Общество
Война в Хохол-Тростянке
17.05.2020 15:45
К 75-летию Великой Победы | Семьдесят семь лет могила на сельском кладбище в Хохол-Тростянке оставалась безымянною, но в этом году на ней засияют бронзой имена воинов-освободителей.
Валентин КОТЮХ, краевед
Острогожский район, Воронежская область
Когда началась война, Василию Муравьеву было 13 лет. Ушел на фронт нго отец , Иван Викторович. Парнишка стал старшим в семье. Работал Вася в колхозе, пас скот. В июле сорок второго в родное село Хохол-Тростянку Острогожского района пришли фашисты.
Новая власть начала наводить порядок. Расстреливали коммунистов, местных жителей, заподозренных в нелояльности к новой власти. Особенно свирепствовали захватчики в соседнем селе Русская Тростянка. По сёлам возили на машине политрука Бражникова, которого били и истязали на глазах. Требовали выдать сообщников, но он молчал. Пётр Тарасович находился дома, по ранению. На хуторе Стрелица его, а с ним ещё схватили, по доносу, восемь коммунистов, заставили вырыть могилу. Перед расстрелом, седьмого июля 1942 года, он сказал: «Пусть мы погибнем, но наши русские люди отомстят вам, гадам!»
К августу на смену одним завоевателям пришли венгры (мадьяры). Они были уже в возрасте – лет за пятьдесят. Воевать они не хотели. Иногда удавалось у них спереть или выпросить продуктов. Мальчишка быстро научился понимать их язык, что они от него хотят.
Колхозников заставляли работать на полях, убирать зерно. Поздней осенью он с мамой и жителями срезал шляпки подсолнечника, которые молотили на току. Зерно было сырое, и его под вес раздавали по дворам – сушить на печи. Сколько выдали – столько и должны были сдать для Великой Германии. Если не сдашь, то плеть была самым лёгким наказанием. У жандармерии было бревно в виде бума, к которому привязывали коней. На бревно привязывали провинившегося человека и секли его плетью или шомполом. Чтобы мера была действенней, на казнь сгоняли селян, чтобы боялись.
Самые лютые были финны. Как-то они зашли в их дом . Офицер стал что-то требовать на своём языке, но мальчик его не понимал. Разъярённый финн так ударил Васю кулаком, что тот упал, как сноп. «Мой отец за меня отомстит!» – закричал мальчик. Финн его угрозы не понял и ушёл в другой дом. Так они и не поняли друг друга.
– Что же он вёе-таки хотел от вас, Василий Иванович?
– Что? Или продуктов, или тёлку на мясо, которая была спрятана в глубоком овраге недалеко от села, – отвечает он.
17 января начались бои за село. Много погибло наших.
Вот что рассказывает об этом боевой журнал 305-й стрелковой дивизии. Отступая, немцы и их союзники оставляли заслоны и минные поля. Когда наши передовые подразделения подошли к реке у села, враги, прикрываясь минными полями и заминированными мостами, открыли огонь из засады.
Посланные в обход огневой точки солдаты попали на минное поле. Положение спас командир 7-й батареи 830-го артполка лейтенант Палагин Андрей Леонтьевич, который выкатил свое орудие на прямую наводку. Наводчик сержант Смирнов Евгений Афанасьевич уничтожил свыше 200 мадьяр. Отделение сержанта – сапера Дворецкова Александра Михайловича под руководством военинженера 3-го ранга Галеева Ильяса Галеевича разминировало минное поле под огнем противника. Село было освобождено 18 января 1943 года. Погибших воинов похоронили на кладбище.
В конце февраля семья Муравлевых увидела отца. Ивана Викторовича отпустили домой на два дня. Привёз он хлеба, тушёнки и мыла. Вооружен он был трофейной венгерской винтовкой. Служил отец Василия Ивановича в охране склада, так как ему исполнилось в 1943 году 47 лет.
«Папа дал нам, мальчишкам, пострелять, – рассказывает Василий Иванович. – И похвалил меня за меткость».
Не знала семья, что встретятся они следующий раз только через год после Победы. Тяжело раненный, отец лечился долго в госпитале в Ташкенте. Он вернулся домой только в сорок шестом.
Зимой сорок третьего года у Прокурового леса (он находится на горе между Русской Тростянкой и Хохол-Тростянкой) военные построили аэродром «Хохол-Тростянка», где стояли пикирующие бомбардировщики ПЕ-2. Первого февраля на него приземлился женский полк. Это был 587-й бомбардировочный авиационный полк имени Марины Михайловны Расковой. Его хорошо охраняли, не пропускали даже мальчишек. Временно исполняла обязанности командира полка, после гибели Расковой 1 января 1943 года, командир 1-й эскадрильи капитан Тимофеева Евгения Дмитриевна. Военком полка майор Елисеева Лина Яковлевна и начальник штаба капитан Казаринова Милица Александровна формировали с Мариной Расковой полк. Лётчицы боевых действий не вели. Они занимались учёбой, выполняли учебные полеты до 27 апреля 1943 года, а затем улетели на Северо-Кавказский фронт.
Аэродром занял мужской полк. Каждый день лётчики летали бомбить фашистов. Мальчишки бегали на аэродром помогать механикам. Ребятам доверяли чистить пулемётные ленты.
– У нас в доме жил лейтенант Тюгин Павел Иванович, – родолжает свой рассказ Василий Иванович, – на его кителе сиял орден Красной Звезды. Он разрешал мне надевать китель на себя. Мы с ним боролись. Он учил меня приёмам обороны без оружия и защиты от него. Пятого июля 1943 года с аэродрома, по три самолёта сразу, взлетели восемнадцать Пе-2. На аэродроме «Иловское» к ним обычно присоединялись истребители сопровождения. В этот день на аэродром вернулся только один самолёт. Погиб на этом боевом вылете и наш постоялец.
– Мне его жалко до сих пор, – вздыхает от нахлынувших воспоминаний Василий Иванович. – Родом он был из Архангельской области.
Открытые архивы Минобороны раскрывают тайну этого и последующих дней пребывания лётчиков в Хохол-Тростянке. Перед Курской битвой на территории Воронежской области дислоцировался 1-й бомбардировочный авиакорпус под командованием Героя Советского Союза гвардии полковника Полбина Ивана Семеновича (будущий дважды Герой не вернётся с боевого задания 11 февраля 1945 года).
У села находился 854-й бомбардировочный авиаполк. В этот день перед лётчиками поставили задачу – бомбить немецкие войска в районе Казацкое, что в двадцати километрах от Белгорода. Рано утром на выполнение боевого задания вылетело две эскадрильи. Восемь «пешек» вел командир полка майор Новиков Александр Алексеевич (будущий Герой Советского Союза). И девять машин шли за командиром эскадрильи капитаном Разумейчик Александром Константиновичем (погиб в сентябре 1943 года). Бомбардировщиков прикрывали одиннадцать Як-7 с аэродрома «Скородное». Несмотря на противодействие зенитной артиллерии и истребителей противника, пилоты сбросили бомбовую нагрузку в место нахождение шестидесяти танков врага. Наши потери составили два Пе-2.
В час дня с аэродрома вновь поднялись в небо девять Пе-2, которые повёл за собой капитан Разумейчик. Цель – танки противника в районе Бутово.
Об этом полёте рассказывает наградной лист командира эскадрильи: «5 июля 1943г. девятка, где ведущим был капитан Разумейчик, произвела бомбометание живой силы и техники противника в районе Белгород, пункт Казацкая, Бутово, Томаровка. Перед целью группу атаковало более 50 истребителей противника Ме-109 и Фв-190. (Самолёты прикрывали шесть Ла-5 с аэродрома Яблоково. – авт.). Несмотря на преимущество противника в воздухе и на беспрерывные атаки истребителей, Разумейчик, проявив хладнокровие и мужество, вывел группу на цель. (Из района Томаровка по самолётам стреляли шестьдесят зениток – боевой журнал). Задание выполнено. В результате воздушного боя группа потеряла семь Пе-2 и сбила пять истребителей врага. В машине капитана Разумейчика был подбит левый мотор, который в районе цели отказал. Преследуемый истребителями, экипаж мужественно отражал атаки «мессеров» и одного сбил. На одном моторе он вернулся на свой аэродром и произвёл благополучную посадку».
В донесениях дивизии за этот боевой вылет не вернулись семь самолетов. Экипаж – младший лейтенанта Киселева Николая Родионовича, штурман Сахаров Юрий Павлович и воздушный стрелок Скоробогатов Василий Ильич – направили свой горящий самолет в колонну войск противника. Об этом сделана запись в боевом журнале, но награды за это не последовало. Не вернувшийся штурман лейтенант Тюгин Павел Иванович погиб вместе с пилотом мл. лейтенантом Жабиным Александром Ильичем и воздушным стрелком старшим сержантом Савоськиным Виктором Семеновичем.
Василий Иванович вспомнил ещё один эпизод. Он пас коров и с горы видел, что с боевого задания 9 июля вернулось звено – четыре «пешки». Три машины с ходу сели, а четвёртый – пошёл на второй круг, так как взлётная полоса была рассчитана на посадку только трёх самолетов одновременно. Машина ещё не закончила круг, как из облаков мальчик услышал лающую очередь немецкого пулемёта. Немецкий истребитель подкараулил наш бомбардировщик, прикрываясь облаками, открыл огонь. Хвост Пе-2 вспыхнул. Из него вывалились две «точки» — это выпрыгнули пилот и штурман. У одного парашют не успел, из-за низкой высоты, раскрыться. Погиб штурман лейтенант Толмачев Дмитрий Иванович. А воздушный стрелок-радист младший сержант Баранов Владимир Павлович сгорел вместе с самолётом. Их похоронили в одной могиле с солдатами 305-й стрелковой дивизии, которая освободила село.
Этот факт подтверждает 96-летняя жительница села Ульяна Ивановна Сентищева. Она была на похоронах лётчиков. Ульяна Ивановна записала в тетрадь более ста песен, которые пелись в селе в прошлом веке, и передала её в школу.
Ульяна Ивановна Сентищева .
77 лет могила на кладбище оставалась безымянной, но в этом году на ней засияют бронзой имена воинов – освободителей из 305-й стрелковой дивизии. Майора Бабошина Устина Владимировича, старших лейтенантов Печатникова Иосифа Яковлевича, Колбасова Андрея Яковлевича, младших лейтенанта Ситникова Павла Яковлевича и лейтенанта Агилова Батыра Агиловича, сержантов Потиенко Владимира Ивановича и Фаткуждинова Салаха Фарахуждиновича, Махонина Николая Михайловича, красноармейцев Ширимова Кадрукуна, Маншалова Быташа, Кузыбанова Николая Афанасьевича, Мусина Ахмадуллы, Браймана Ифуль Айзика Мееровича, Стороженко Ивана Григорьевича, Сердюкова Константина Тихоновича, Сапаева Рахинзяна, Гордиенко Апатия Григорьевича, Федосихина Ивана Андреевича.
Рядом с пехотинцами будут имена штурмана звена лейтенанта Толмачёва Дмитрия Ивановича и воздушного стрелка-радиста младшего сержанта Баранова Владимира Павловича, освободивших Хохол-Тростянку. Может, со временем у Прокурова леса, где находился аэродром, появится знак в честь героев воздушных битв.
