Общество
Забрать нельзя оставить
18.10.2013 09:30
(Продолжение). За право растить 7-летнюю девочку борются три жительницы Воронежской области. Одна родила её, а потом отдала в детдом. Вторая отказалась оформить опеку. Третья приняла в свою семью.
Ситуация
(Продолжение. Начало в №№152, 153)
Доверяй, но проверяй
Иду дальше. В Кантемировский лицей, где учатся шесть детей из семьи Ткаченко. Аня и Диана – в первом классе, Лиза-младшая – во втором, Лиза-старшая – в пятом, Владислав - в шестом, Лена – в девятом.
- Светлана Дмитриевна и Юрий Николаевич Ткаченко – родители заботливые и внимательные, - рассказывает завуч по учебно-воспитательной работе Лариса Кубрак. – Постоянно приходят, интересуются, как дети адаптировались, нет ли проблем в учёбе. Социально-педагогическая служба у нас в школе хорошо работает. Если бы появилась хотя бы маленькая проблема, мы бы уже знали о ней.
Социальный педагог Елена Ярыгина, учителя первого и второго классов Елена Крицкая и Елена Сердюкова, классные руководители шестого, девятого классов Анна Ушакова и Людмила Оленева подтвердили слова Ларисы Вячеславовны:
- Поверьте, у нас есть с кем сравнить эту семью. У них всё в порядке. К урокам готовы, прогулов нет, родители в школе – частые гости.
Теперь – в детский дом. Сюда, а точней – в Центр сопровождения и развития ребёнка (именно так с недавнего времени он стал именоваться), семья Ткаченко приходит с завидной регулярностью. Детвора занимается с психологами и логопедами, Юрий Николаевич – на консультации, например, по поводу детской невнимательности на уроках. Весной он вместе с женой здесь же учился в школе приёмных родителей. Хотя им как действующим опекунам можно было и без неё обойтись. Но, по их мнению, знания лишними не бывают. Все вместе участвуют и в театрализованных представлениях, и во всех других мероприятиях, проводимых в центре.
- Видно, что Ткаченко осознанно решили создать приемную семью, не спонтанно, - уверена руководитель службы по устройству детей в семью Елена Павлова. – Они переживают за них, помогают адаптироваться к нормальной жизни и забыть прежнюю, где были голод и грязь. Приучают к труду: заправлять за собой кровать, мыть обувь, полы, посуду. Все обязанности по дому распределены. В этой семье сильно развито чувство ответственности и заботы друг о друге. У Ани взгляд счастливого ребенка, она была в детдоме полгода, но таких глаз мы у неё не видели. В семье она оттаяла, почувствовала себя любимой.
- Влад живёт у них чуть меньше двух лет, помню его ещё по реабилитационному центру: нервный, не приученный ни к чему, норм поведения не знал, никому не доверял, даже в глаза не смотрел, - делится своими наблюдениями педагог-психолог Надежда Скосарева. – Ткаченко поставили его на ноги, вернули к нормальной жизни. Чувствуется тепло в их семье, видно, что здесь детей любят. Недаром двенадцатилетняя Лиза Ш. попросила их удочерить её. На такой шаг от плохой жизни не идут.
Но безоговорочно радоваться за мальчишек и девчонок, которым вернули детство, мешал засевший в мозге червячок сомнения. Ведь на чем-то должны были основывать свои многочисленные жалобы Ольга и Юлия Эккерт. Оставалось проверить условия проживания детей, поговорить с ними, посмотреть на всё своими глазами. Но перед тем как отправиться в дом к Юрию и Светлане Ткаченко, решила заглянуть в отдел опеки и узнать, на каком основании в марте этого года Юлии Эккерт отказали в установлении опеки над Аней Т.
- Действительно, в марте Юлия Эккерт обратилась к нам с пакетом необходимых документов по поводу установления опеки. Ей было отказано. Ребёнок, находящийся в семье приемных родителей, не подлежит передаче в другую семью в виде опеки, только – на удочерение. Опекун со своими обязанностями справляется, к тому же Светлана Дмитриевна не согласилась отдать Аню, посчитав, что ей там будет хуже, - заявила начальник сектора по опеке и попечительству Администрации Кантемировского района Элла Степаненко.
Если в доме живёт любовь
Так называлась моя статья, в которой я рассказывала о семье Ткаченко весной 2011 года. Эти же слова хочу поставить в подзаголовок и сейчас, потому что воочию убедилась: с тех пор там ничего не изменилось. Любовь и тепло сквозят в каждом взгляде, в каждом слове, в каждом жесте.
Меня, как и всех, кто был в их доме, снова поражает идеальная чистота. Как будто здесь и не живут восемь (!!!) детей. Ни соринки, ни пылинки. Носочки на ребятах, бегающих по полу без обуви, безукоризненно чистые, как будто только из магазина, хотя видно – стиранные. Стоит ли говорить про футболки, шорты, платья?
Но, отодвинув в сторону эмоции, иду проверять - соответствуют ли слова в жалобе действительности. Нажимаю на кнопку слива унитаза - работает, как и положено. Открываю краны в ванной – есть и холодная, и горячая вода, слив действует. Считаю кровати – семь для средних и старших, одна – для новорожденного, двуспальная – для родителей. У девочек – своя комната, у мальчишек – своя.
Заглядываю в холодильник, в кастрюли на плите. Сливочное масло, творожки, йогурты, сыр, сметана, борщ и макароны с котлетами. Всё как в обычных семьях.
Столы – письменный и компьютерный – используются по назначению. Лиза-старшая и Влад учат уроки. «Скоро купим ещё один, уже нашли место, куда поставить», - комментирует глава семейства.
Учебники, тетрадки, книжки расставлены на полках.
Выхожу во двор. Грядки перекопаны, от увядшей ботвы - ни следа. Бассейн убран до следующего лета. В песочнице – машинки, совки и ведерки. Кладовка, чулан для сельхозинвентаря и строительных инструментов, небольшая банька, на задворках – деревянный туалет. Куры, утки, собака на цепи – такого добра сплошь и рядом, в любом сельском дворе.
- Летом палатку во дворе ставили, детвора там от солнца пряталась, да затевала свои нехитрые игры, - рассказывает Юрий Николаевич. - В туалет на улице бегают, когда играют во дворе или поливают огород - ближе и быстрей, разуваться не надо.
Возвращаемся в дом. Продолжаю «копаться» дальше. На мои вопросы Юрий и Светлана отвечают открыто, спокойно, без тени лукавства или недосказанности:
- Сейчас у нас три кредита, брали на покупку семиместной «легковушки» и на ремонт, поменяли окна и отопление, перепланировку в доме сделали, построили подвал. Заготовили материал — кирпичи, блоки для дальнейших работ. Марина (старшая дочь Светланы Ткаченко.
– Т.Г.) с детьми снимает квартиру недалеко от нас. Свою, доставшуюся мне от родителей и подаренную потом ей на свадьбу, сдаёт. Она находится далеко от нашего дома, за железной дорогой. Деньги, причитающиеся за удочерение, мы еще и не получали. Так же, как и материнский капитал, положенный за рождение Сережи. Сто тысяч Андрюшкиных выплатят только через три года. Так что все обвинения со стороны Эккерт о том, что мы на детские деньги купили дочери квартиру, - беспочвенны. Бюджет семьи действительно составляет 90 тысяч рублей. Сюда входит зарплата Светланы Дмитриевны - 24 тысячи рублей. Сейчас после удочерения Лизы-старшей, стало меньше. Моя пенсия — 13 тысяч. Доход от ИП - около 30 тысяч рублей. Всё зафиксировано. Судья говорил, что надо считать всё: и детские пособия, и те пособия опекунские, которые платит государство на содержание приёмных детей. Пенсии по потере кормильца, которые получают Аня, Диана и обе Лизы, не включаем в доход. Мы их не тратим, они хранятся в банке. Дальше, телевизоры и кухонную мебель Эккерт нам отдали сами. Когда привезли домой, увидели, что нет фурнитуры, а техника не работает. Шкафы, точней, фанерки, так в сарае и пылятся, телевизоры выкинули на свалку.
Мы разговариваем в компьютерной комнате. Андрюшка спит в родительской, Лиза-старшая и Влад учат уроки, младшие играют в двух остальных. Лена – на секции. Никто никому не мешает, не кричит и не дерётся. Анечка то и дело подходит к маме, обнимает её двумя ручонками, целует и снова бежит играть…
Слово за слово, вот и Лена пришла. После ужина – за уроки. Собирается после окончания девятого класса поступать в Россошанский педагогический колледж на специальность «психология», потом планирует продолжить обучение в вузе.
- Хорошо, что родители приняли ребят в семью, понимаю, что всех не возьмёшь, но хотя бы этим поможем. Мне все одинаковы, все родные и любимые. Сначала, в девять лет, когда они пришли к нам, ревновала к родителям, но потом поняла, что для них разницы между нами нет.
- Они мне родные, а не мама, я не хочу снова пережить пьянки, грязь в доме, ругань, - признаётся Лиза-старшая. – Меня никто не заставляет помогать по хозяйству, просто самой интересно. Хорошо, когда в доме много детей. Папа сначала крестил меня, а потом удочерил. Так что он теперь «папа в квадрате».
Владимир Подшивалов, живущий рядом, такими многоголосыми соседями не тяготится. Недаром же он согласился в своё время стать крёстным Лизы-младшей. Ему, как и Ткаченко, очень важно и радостно, что в их семье царит лад и любовь.
(Продолжение следует).
Тамара Гашимова
Кантемировка – Каширский район
Источник: газета «Коммуна» № 154 (26176), 18.10.2013г.
Чтобы оставить комментарий, необходимо или .
