Общество
Второй уровень власти – не станет ли он могильником для села?
21.05.2005 00:00
Несмотря на заявления Минэкономразвития о том, что в России непопулярных реформ больше не будет, самая непопулярная из них, похоже, ждет нас с 1 января 2006 года. О ней пока еще мало знает народ, но от нее, как от войны, не укроешься и не спасешься – знай ты о ней или не знай. Эта реформа связана с принятием Федерального закона №131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ». Кто-то уже успел назвать его «катализатором создания гражданского общества в обновленной России», кому-то он видится ее катастрофой...
Местное самоуправление
Несмотря на заявления Минэкономразвития о том, что в России непопулярных реформ больше не будет, самая непопулярная из них ждет нас, похоже, с 1 января 2006 года. О ней пока еще мало знает народ, но от нее, как от войны, не укроешься и не спасешься – знай ты о ней или не знай. Эта реформа связана с принятием Федерального закона № 131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ». Кто-то уже успел назвать его «катализатором создания гражданского общества в обновленной России», кому-то он видится ее катастрофой. Но пока лишь ясно одно: новый закон намерен в корне изменить экономическое и социальное развитие территорий – городов, сел, поселков, хуторов. А значит, и жизнь каждого из нас. К лучшему ли?
Моя знакомая учительница-пенсионерка – человек, умудренный жизненным опытом, знакомясь с каждым новым социальным законом, непременно примеряет его на себя. И каждый раз, отложив его, словно желанную, но недоступную ей обновку, с горечью восклицает: «Этот не для меня – он ничуть не улучшает мою жизнь». Получая пенсию ниже прожиточного минимума, она в последние годы отказала себе в подписке на газеты – не по карману. Их она читает в местной библиотеке, а в сельском клубе участвует в выступлениях народного хора. Это – единственная для нее отдушина, позволяющая ощущать себя сельским интеллигентом. 131-й закон она прокомментировала с безнадежной обреченностью в голосе: «Вот и последнее отнимают – как жить дальше?»
15 лет сплошных реформ, так и не улучшивших материальное и социальное положение моей знакомой, наверное, дают ей повод и право на безутешный пессимизм. Избиравшаяся много лет подряд депутатом сельского и районного советов, она профессионально быстро и чутко уловила суть нового закона. И приуныла. Но уныние ее вызвано даже не предстоящими изменениями в социальной защите сельского населения, хотя об этом нельзя не сказать особо.
Новый закон забирает у органов местного самоуправления полномочия по социальной защите и передает их в ведение областной власти. Соответственно до конца этого года муниципалитеты должны передать в областную собственность 84 учреждения соцзащиты населения – такое перераспределение объектов собственности вслед за изменением границ и зон ответственности ветвей власти предписывает новый закон.
По сведениям из источников в обладминистрации, даже при напряженной работе соответствующих ее отделов передаточные документы готовы пока лишь по пяти учреждениям из 84-х. Конечно, областные чиновники поднапрягутся и, возможно, закончат эту чисто техническую работу в установленные законом сроки. А что дальше? Старики из сельской глубинки за какой-нибудь справкой должны теперь ездить в область? Граждане Лисок за возмещением части расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг будут толпиться теперь в очередях у окошек воронежских касс? А регистрация браков, новорожденных – что, тоже в области?
В напряженные дни неумной правительственной «монетизации» льготников глава Лискинского муниципального района Виктор Шевцов нашел возможность компенсировать из районного бюджета проезд льготников в общественном транспорте и таким образом снял зреющую напряженность. Специальным распоряжением обеспечил бесплатный проезд сотрудников правоохранительных органов и сельских учителей, социальных работников и пенсионеров-дачников. «Захочет – и главное! – сможет ли сделать это область в следующем году? – с тревогой спрашивает моя собеседница. – Ведь зимой 2005-го она с трудом нашла даже по 100 нищенских рублей для прибавки «монетизированным» региональным льготникам». Вопрос, рожденный новым законом, остается без ответа.
Трудно представить себе в Лискинском районе 24 сельских бюджета, напрямую выходящих на облфинуправление. В области таких муниципальных бюджетов с нового года будет 501. Чем новый закон предполагает наполнить их? В статье 55-й перечислено аж 10 источников наполнения. Да каких! «Средства самообложения граждан, доходы от местных налогов и сборов, доходы от имущества, часть (!) прибыли муниципальных предприятий, штрафы, добровольные пожертвования, иные поступления» и т.п.
…С Натальей Квитко – главой 2-й Сторожевской сельской администрации так и этак крутим эти самые «самообложения, штрафы и иные поступления». Получается, что больше 23,5 тысяч рублей ну никак не набирается в ее тощем годовом сельском бюджете. А ей необходимо: капитально отремонтировать клуб – это около 400 тысяч, купить сгоревший глубинный насос для водяной скважины – это еще 8-9 тысяч, заменить на одной из улиц дырявые трубы водопровода 25-летней давности – на это потребуется не менее 40 тысяч рублей… Наталья Ивановна в отчаянии хватается за голову – ведь ей еще нужно хотя бы в щебенке отсыпать дорогу, ремонтировать асфальт внутрипоселковых дорог, содержать пожарную команду, платить зарплату работникам клуба и библиотеки, оказывать первичную медицинскую помощь населению, заплатить районной СЭС 3,9 тысяч (!) за анализ воды в шести пробирках.
Да даже если через месяц она будет возить в район эти самые пробирки на анализы, только они «сожрут» у нее весь годовой бюджет 2-го Сторожевого. Где деньги взять? Повышать налог на прибыль ГУП «Садовое», расположенное на землях поселения? Но это значит задушить своего сельхозпроизводителя, которого, кроме налогов, давно душат диспаритет цен и неподъемные тарифы на энергоносители. И то спасибо, что директор «Садового» Николай Кухтов, разгружая бюджет сельской администрации, помогает местной школе: телевизор купил, стулья новые, с ремонтом подсобил.
Можно, наверно, увеличить самообложение и налог на доходы и имущество селян. Но что скажут о такой власти люди, да и много ли на этом заработаешь? В селе 227 подворий и 639 жителей от младенца до немощного старика. Постоянно работающих – только треть, да и нестабильная зарплата их не превышает 2,5 тысяч рублей. С кого брать и на что повышать налоги? Вопросы, вопросы…
У главы Почепской сельской администрации Валентины Боковой, они те же самые. Чтобы выровнять площадку под будущий памятник односельчанам, павшим на фронтах Великой Отечественной, она неделю ходила на планерки, как на паперть, к главе местного хозяйства, выпрашивая у него бульдозер. Заметьте: не хозяйствующий субъект идет просить у власти, а власть у него. Потому как он, субъект, и есть настоящая власть на селе, какие бы государственные гарантии осуществления власти на местах не давали поселениям законы.
У «субъекта» – деньги, средства, техника. У местной власти – только законы и бумаги, да в лучшем случае раздолбанная пишущая машинка. При таком раскладе «субъект» даже может себе позволить обидеться на власть за то, что она осмеливается спрашивать с него долг по налогам в 17 тысяч рублей. И, обидевшись, не дать тот самый бульдозер. А для нее, власти, эти 17 тысяч – половина годового бюджета поселения.
– Если муниципальные образования второго уровня не будут финансироваться государством, обеспечить выполнение полномочий, возложенных на нас законом, мы не сможем, – горько констатирует Валентина Ивановна. И она права. Без денег в бюджете любая власть беспомощна и аморфна. Власть же, идущая на поклон к чужим денежным кошелькам, не только унижает себя этим поклоном, но и обязательно становится в какой-то момент властью карманной, зависящей от тех самых «кошельков». А значит – не состоятельной или коррумпированной.
Чтобы не быть зависимой ни от кого, руководитель Ковалевской сельской администрации Елена Гайдук, достраивая щебеночную дорогу в селе Пухово, вложила в эту самую щебенку около 20 тысяч собственных сбережений с призрачной надеждой, что они когда-нибудь вернутся к ней. А, может, хватит власти второго уровня платить собственными сбережениями, нервами и унижениями за безалаберность правительственных законов? Ведь это «второй уровень» – не последний, а основной. С чего начинается народ и отношение к нему всей вертикали власти и ее основополагающих законов.
А пока, готовясь жить по новому закону, главы поселений отчаянно ищут выход из грядущего безденежья: «Коммерцией, что ли бы, разрешили нам заниматься. Почему бы не продавать строителям те же песок и глину из сельских карьеров? Хоть какая-то копейка была бы. А так, все равно берут их строители, но – бесплатно». Такие вот тягостные размышления. Ну нет в лискинских (бобровских, острогожских) и иных воронежских селах нефтяных скважин, майямских доходных курортов и мощных металлургических производств, способных финансово обеспечить выполнение возложенных законом на поселения полномочий…
Об этом, что, не знал законодатель, принимавший закон – «катализатор создания гражданского общества в обновленной России»? Из-за этого вот и печалилась моя знакомая сельская учительница – малая песчинка этого самого общества. Потому что за строчками закона увиделось ей тотальное обнищание и без того небогатой сельской глубинки, медленное удушение ее «социалки», образования и культуры. Ведь может статься так, что завтра она уже не откроет в сельской библиотеке свежий номер газеты – не будет средств на подписку. А народный хор, в котором она сегодня пока еще поет, распустят из-за безденежья на его содержание.
Но это уже другие статьи закона. И другие размышления. Николай Кардашов,
соб. корр. «Коммуны»,
г.Лиски.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
