусским фронтом). Заболевшему военачальнику была сделана процедура, подробности которой я опускаю. Но, чтобы не было кривотолков, скажу, что речь шла о болезни желудка. Болезни, как известно, на погоны не смотрят.
Михаила Гольника упоминает и заместитель начальника СЭГа №290 по политической части (комиссар) Георгий Трофимович Савинов в своей статье «Дела и люди госпиталя», опубликованной 14 июля 1946 года в газете «Красноармейская правда»: «Наряду с огромной практической работой по приёму, сортировке, лечению и эвакуации многих тысяч раненых, врачи госпиталя вели и большую научную работу. За годы войны было написано 60 научных трудов… За это же время врач госпиталя В.А.Никольский защитил диссертацию на звание доктора медицинских наук, а трое – В.Е.Гиллер, Н.И.Минин, М.Ф.Гольник стали кандидатами медицинских наук».
Объявилось много страдальцев
Все годы Великой Отечественной войны начальником СЭГа №290 был военврач, полковник медицинской службы Вильям Ефимович Гиллер (1909-1981гг.). После войны он написал несколько книг о госпитале, его персонале и путях-дорогах фронтовых. Великую Победу над фашистской Германией и её многочисленными помощниками в войне против СССР госпиталь встретил в Восточной Пруссии – в местечке Тапиау, близ Кёнигсберга (с 1946 г. – Калининград).
«Госпиталь продолжал работать, – вспоминал В.Е. Гиллер в книге «И снова в бой…» (Издательство «Советский писатель». Москва, 1967г.), – но уже перейдя на давно забытый мирный график – на восьми, а затем и шестичасовой рабочий день. Теперь уже не было нужды по шестнадцать часов простаивать в перевязочных и операционных или, едва задремав, вскакивать по авралу. Непостижимо много вдруг объявилось больных. И каких только среди них не было страдальцев! И язвенники, и гипертоники, и астматики, и страдающие болезнью печени, и внезапно скрюченные злым радикулитом…
Казалось непостижимым: как могли эти действительно больные люди переносить тяготы военной жизни, мокнуть под дождём, мёрзнуть в окопах, подолгу не спать на боевом марше, питаться всухомятку? Как удавалось им все это время преодолевать свои старые и нажитые на войне болезни?
И вот наконец наступил день, когда впервые за все эти годы в госпиталь не поступил ни один раненый. Опустели хирургические, опустели операционные. Только эвакуационное отделение продолжало жить напряженной жизнью, непрерывно эвакуируя раненых вглубь страны».
Кроме эвакуационного, напряженной жизнью с первых же дней Победы, жило и терапевтическое отделение СЭГа №290, помогая страдальцам – так были названы больные фронтовики.
Работа и жизнь в Воронеже
Пытаясь что-то узнать о М.Ф. Гольнике в Интернете, я нашла информацию о том, что Воронежском государственном медицинском университете имени академика Н.Н.Бурденко есть музей. Написала письмо и получила ответ от Светланы Марковой, заведующей музеем: «Михаил Филиппович Гольник с 29 июля 1946 и по 16 марта 1953 года работал в Воронежском медицинском институте ассистентом, потом – доцентом кафедры госпитальной терапии. Вёл курс военно-полевой терапии. Родился он 26 марта 1904 года в г.Лебедянь Тамбовской губернии. В 1920-1925 годы обучался в Воронежском университете на медицинском факультете. До начала войны работал в Воронеже ассистентом терапевтической пропедевтической (пропедевтика – предварительный круг знаний о чём-нибудь) клиники Воронежского медицинского института. М.Ф.Гольник был женат, детей не было».
В Интернете нашла могилу Михаила Филипповича Гольника – похоронен он на еврейском кладбище. Надеюсь, что удастся ещё что-то узнать о послевоенной жизни этого талантливого врача-патриота.
